Аленка, беги! или Попаданка шьет счастье

Глава 21

Я проснулась в холодном поту. Слова жениха: «Где ты?» звучали в голове, как набат, раскалывая череп. Я села на кровати, сжала виски руками и зашептала:

— Нет, нет, нет… — голос дрожал. — Я не хочу, чтобы ты меня нашёл!

Всхлипнув, я закусила костяшки пальцев, сдерживая истерику. В этот момент мне отчаянно хотелось одного — исчезнуть. Завернуться в невидимый кокон, чтобы никто и никогда не смог меня отыскать.

Вдруг накатила слабость. Я прикрыла глаза, рухнула на подушку, и перед глазами всплыло оно. То самое платье.

Тёмно-синее, пышное. Рукава-фонарики, неглубокий вырез. Ткань, слегка мерцающая сатиновым блеском. Белый воротничок с хлопковыми кружевами. Скромный, но изящный.

Это платье было идеальным коконом. В нём я чувствовала себя в безопасности.

Я выдохнула сквозь стиснутые зубы. Да. Вот так.

И провалилась обратно в сон.

***

Ромашки. Одуванчики. Я бегу по залитому солнцем лугу, как в детстве у бабушки в деревне. Смеюсь, собираю цветы и вплетаю в венок. А где-то вдалеке, на горизонте собирается гроза. Ничего, я успею до дождя! Доплетаю венок, осталось совсем немного. Поднимаю голову. Темные тучи уже заслоняют полнеба. Все вокруг сереет, вспышки молний распарывают толстые подбрюшья дождевых туч.

Я оглядываюсь на березовую рощу. Там, в тени деревьев вижу его. Огромная черная фигура. Надо бежать! И я бегу, задыхаясь, чувствуя первые капли дождя на коже.

***

Я проснулась от грохота и ругани где-то на первом этаже. Вскочила, путаясь в одеяле. Что? Где? На нас напали?

Шум резко стих, я потерла глаза, пытаясь осознать, что произошло. Ну, если это Максимилиан, я ему задам! Я почти на сто процентов была уверена, что это он начудил. Как хотелось еще поваляться! Сладко зевнула и потянулась за платьем. И застыла.

На стуле рядом со вчерашним розовым лежало еще одно платье. Темно-синее.

— Госпожа Мариваль подкинула? — пробормотала я неверяще.

Если бы платье было ярко-зеленое или алое, я бы не сомневалась, что это ее рук дело, но синее…

На первом этаже снова загрохотало. Не раздумывая, натянула новое платье. Ткань оказалась невесомой, платье скользнуло по телу, словно вторая кожа. Как будто на меня шито. Идеальная посадка.

Я спустилась по лестнице и влетела на кухню.

Максимилиан сидел на полу у двери в подвал, бледный, с вытаращенными глазами. На лбу у него красовалось две здоровенные шишки.

— Что здесь происходит?! — рявкнула я.

Он махнул рукой в сторону гномьей двери:

— У вас тут привидение! Злой дух!

— Ты что, пытался залезть в подвал?!

Максимилиан задрал подбородок и с вызовом бросил:

— Ну и что?!

И тут я огляделась. Боже, что за разгром!

— Какого?... — прошипела я.

Содержимое шкафов в беспорядке валялось на столешнице, обеденном столе, полу. Я пошла к плите, рассыпанная на полу крупа и специи хрустели под ногами. Подняла крышку чугунка. Пусто. Вот значит как?! Ну, хорошо!

— Так… — Мой голос стал ледяным. — Ты немедленно прибираешься. Быстро и качественно. И тогда я, быть может, не расскажу госпоже Мариваль, что за погром ты здесь устроил. Но ты для этого должен сильно постараться.

Максимилиан нахмурился:

— Но я не шучу! Там что-то есть! Оно…

— Хватит! — зарычала я, едва сдерживаясь, чтобы не затопать от злости. — Да есть! Именно поэтому тебе сказали туда не соваться! — А потом спокойно добавила: — Не приберешь здесь все, кормить тебя больше не буду. — Широким жестом обвела кухню. — Фронт работ обозначен. И еще на улице чугунок с подгоревшей кашей стоит замоченный. Его тоже нужно отмыть.

Я развернулась к выходу, но Максимилиан крикнул мне в след:

— А ты чего, помогать не будешь?! Ты же служанка, это твоя обязанность убирать!

Вот наглец! Я сладко улыбнулась и повернула голову:

— Да, я служанка. И у меня есть права и обязанности. А ты — не пойми кто на птичьих правах! Будешь еще возмущаться, сегодня же съедешь! Обещаю.

Максимилиан обиженно фыркнул:

— Ну и ладно!

Но послушно подошел к кухонному шкафу и стал складывать валяющиеся на столешнице чашки.

— Заодно вымой все! — приказала я и с довольной улыбкой отправилась в мастерскую.

Вот упрямый мальчишка! Хорошо, что он не сумел вскрыть подвал.

Я погладила кружево на воротничке. Оно было так похоже на то, что я разглядывала в магазине пару месяцев назад. Вологодское, сплетённое на коклюшках. И цвет как в моем сне. И вообще… Неужели оно правда из моего сна? Но как?

Я задумчиво зашла в мастерскую. На столе у окна стопкой лежала чистая бумага. Она слегка волнилась, но мне так даже больше нравилось. Интересно, когда госпожа Мариваль успела ее очистить? Я сдвинула ткани на край и присела за стол. Карандаш послушно лег в руку.

Я вспоминала фасоны платьев из фильмов, картин, иллюстраций. И рисовала, рисовала. Где-то штрихами, где-то силуэты, где-то целые платья. Стопка изрисованных листов росла.

Госпожа Мариваль зашла в мастерскую, когда творческий порыв прошел. Поздоровалась и встала за моим плечом, рассматривая текущий рисунок.

— Интересные модели. Можно посмотреть?

Но все было так сыро! Я покачала головой. Не хочу в таком виде кому-нибудь показывать.

— Давайте я ещё поработаю… Это пока черновики.

Она хмыкнула, но настаивать не стала:

— Хорошо. Я сейчас схожу в приемную князя, оставлю прошение. Надеюсь, что, не смотря на свои поиски, он найдет время на просителей.