Алёнка в космической академии: всем А.Б.З.А.Ц.

Глава 10. Принц и... не-принц

У высокого Витеньки шаг был гигантский, а Викуленька шла на каблуках, поэтому мне пришлось тащиться медленно, чтобы быть рядом с ней. Гадский хам сначала порывался пойти вперёд, но я не отпускала, вцепившись в его руку изо всех сил. Почему я одна должна страдать? Хотя, он не больно-то и старался отстраниться – легко мог вырваться или сказать гадость. Правда я чувствовала, что медленно ходить Женька не привык, поэтому втихаря злорадствовала.

Брат с сестрой о чём-то говорили, хотя в основном это Викуленька рассказывала, что делала на Земле, а Витенька только охал и ахал, услышав про новые «туфельки, кофточки, сумочки» и так далее по очень длинному списку. Вскоре я заскучала, тем более виды вокруг не сильно-то и менялись, ничего интересного не появлялось, даже студенты, проходившие мимо, выглядели совсем обычными. Поэтому я переключилась на Женьку, задав мучавший меня вопрос:

– А что происходит с запрещёнными предметами?

– Сканеры их находят, а специальные лазерные лучи расщепляют, – ответил гадский хам, поглядывая на меня снисходительно. Я восхищённо прицокнула языком:

– Надо же! А как далеко её можно запрятать? А совсем любая вещь может быть расщеплена? А человек? А если вещь в человеке? Это наши технологии или от Чужих достались?

Он заулыбался:

– От Чужих. Прикольно, надо запомнить, – Женька посерьезнел: – Расщепляется любая не-органика, плюс добавлены параметры, чтобы некоторые органические запрещённые элементы, типа яиц Чужих, нельзя было проносить. Человеку эти лазеры не повредят. А для Чужих настроены отдельные входы – к Толянычу они даже не попадут. Но если человек несёт запрещённую вещь внутри себя, то его арестуют на месте и перевезут на другую планету для допроса.

Всё это было так захватывающе интересно, что я какое-то время просто переваривала информацию, чуть ли не визжа от восторга. Как же здорово, что Женька не работает в секретной организации и может делиться со мной такими деталями!

– Апельсинка, а ты заметила, что в поезде не было камер и все сели, куда хотели, но даже про расстёгнутые ремни стало известно? – спросил Женька, не дождавшись новых вопросов. Я кивнула. Это меня тоже сильно заинтересовало, однако бабулина граната перекрыла всё. И как достала только?..

– Тоже от Чужих, – с затаённой гордостью сообщил гадский хам, будто сам имел к этому отношение. – На перроне, где ты садилась, сканируются полностью все твои параметры, включая вес...

Тут я высвободила левую руку, которой держала Викуленьку, и стукнула Женьку по плечу, отчего он ойкнул и проворчал:

– Злая Апельсинка... Я навсегда забыл эту цифру вообще-то... А вот сканеры – нет. Все параметры вносятся в специальную базу. Сканеры стоят повсюду, они настроены на определённые изменения, например, смена положения в пространстве или взаимодействие с другим объектом... Хм... Не слишком умные слова? – хмыкнул он, очевидно заметив, как я приоткрыла рот.

Но я всё-всё понимала, просто была в восторге от того, что наконец-то встретила технологии Чужих (и вес мой не дома подсмотрели, а на перроне узнали)! Сердце билось часто-часто, везде чесалось и пекло – так сильно мне хотелось узнать как можно больше нового. Ведь учиться я просто обожала! А тут столько возможностей! Да и Женька объясняет просто и понятно.

– Эй, Апельсинка! – позвал он, снова не дождавшись ответа. – Ты зависла, что ли? Перезагрузка нужна?

– Я ж не андроид, – хмыкнула я. – Ой, кстати?..

Женька понял вопрос с полуфразы и загадочно прошептал:

– Кто знает. Может, ты с ним уже общаешься?

Я улыбнулась самой милой из своих улыбок, глядя в его небесно-голубые глаза, отчего он тоже внезапно заулыбался. Как-то слишком уж очаровательно! И непохоже на гадского хама. Я, почувствовала странное волнение, а Женька будто бы перестал дышать. Или это у меня дыхание перехватило, когда мир внезапно замедлился, сузившись до его лица?..

От этих странных ощущений, я едва не забыла, что собиралась сделать. Но не забыла. Поэтому со всей силы снова стукнула Женьку по плечу.

– А-а-ай! – закричал гадский хам, потирая место удара. – Больно же!

– Ой! – я свободной рукой прикрыла рот. – Не андроид, гляди-ка... А как похож был...

– Ну ты и зараза! – восхитился Женька, а потом проворчал: – Может, у меня чувствительный внешний покров или встроенное восприятие боли?

Распираемая гордостью от его восхищения, я ехидно заметила:

– Значит, стоит тебя разобрать! – с этими словами я левой рукой нырнула ему под куртку и пальцем принялась «дырявить» бок, вызывая щекотку и хихикая сама. Женька, нервно хохотнув, схватил моё запястье и потянул его вверх, отчего я невольно развернулась и оказалась прямо перед ним. Я ещё продолжала смеяться, а он смотрел так серьёзно, но в тоже время очень нежно, отчего моё веселье вмиг испарилось. Зато ожил дятел в сердце... И я почувствовала, как внутри всё затрепетало. Его горячая рука и такой обжигающий взгляд! От пылающего чем-то невероятно сильным Женьки, жар распространился по всему телу и осел на щеках. Я сглотнула, не в силах оторваться от его глаз. А он смотрел на мои губы...

– Алёнушка? – раздался голос принца Витеньки. – Вы идёте?

Тряхнув головой, я моргнула несколько раз, возвращаясь на землю. Ах, да...