Алёнушка. Том 1. Академия — Волчьи ворота

Глава 6. Где нет сёл и городов, и кончаются леса и болота, спряталась меж двух столбов Академия — Волчьи ворота

Из рамки вверх полетели огоньки, собираясь в большой телевизионный экран. В кухне за столом, со стороны окна из-за кастрюли с борщом, я увидела себя, деда с бабушкой, сестёр и брата.
Щёки у меня пылали от отчаяния и злости. Я ковыряла борщ ложкой, слушая, нытьё Машки. Лямки рюкзака с куклой натянулись и ослабли. Тогда я этого не почувствовала. Просто сидела и злилась. Из-за моего плеча показалась голова девочки, похожая на куклу Настю, с которой разговаривала во сне. Рукой девочка коснулась моего плеча, чего совсем не почувствовала. Настя приблизилась и тихо сказала мне на ухо: «Бум!».
Я резко подняла глаза, и сила, вырвавшаяся из груди, ударила в кастрюлю. Борщ выплеснулся, окрасив весь светящийся экран. Сквозь потёки заметила позади себя ещё одну фигуру, окутанную дымкой. Чётко просматривалось только лицо, и я узнала бабу Дусю. Подняв руку, она отвесила Насте подзатыльник, и они обе исчезли. Рыдая, я поднялась со стула и бросилась вон из хаты. На этом сеанс резко закончился. Экран исчез, и свечение прекратилось. Скрестив руки на груди, батюшка Анатолий только и смог произнести: «М-да».
Мои бабушка и мама просто сидели в немом ужасе, даже не пытаясь шевелится, а тем более говорить. Причём я это увидела уже не оборачиваясь.
— Что теперь? — произнесла я, убирая руку из рамки.
— Думаю, что у вас мало вариантов, — первый отвис батюшка, обращаясь к моей маме. — Вы можете оставить всё как есть. Относиться с любовью и уважением к Алёнушке. Отдать в обычную школу, и ждать, пока преподаватели, из-за первого же похожего случая, отправят девочку в какой-нибудь НИИ, для опытов. Второй вариант — оставить в нашей школе для экстрасенсов.
Мама разрыдалась в голос, а за ней и бабушка.
— Ну что вы, успокойтесь. Всё будет хорошо, — поспешил успокоить их батюшка, а мне жестом показал занять место за письменным столом. Сам взял глиняное блюдце, со странным церковным печеньем, с полки рядом стоявшей этажерки, и обратился к моим маме и бабушке. — Вот, съешьте по просфоре и успокойтесь. Как выйдете за ворота церкви, то забудете всё, что видели. Просто будете помнить, что отдали Алёнушку в специальную школу для одарённых детей. По выходным и праздникам сможете навещать дочь. А после окончания первого класса девочке разрешат и домой на каникулы поехать. К этому времени Алёнка научится контролировать гнев и эмоции. А главное — наставники помогут найти ей общий язык со своими духовными хранителями.
— Это хранители? — показывая пальцем на место, где недавно светился экран, всхлипывая, заговорила мама. — Мне показалось, что там демоны вовсю орудовали. Нечисть.
Снисходительно покачав головой, батюшка сказал, что не стоит так реагировать. Из-за незнаний реальности, люди способны многое неверно истолковывать.
Однако съеденные просфоры возымели положительное действие, и мама с бабушкой успокоились.
— Мы взяли с собой только свидетельство о рождении Алёны и всё, — заговорила бабушка. — Вещи остались дома. Можно съездить собрать всё необходимое? Завтра мы вернёмся.
— Всё необходимое у девочки с собой, — покачав головой, батюшка показал на рюкзак с моей куклой. — Одежду и всё прочее выдадут в школе.
— А почему только по окончании первого класса мы сможем забирать Алёнку на каникулы, — заговорила бабушка. — Слышала, что в спецшколах и детдомах разрешают забирать детей даже на выходные.
Присев рядом на свободный стул, батюшка тяжело вздохнул, собираясь с мыслями.
— Два хранителя у Алёны, понимаете — два, — начал объяснять священник. — А это серьёзнее некуда. Большинство детей поступают в академию, не имея хранителей вообще. С помощью наставников призывают доброго духа поселиться в любимую игрушку ребёнка, защищать и направлять, пока малыш не станет твёрдо на ноги. У Алёны всё идёт с опережением. Нужна мощная корректировка.
Бабушка смахнула слезу кончиком платка и молча кивнула.
— Ну вот и славно, — поднимаясь со стула, сказал батюшка Анатолий, — к нам сегодня привезли мальчика с похожей проблемой. Нужно поговорить с его отцом. А вы зайдите в трапезную и спросите Бориса Борисовича. Это один из наставников, он будет сопровождать детей в школу. Наставник носит с собой трость с головой пса на конце ручки. Вы его легко найдёте. Вот бланки заявления на зачисление в школу. Нужно вписать имя девочки, заполнить несколько пунктов с данными родителей и поставить подписи. Копию оставьте у себя, там мои контакты.
Произнесённое батюшкой имя наставника напомнило мне название любимых леденцов, и я невольно улыбнулась.
— Вот видите, Алёнушка уже улыбается, — сказал Анатолий, открывая дверной замок.
В трапезной суетились несколько женщин-служек, а за столом у окна сидел пожилой мужчина, прибывший с нами в автобусе. Кепка лежала перед ним на столе, а трость висела на спинке стула. Увидав нас, мужчина поднялся — показал на свободные стулья.
— Борис Борисович, — представился мужчина. — Вас я помню, Екатерина Даниловна, и вашу дочь Валентину. А как твоё имя, девочка, — обратился он ко мне.
— Алёна, — робко произнесла я.
— В детский сад ходила, друзья у тебя там были? — начал задавать вопросы Борис Борисович. — К новым знакомствам готова?
— Да, — ответила я и покосилась на маму с бабушкой.
Следующий вопрос наставника стал неожиданным не только для моих мамы и бабушки, но и для меня.
— Девочка и женщина за твоей спиной, кто они? — глядя мне за спину, спросил Борисович. — Не познакомишь меня? Обратил внимание ещё в автобусе.
— Баба Дуся, — ответила я, всхлипывая, — и Настя — кукла, моя. — Выдержав паузу, решила добавить, потому что наставник глянул вопросительно. — Дух прапрабабушки Насти в моей новой кукле.
Поклонившись, одному ему, видимым духам, наставник сказал, что в школе со всем разберётся.
— Не плачь, девочка, будешь внимательной, послушной и никто тебя не обидит. А вот и твой будущий одноклассник, — переключился Борис Борисович на вошедших в трапезную мужчину и мальчика, прибывших с нами на автобусе. Вероятно, беседа с батюшкой Анатолием у них оказалась короткой по сравнению с нами. Меня это насторожило: «Неужели у меня такой тяжёлый случай? Чем я это заслужила?»
Мальчик по имени Андрей, не проявлял интереса к происходящему. Считал, что отец просто придумал для него наказание за незаурядную шалость. И, отбыв наказание, мальчик как ни в чём не бывало — вернётся домой. Я тоже об этом думала, пока батюшка Анатолий не заговорил о каникулах. После чего поняла, что отправляюсь в закрытую школу надолго. Именно это и огорчало больше всего.
— Ну-с, прощайтесь. Мы и так уже задержались, — глядя на наручные часы фантазийного вида, с ремешком из кожи, напоминающей змеиную, торжественно произнёс Борис Борисович.
Однако прощание прошло быстро. Несколько лёгких поцелуев мамы и бабушки, быстрые объятия и, взяв наставника за руки, мы вышли из трапезной. Трость Борис Борисович прицепил на ремень брюк, и трость сложилась, как мой цветной калейдоскоп, уменьшившись в десять раз — сама.
«Могли бы и накормить», — прозвучал в голове голос Насти.
От этих слов в животе предательски завопил неведомый голодный зверь.
— Прибудем в школу, устроитесь и на обед отправитесь, — сказал, Борисович, — потерпите немного.
Его слова немного успокоили, а заговорившая в моей голове кукла воздержалась от комментариев. Я только раз бросила взгляд на рюкзак Андрея, из которого торчало ухо мягкой игрушки. Судя по закруглённому кончику, решила, что это может быть медведь. Но это не точно. Мне просто показалось.
За забор церковного двора мы вышли через маленькую, узкую калитку и оказались на пустыре.
— А где школа? — спросил Андрюша.
— Терпение, молодой человек, — сказал наставник.
Сжав покрепче наши руки, Борисович направился к двуногой железобетонной опоре электропередач, с оборванными проводами, на краю пустыря. Во всяком случае выглядело издалека это именно так. Подойдя ближе, поняла, что это не просто столбы. Исписанные письменами, они больше напоминали древнюю V- образную арку.
— Волчьи ворота, — вырвалось у меня.
Остановившись, наставник посмотрел на меня удивлённо.
— Откуда знаешь, маленькая леди, во сне видела?
Я закивала в знак согласия.
— Именно эти, — показал он глазами на арку.
— Нет, поломанное дерево за огородом, — ответила я.
— Это многое объясняет. Расскажешь как-нибудь.
Отпустив наши руки, Борисович вынул из кармана мешочек, развязал, запустил в него руку и извлечённый светящийся порошок бросил в центр арки. Надписи на столбах начали мерцать. Сняв с пояса, принявшую прежние формы трость, трижды стукнул по земле и в арке начал открываться проход.
— Проходите, — глянув на Андрея, сказал он.
— Нет, не пойду я, — отступил мальчик в испуге.
Взяв Андрея за руку, я шагнула вперёд, он только ойкнул от неожиданности. Хотела обозвать боягузом, так говорил дед Платон, и всё такое. Но решила приберечь подобные, обидные слова для другого случая.
В голове загудело, и тело пронзило множество мелких иголок. Не то чтобы больно, но неприятно. Через два шага всё прекратилось. Очутились мы на просторной аллее перед комплексом старинных, многоэтажных построек, окружённых парком. Я оглянулась. Позади нас стояла такая же двуногая опора, в которую вошёл наставник. Он просто прошёл сквозь холст с изображением местного ландшафта. Хотелось спросить: а как мы вернёмся, — но под тяжёлым взглядом мужчины я решила пока воздержаться от вопросов.
— Пойдёмте, дети, нужно вас официально оформить, — сказал Борисович и повёл к ближайшему зданию.
Два корпуса соединялись между собой одноэтажной галереей. Третий корпус выглядел весьма мрачно и стоял особняком и казался заброшенным. Все окна плотно закрыты ставнями и заколочены досками. А на входной двери и вовсе сплошной деревянный щит.
— А там что? — спросила я наставника.
Бросив взгляд в сторону третьего корпуса, Борисович сказал, что это старое, аварийное здание школы, которое никому снести.
Поднявшись по ступеням к двери парадного входа ближайшего здания, Борис Борисович остановился.
— Дети — это учебный корпус. Хочу вас сразу предупредить — чтобы вы не увидели, не пугайтесь, а главное — не кричите. Это место сильно отличается от мира, в котором вы родились и выросли. Со временем привыкнете.
«Смешной дед, — мелькнуло в голове, — вот так взял и сразу напугал. Я уже боюсь».
Тяжёлая деревянная дверь с резным узором открылась плавно и без скрипа. Словно дверной мастер совсем недавно смазал петли. Даже удивилась. У дедушки все двери открывались с жутким скрипом, не давая никому пройти незамеченным. В квартире, где жила с родителями, двери, кроме входной и в ванной комнате, практически никогда не закрывались. Это чтобы я и сквозняк ими не хлопали.
Просторный холл с двумя раздевалками по обе стороны, встретил прохладой и отдалённым запахом краски. Вероятно, во время летних каникул в некоторых классах шёл ремонт. Так делалось в моём детском саду, когда большинство детей родители забирали с собой на время отпусков.
Миновав холл, по сла́бо освещённому коридору с несколькими учебными кабинетами, вышли к лестнице и поднялись на второй этаж. Здесь располагалось несколько классов, библиотека под номером один, наставническая и кабинет директора. Коридор заканчивался поворотом и ещё одной лестницей. Получалось, что это Г-образная пристройка к основному зданию.
Секретарь — небольшого роста, молодой мужчина, спрятался за монитором компьютера и не заметил нашего появления.
— Константин Васильевич, — позвал его наставник, — Карл Абасович у себя?
Поднявшись с кресла, секретарь поприветствовал Бориса Борисовича и окинул нас взглядом.
— Пополнение привели, а они предупреждены? — спросил Константин Васильевич.
— Да, — сухо ответил наставник.
Кивнув, Константин Васильевич сделал жест, указывая на стулья у стены. Из-за его спины показался пушистый серый хвост, отодвинувший кресло. Так вот чему наставник попросил не удивляться. Молодой мужчина оказался человеком наполовину. Он вышел из-за стола, перебирая лапами на мягких подушках. Широкие брюки натянулись на коленках, неестественно сгибающихся назад. Виляя длинным пушистым хвостом, выглядывающим из-под длинной футболки, Константин Васильевич направился к двери с табличкой — «Директор».
Мы с Андреем ещё мгновение стояли, открыв рты от удивления.
— Это кто? — прошептала я, когда получеловек — полукот скрылся за дверью.
— Это что? — подал голос Андрюша.
Отпустив наши руки, наставник шагнул вперёд и повернулся к нам лицом.
— Я просил ничему не удивляться, — наклонив голову, глянул на нас исподлобья Борис Борисович.
Легко сказать. Как такому можно не удивляться?
— Что с ним произошло? — снова шёпотом спросила я. — Он не всегда же был таким?
— Верно. Так случается, когда ученик игнорирует выполнение домашнего задания, — ответил наставник. — И несерьёзно относится к своему дару. Но к вам это не относится. Вы будете прилежными учениками, верно?
Мы оба закивали, глядя на выходящего из кабинета директора, секретаря.
— Карл Абасович готов принять, прошу, — распахнул широко дверь Константин Васильевич.
На негнущихся ногах, стараясь не смотреть на кошачьи лапы с коготками, секретаря, взяв наставника за руки, мы вошли в кабинет.
— Ну, здравствуйте, мои хорошие, — мягким басом произнёс директор.
«Кого-то он мне напоминает, — мелькнула мысль, — кажется, видела подобного персонажа в одной из сказок. Чёрные как смоль — длинные волосы, густые брови и длинная борода. Ну точно — Карабас-Барабас! Не удивлюсь, если за глаза его так и называют. Хоть бы не перепутать и с перепуга не обозвать директора. Интересно, а Мальвину с Буратино мы здесь не встретим?»
— Алёнушка, — услышав своё имя, подняла голову и встретилась глазами с директором. — Ты в облаках витаешь, что ли? Я задал вопрос: что, по твоему мнению, привело тебя в нашу школу?
Пожав плечами и хлопнув пару раз ресницами, хотела отделаться молчанием, но поняла, что не получится. Карл Абасович поднялся с кресла, упёрся кулаками о стол и глянул в упор, словно пытаясь прожечь во мне дыру. В какой-то момент его губы растянулись в улыбке, глаза сузились, и он рассмеялся.
— Да не бойся так, никто тебя здесь не укусит, — сказал он уже совсем изменившимся голосом.
— Ага, — ответила я, — а ваш секретарь с кошачьими лапами и хвостом?
— Костя? Тебя напугал Константин Васильевич? Нет, он добрый. Сейчас просто в образе. Ждёт, пока закончиться действие эликсира, который он сварил, перепутав ингредиенты, — ответил Карл Абасович, возвращаясь в кресло. — Итак, почему тебя, Алёнушка, определили в нашу школу?
Решила выдать всё и сразу, чтобы больше к этому не возвращаться.
— Я ведьма. Взорвала кастрюлю с борщом. В моей кукле поселилась душа прапрабабушки. А покойная ведьма Дуся отдала мне это, — ответила я, показывая на цепочку с кулоном.
Сделав серьёзное лицо, директор погладил бороду.
— М-да, это серьёзно. Борис Борисович, придётся вам лично заняться девочкой, пока она не взорвала школу. Проведите беседу и постарайтесь установить прямой контакт с личными духовными наставниками Алёны. Хотя бы с одним. Желательно к первому сентября.
Нажав кнопку на многоканальном телефонном коммутаторе, занимающем четверть массивного стола, директор вызвал секретаря:
— Константин Васильевич, свяжите меня с Полиной Адамовной.
— Но её нет сейчас на месте, — возразил секретарь, — у Полины Адамовны отпуск.
— Значит, установите связь, ну вы понимаете, и переведите ко мне на коммутатор, — требовательным тоном ответил Карл Абасович и отключил вызов.
Жестом директор показал нам троим занять места на кожаном диване у окна, а себе налил воды из графина.
— Давненько у нас не было учеников с несколькими сразу духовными наставниками. А ты, Андрюша, как думаешь, почему попал в нашу школу? — Я сбега́л в игру, — не колеблясь, ответил Андрей.
Густые брови Карла Абасовича поползли на лоб, он хотел что-то сказать, но только открыл рот от удивления.
— В компьютерную игру, — уточнил Андрюша.
— А, ясно, — наконец произнёс директор, — во что играл? Танки, строительство, морские бои?
— У меня там животные остались накормлены и растения без полива гибнут. А меня сюда, — с обидой в голосе ответил Андрей.
— Дошкольник. Странно, думал, что сейчас и дошкольники уже на танках гоняют. А ты всё кур кормишь, — насмешливо ответил Абасович.
— Ну и что. Мне нравится. Там меня никто не трогает, — заявил мальчик.
В этот момент коммутатор на столе затрещал. Из центра корпуса пробил сиреневый луч и разложился веером. В мерцающем свете появилось 4D изображение головы женщины, высокой степени детализации.