Алёнушка. Том 1. Академия — Волчьи ворота

Глава 17. Не дрожи ты так, крошка, это всего лишь старая заброшка

В лучах заходящего солнца заброшенное здание и правда выглядело зловеще. Такие часто видела в рекламах фильмов про разных Бабаек, как говорил папа. Мне такое смотреть не разрешали. Говорили, что будет потом ночью сниться. Но один фильм однажды я посмотрела. Родители оставили меня смотреть сказку и поехали на больницу. Папе срочно понадобился доктор.
Сказка быстро кончилась, и я решила посмотреть ещё что-нибудь. Переключая каналы, остановилась на фильме с необычным сюжетом. Странный дядька в грязной майке с красными и чёрными полосками, в шляпе и обгоревшим лицом, бегал за девочкой, угрожая ей перчаткой с лезвиями.
Вжавшись в спинку дивана, я наблюдала действия фильма, боясь пошевелиться. Даже старалась дышать реже. Поджала ноги, чтобы никто не вылез из-под дивана и не укусил за пятки. Укрылась пледом по самые глаза, настолько было страшно. Но до конца мне досмотреть не дали. Приехали родители и переключили канал.
«Что ты смотришь? — сказала мама. — Тебе рано ещё такое кино. Вот «Ну, погоди!» лучше посмотри».
Как ни странно, моё детское внимание быстро переключилось, и через минуту я уже смеялась, наблюдая за приключениями волка и зайца. Даже улыбнулась, вспоминая сцены из мультика.
— Отомри! — прозвучало совсем рядом.
Ведущая Вита потребовала изобразить небесные фигуры. Обойдя участников, близняшка уже отгадала всех, и очередь дошла до меня. С расставленными руками и гордо поднятой головой я стояла, глядя на заброшенное здание. После команды «отомри» начала кружиться и махать руками.
— Ты самолёт, — предположила Вита и рассмеялась.
— Нет, — ответила я.
— Ворона?
— Нет.
— Чайка?
— Нет.
— Тогда кто? Я сдаюсь, — сказала девочка.
— Я летучая мышь, вылетевшая из заброшенного здания. Сейчас, как нападу на тебя, укушу, и ты будешь ходить по ночам и пить тёплую кровь маленьких девочек, — ответила я не своим голосом, отчего сама и испугалась.
С криками и визгами участники игры бросились врассыпную с игровой площадки. Только Вита стояла, глядя на меня, не мигая.
— Зачем ты так, — с обидой сказала девочка. — Это же просто игра. И как ты научилась говорить таким страшным и противным голосом?
— Не знаю, — ответила я. — Вита, может, не пойдём сегодня в заброшку? Мне страшно.
— Страшно тебе? Вот и не ходи, — зло бросила близняшка.
Развернувшись, она направилась к двери жилого корпуса, вытирая слёзы, а все участницы игры пошли следом.
Одна я осталась стоять посреди игровой площадки. В этот момент сознание отделилось и поднялось над школьным двором, так высоко, что я увидела себя. Совершенно одинокая маленькая девочка стояла, опустив голову, а вокруг в разные игры играли дети. Звучал хохот, восторженные возгласы. Слышались скрипы качелей и стук мяча по бетонному покрытию.
Закрыла на мгновенье глаза и вздохнула, а отрыв их снова вернулась в тело.
«Так вот, как это может быть? Странное ощущение. Нужно спросить об этом у наставников или защитников», — с этими мыслями решила вернуться в спальню. Собиралась поспать перед ритуалом, иначе к полуночи меня могли не добудиться. Поднялась на свой этаж, подошла к двери и услышала, бурное обсуждение и возмущения.
— Вовремя ты, — сказала Василина, когда я открыла дверь, — вот, смотри, — протянула она мне лист бумаги.
— Что это? — спросила я.
— Наше размещение в учебном классе, — ответила девочка. — Мы с Евангелиной думали — будем сидеть за одной партой, а оказалось, что я с тобой.
И правда, первая парта оказалась подписана нашими именами.
— А ты со мной не хочешь? Может, тогда попросим Полину Адамовну нас пересадить, когда войдём в класс?
— Видишь, это документ, и он подписан директором, — ответила Василина. — Мы вообще думали, что тебя с Андреем посадят.
Мне стало обидно, почему девочке так сильно не хочется сидеть со мной за одной партой? Что это страх перед моими способностями или личная неприязнь? И почему я должна сидеть за партой именно с мальчиком? Я не хочу, хотя к Андрею хорошо отношусь.
Ещё немного повозмущавшись Василина ушла умываться перед сном. А я достала из рюкзака Настю и стала расчёсывать ей волосы, вспоминая о последних минутах общения с ней.
«Как мне тебя не хватает, — я мысленно обратилась к кукле, — когда ты снова вернёшься?»
Но ответа так и не дождалась. Куколка смотрела мимо или сквозь меня стеклянными глазами и молчала. Отложив её на кровать, взяла полотенце и пакет с мыльными принадлежностями, и ушла в санузел.
В помещении с водонагревателем и вазами биде курили старшеклассницы. Дым от сигарет через вентиляционную трубу проник в помещение с умывальниками. Еле уловимый, он распространился по всему помещению. В моей семье никто не курил, и я сразу его почувствовала.
Голоса девочек за стеной еле различались, но мне стало любопытно, о чём разговор. Слышала, что старшеклассницы вернулись с практикума и две из них охотницы. Даже представить не могла, за кем или чем охотятся девчонки. Напрягла слух, как учила Полина Адамовна, настроила третий глаз и оказалась к комнате интимной гигиены.
Девушки расположись на широком подоконнике и курили, стряхивая пепел в стеклянные баночки.
— Эта последняя, — сказала худенькая блондинка в розовом халатике, — завтра домой, родители об этом не знают.
— А я домой не еду, — сказала смуглая темноволосая девушка в зелёной майке и шортах, — но всё равно больше не хочу. Сегодняшний вампир именно по табачному запаху нас выкупил. Ещё немного и сами бы искали, кому впиться зубами в шею.
— Одна я курить не буду. Значит, тоже придётся бросить, — сказала третья девушка, в халатике синего цвета, с длинной русой косой.
— Слышали новость о первокласснице? — сказала блондинка. — Это из-за новенькой конь со стены в столовой пропал.
— Да ладно, — сказала смуглянка, — сильная девочка. Может, возьмём малышку с собой на практикум? Посмотрим на что, эта мелкая мышка способна?
— Та ну, связываться с малолеткой. Мне совсем не хочется. Потом отгребать от директора, — сказала девушка с длинной косой. — Девчонку под защиту взяли Данил и его команда. Те ещё оторвыши.
— Ого, — сказала смуглянка, — новая ликвидаторша подрастает. Жаль, что после пятого класса под защиту никого брать нельзя. Иначе я бы за неё поспорила.
— Ещё не факт, что после школы девочка останется верна закону Волчьих ворот. Может, просто наставит себе блоков и будет жить как обычная, — сказала блондинка. — Лично — меня обычная жизнь не устраивает. Установки не в пользу женщин: рожай, стирай, убирай, готовь, получай по морде и молчи. Я так не хочу. Не моё.
— Это так, да, но я бы хотела детишек, — вздохнув, сказала девушка с длинной косой. — Сына и дочку. У старшей сестры уже есть двое малышей. Такие хорошенькие.
— Что не говорите — детки это прекрасно. А за мелкой первоклашкой нужно понаблюдать. Как бы она ни разбудила того духа из заброшки, — сказала смуглянка.
— Ты про того духа непонятного происхождения? Так это же вроде как легенда. У наставников просто руки не доходят старое здание разобрать, — сказала блондинка.
— А я слышала другое, — ответила ей смуглянка, — чтобы разобрать заброшку, сперва поселившегося там духа изгнать нужно. Иначе он переселится в жилой корпус…
Выдохнув, я вернулась в здесь и сейчас. Ничего себе расклад. А близняшки про эту легенду хоть знают? Как бы кто из детей ни пострадал. Но после случая на игровой площадке решила, что со мной даже разговаривать на эту тему не станут. А себе сказала, что подслушивать чужие разговоры нехорошо. Во всяком случае, так учили папа и дедушка.
Собрав мыльные принадлежности и закинув полотенце на плечо, вышла из санузла. Коридор подсвечивался всего двумя плафонами и то в середине. В начале и конце воображение рисовало страшные образы. Поймав взглядом на стене свою тень, решила больше никуда не смотреть. Добежала до спальни, открыла дверь и выдохнула. Все девочки уже спокойно спали.
Заведя будильник на своём устройстве, нырнула под одеяло и быстренько уснула.
«Вставай, вставай, штанишки надевай!» — писклявым голосом завопило мобильное устройство одной из близняшек.
Разом заскрипели пружины матрасов, и девочки начали подниматься с кроватей. Шлёпая босыми ногами по деревянному полу, к выключателю мимо пронеслась Рита.
— А ты чего встала? — сказала мне Вита. — Страшно же, говоришь. Вот и оставайся в спальне. Не ходи с нами.
— Да ладно тебе, — вступилась за меня Рита, — пусть идёт.
— Пусть идёт в столовую и помолится яблоне. Только и умеет картинки оживлять, — зло бросила Вита. — Показушница. Вечно к себе внимание привлекает. Все с ней носятся, как особенной. Хочу, чтобы её из нашей спальни перевели куда-нибудь.
Во мне начал закипать вулкан, как во время Машиных издевательств. Но я вспомнила взорвавшийся борщ и постаралась переключить внимание. От того костра, что вспыхнул в моей душе, остался лишь лёгкий дымок.
Переодевшись, я достала из рюкзака мешочек с конфетами и положила в карман платья.
— Ещё раз повторяю, — повернулась к девочкам Вита, — все мобильные устройства и обереги оставляем в спальне. С собой ничего блокирующего не берём.
Я коснулась рукой места, где находился кулон четырёхлистного клевера. Но оказалось, что цепочка с кулоном исчезла. Подумала, что во сне ворочалась и случайно расстегнулась застёжка. Решила поискать в постели и под кроватью, когда вернёмся.
— Разбирайте свечки и спички, — продолжала командовать Вита. В подвале темно. У нас есть два фонарика, но они могут в любой момент отказать.
Одна за другой мы вышли из спальни, и Рита закрыла двери на ключ. Коридор освещался двумя плафонами, а на лестничной клетке тускло горела лампочка, готовая в любой момент перегореть и погаснуть.
— Спускайтесь тихо, — шёпотом сказала Вита.
Место дежурного у входа пустовало. От настольной лампы, направленной на стекло, покрывающее столешницу, свет рассеивался по маленькой прихожей, оставляя тёмными выходы в коридоры, с обеих сторон. Придвинутый к столу стул, напомнил о том, что все мальчишки-старшеклассники уехали на футбольный матч.
Повернув налево, мы оказались в бывшей парадной жилого корпуса. Один из ребят защитников в перерыве игры рассказал, что сперва на территории школы построили здание, теперь являющееся заброшкой. Затем жилой корпус. Здесь дети жили и учились. И только намного позже пристроили здание учебного корпуса, переходную галерею, столовую и кухню.
Заброшенное здание во время войны занимал госпиталь. Но что-то там произошло и решили больше здание не использовать. Просто законсервировали до лучших времён. И вот мы идём сегодня в заброшенное здание, которым пугали прежде учеников академии.
Напротив парадного входа — огромная гардеробная, закрытая на летнее время. За ней склад, где мы с Андреем получили мобильные устройства, а справа невзрачная железная дверь с надписью «Бомбоубежище».
От ночного освещения небольшими лампами в каждом помещении все углы казались наполнены существами, готовыми в любую минуту, выскочить из своей засады и напасть. Это придавало ещё большей таинственности.
Андрей пришёл раньше нас и светил себе под ноги маленьким фонариком, стоя у стены.
— Конфеты взял? — спросила его Вита.
— Да, — ответил мальчик, — но как мы откроем эту дверь? Она, похоже, заварена.
Вита, только усмехнулась: «Никак, если только у тебя нет ключа». Близняшка покрутила предметом в руке, похожим на ручку от двери.
— Похоже на ключ от сарая, — сказал Андрей, — а куда его вставлять?
Не говоря ни слова, Вита подошла к старой розетке рядом с дверью. Подковырнула ногтем и та отвалилась, открыв штырь замка.
— Бери, вставляй и крути, по часовой стрелке, — протянула близняшка ключ мальчику.
С задачей Андрей справился быстро. Через пару прокруток, дверь вздрогнула и открылась внутрь.
— Входим по одному, — сказала Рита, — Андрюшка, ключ не забудь вытащить. Ты входишь последний.
Два луча фонариков осветили длинный коридор подвала с множеством дверей. Бомбоубежище я представляла себе иначе. Однажды смотрела фильм, и там был конкретный, благоустроенный бункер со всеми удобствами. А здесь так же, как было в подвале мужчины, прятавшего девочек, которых мы с ребятами спасли.
Входная дверь закрылась, и сразу стало не хватать воздуха.
— Пойдём скорее, — сказала Вита, — здесь совсем нечем дышать. Система вентиляции разрушена.
Все поспешили в конец коридора. Открыв дверь подвала, близняшка, приказав следовать за ней, и вошла внутрь. Мы оказались в помещении с лестницей на два пролёта.
— Поднимайтесь, — сказала Рита, — но смотрите под ноги. Здесь повсюду обломки. Не споткнитесь.
Под ногами хрустели осколки стекла и рассыпа́лись мелкие кусочки штукатурки. Глаза расширились, пытаясь разглядеть хоть что-то в темноте. По спине волнами пробегал холодок, а кожа на предплечье сжалась, и я почувствовала, как поднялись волоски. Готовая в любой момент развернуться и кинуться бежать обратно, следовала за девочками, слушая, как сопит за спиной, поднимаясь по ступенькам, Андрей.
По привычке хотела взяться за перила, но прикоснувшись, поняла — не стоит. Пальцы моментально утонули в толстом слое пыли.
По тому, что дышать стало немного легче, поняла — мы вошли в заброшку. Хоть окна и двери в здании заколочены, но на крыше остались лишь фрагменты шифера. А сквозь стыки листов железа, прикрученные для исключения протечек, сла́бо, но проходил воздух.
— Пришли, — сказала Вита, — поджигайте и расставляйте свечи. Скоро полночь, можем не успеть.
— Где это мы? — спросила Рузалина.
— Холл парадного входа, — ответила Вита. — В прошлом году мы здесь были днём, когда вскрывали здание для дезинфекции.
— Хотелось бы всё посмотреть, — сказал Андрей. — Может, после ритуала пройдёмся по зданию?
— Что ты хочешь здесь увидеть? — насмешливо спросила Вита. — Несколько учебных классов заставлены старинными деревянными партами. А остальные помещения занимают железные кровати. Они так и остались после госпиталя…
— А подвальное помещение оборудовано под морг, — добавила Рита.
Слово «морг» я слышала неоднократно, и воображение рисовало страшные картины. Но я постаралась переключить мысли, чтобы не вызвать очередную неконтролируемую фантазию.
— А как мы призовём этого гнома и поймём, что он пришёл? — спросила Василина.
Кивнув на полуразрушенный камин, Вита объяснила, что с помощью рычага, она откроет систему задвижек и пригласит духа. А после ритуала попросит гнома уйти и подтвердить, что он это сделал. После чего снова закроет задвижки.
— Почему ты так уверена, что придёт именно добрый гном-сладкоежка, а не кто-то похуже и пострашнее? — глядя с опаской на старый камин, спросил Андрюшка.
— Ой, не начинай, — скривилась Вита. — Знаем мы твою страсть к фильмам, ужастикам и любовь прыгать в монитор, и разгуливать по играм. И ты же не Алёнка, чтобы оживлять свои бурные фантазии.
Все повернулись ко мне, спокойно поджигающей очередную свечу, чтобы поставить на сложенные стопкой кирпичи.
— Подвал как подвал, заброшка как заброшка, гном, чёрт — всё равно, — пожав плечами, сказала я, не понимая сама, как такие мысли родились в голове.
— Ой, всё, — цокнув языком, сказала Вита. — Снова она начинает изображать из себя одержимую духом или демоном. Терпеть этого не могу.
— Не злись на неё, — сказала Рита, — Алёнка совсем маленькая, ещё сама не всё понимает, что с ней происходит. Хорошо, что Настя исчезла, иначе у нас вообще не получилось бы снова сюда попасть.
— Так вы уже проводили здесь ритуал с гномом? — спросила Евангелина.
— Конечно, — ответила Вита. — В прошлом году раз пять или семь. А прежде старшеклассницы с нами сюда ходили. Да не бойся ты так. Кстати, ключ нам по наследству достался.
— И что, гнома всегда удавалось призвать? — спросила Василина.
— Конечно, нет, — ответила Вита, — не всегда все участники могли настроиться. Последние разы просто прогулялись ночью, и всё.
— Это немного успокаивает, — ответила Василина. — Я этого вашего гнома уже боюсь, — и девочка скривилась, изображая брезгливость и страх.
Близняшки принесли из тёмного угла два довольно таких целых старых деревянных стула со спинками. Поставили у стены и натянули нитку от одного к другому.
— Вита, а что вы хотите узнать у гнома? — спросил Андрей. — Почему для вас так важен этот ритуал?
Девочки переглянулись, и, вздохнув, Рита ответила: «У нас только один вопрос: кто наши родители и почему мама оставила нас у Волчьих ворот».
— Вы хотите найти свою маму? — спросила я.
— Нет, — ответила Вита. — Хотим, чтобы мама нас нашла и забрала. Не такие мы и опасно одарённые, чтобы находиться в этой закрытой школе, как ты или Андрей. Но у вас есть родители, а у нас нет. И это грустно.
Мне стало жаль близняшек. Они такие, разные. Одна резкая, боевая и решительная. Другая добрая, но тоже смелая. А родителей нет. Красивые, умненькие девочки, но оказались не нужны своей маме.
Привязав конфеты на верёвку, близняшки начали с помощью рычага открывать задвижки камина, и с трубы посыпалась сажа, смешанная с пылью. Несколько свечей погасло, неудачно расположенных поблизости. Но воздуха в помещении не прибавилось.
— Гном-сладкоежка, мы приглашаем тебя сегодня и сейчас ответить на вопросы и исполнить наши желания. Заплатим щедро конфетами и печеньем. Появись! — скомандовала Вита, когда пыль немного осела.
Еле заметный серый дымок из дымохода влетел в помещение, но этого, кроме меня, похоже, никто не заметил.