Алесса Блекфор и Пряжа Судьбы

Глава 12

Пустота Обсидиана Снов сомкнулась вокруг нас, но на этот раз все было иначе. Рядом со мной пульсировало теплое, живое присутствие Сандра. Он был моим якорем, точкой отсчета в этом бесконечном сиянии Пряжи. Его нить, яркая и порывистая, тесно сплелась с моей, и через это соединение я чувствовала его страх, его решимость и его абсолютное, слепое доверие ко мне.

— Не бойся, — послала я ему мысль, сама удивляясь, как легко это вышло. — Просто смотри. Дай твоему чутью вести тебя.

Мы устремились сквозь мерцающий ковер судеб, и я позволила его инстинкту быть компасом. Он вел нас не по ярким, здоровым нитям, а вдоль темных, липких следов, оставленных Разрывателями. Эти следы были похожи на ядовитую грибницу, разъедающую живую ткань мира. И они вели к одному месту — к густо переплетенному узлу из черных, искаженных ненавистью и фанатизмом нитей.Это был не просто след. Это было логово.Мы приблизились к этому узлу, и меня охватило волной отчаяния, боли и извращенной надежды. Это было похоже на погружение в бредовый, но абсолютно искренний кошмар. И в самой сердцевине этого узла пульсировала одна особенно темная, мощная нить. Нить лидера.Я протянула к ней свое сознание, и Сандр инстинктивно последовал за мной. Картина прояснилась.Старый склеп под заброшенным храмом Дариэля на окраине города. Сводчатый потолок, покрытый фресками, изображающими не созидание, а разрыв ткани мироздания. Десятки фигур в черных мантиях. И в центре, на импровизированном троне из обломков алтаря, сидел он.Высокий, сухопарый мужчина с лицом, изможденным аскезой и фанатизмом. Его глаза горели холодным огнем. Это был Верховный Разрыватель. И он говорил:

— ...Она близка. Наш последний Ткач. Наследие наших павших братьев и сестер. Она пока не осознала свою силу, но ее пробуждение уже сотрясает устои этого прогнившего мира! Скоро барьер падет, и Хаос очистит все! — Толпа загудела в экстазе. Один из приближенных, низкорослый коренастый мужчина, склонился к лидеру. — Мастер Каэл, а если она не согласится? Если ЛОКи одурманят ее своими лживыми речами? — Каэл улыбнулся. Это было самое жуткое, что я видела.— Тогда мы используем то, что всегда заставляло ее родителей колебаться. Их слабость. Их привязанности. Мы возьмем проводника. Его нить так ярко горит рядом с ее. Он будет идеальной приманкой... и идеальным рычагом.

Сандр дернулся рядом со мной, и его ужас волной прокатился по нашей связи. Они знали о нем. Они планировали его похитить.Я рванулась прочь от этого кошмара, таща Сандрея за собой. Мы вылетели из пустоты обратно в комнату, оба тяжело дыша, в холодном поту.

—Заброшенный храм Дариэля, — выдохнула я, едва обретя дар речи. — Их логово. Их лидера зовут Каэл. И они... они хотят использовать Сандрея, чтобы выманить меня.Рион, стоявший на страже, превратился в олицетворение ярости. Я сказал! Он — слабое место! Угроза! — Они уже знали о нем! — крикнула я в ответ, все еще дрожа. — Они почувствовали его так же, как он почуял меня! Он не привлек их, он уже был в их поле зрения! — Сандр сидел на полу, обхватив голову руками. Боги... они говорили обо мне, как о вещи...Элрик внимательно смотрел на нас. — Что еще ты увидела, девочка? В самой его нити. Что движет им?

Я закрыла глаза, вызывая в памяти образ темной, искаженной нити Каэла. — Боль... — прошептала я. — Невероятная боль. Потеря. Он... он не всегда был таким. Что-то сломалось. Что-то его разорвало...

Рион резко повернулся к Элрику. — Каэл... Это имя тебе о чем-то говорит? — Старик нахмурился, копаясь в памяти. — Каэл... Каэл... Был такой талантливый историк, специалист по эпохе Андриэля Первого. Пропал без вести лет... двадцать назад. После того как его семья погибла при загадочном пожаре. Официальная версия — несчастный случай. Но ходили слухи... — Слухи? — не выдержала я.

— Что это была кара ЛОК, — мрачно закончил Элрик. — За его еретические исследования о природе Хаоса. Его жена и дочь сгорели заживо.Гнетущая тишина повисла в лавке. Каэл не родился монстром. Его создала боль. Месть. И, возможно, вина ЛОК.Мы должны действовать, — тихо сказал Рион. Все взгляды обратились к нему. Его лицо было бледным, но решительным. — Теперь у нас есть расположение их логова. Мы не можем ждать. Мы нанесем удар первыми. — Это самоубийство! — воскликнула Рикки. — Их там десятки! — У нас есть элемент неожиданности, — парировал Рион. — И у нас есть Ткач. Настоящий, а не тот, что у них в воспаленном воображении. Он посмотрел на меня. — Ты готова? — Сердце бешено колотилось. Идти в логово фанатиков, которые хотят меня либо обратить, либо убить? Но отступать было некуда. Бегство только отсрочило бы развязку.

— Алесса, не надо, — схватил меня за руку Сандр. Его глаза были полны страха. — Это ловушка. Они ждут нас. — Они ждут меня одну, приманенную тобой, — поправила я его. — Они не ждут, что мы придем все вместе. И уж точно не ждут, что я приду не как жертва, а как... садовник с серпом.

Я посмотрела на Риона и кивнула. — Я готова.

План был безумным и простым. Я, Рион и Сандр — основная ударная группа. Рикки и Элрик остаются здесь как тыловая поддержка и точка отступления.Пока Рион и Элрик обсуждали тактические детали, Сандр отвел меня в сторону.

—Лесс, я... я не хочу быть твоей слабостью, — прошептал он. — Если что-то пойдет не так... если я буду мешать... обещай, что бросишь меня и спасешь себя. — Его слова пронзили меня болью. Он был готов на все ради меня. Так же, как и Рион, но по-своему. Один — из чувства долга и какой-то темной, невысказанной привязанности. Другой — из чистой, безрассудной преданности. Я взяла его лицо в ладони. — Ты не моя слабость, Сандр. Ты... ты моя правая рука. Ты нашел меня, когда никто не мог. Твое чутье приведет нас к победе. Я не оставлю тебя. Никогда. — Он закрыл глаза, прижавшись щекой к моей ладони. В этот момент я почувствовала на себе тяжелый, испепеляющий взгляд Риона. Он стоял в дверном проеме и смотрел на нас. В его глазах не было ни гнева, ни раздражения. Только холодная, бездонная пустота.Тройная нить натянулась еще туже, грозя порваться в самый неподходящий момент. Мы шли на войну, а в наших рядах зрел новый, тихий конфликт. Конфликт, в котором ставкой была не только моя жизнь, но и мое сердце.