Алесса Блекфор и Пряжа Судьбы

Глава 13

Ночь была безлунной, и тусклые фонари окраин Ритании отбрасывали на улицы длинные, искаженные тени. Мы двигались по крышам, как призраки, используя маскировочные чары Риона. Воздух был холодным и влажным, предвещая скорый дождь. Заброшенный храм Дариэля стоял на возвышении, словно черный нарыв на теле города. Его колонны были частично обрушены, а витражные окна зияли пустотой. От былого величия не осталось и следа. Рион подал сигнал рукой, и мы замерли на краю крыши напротив. Его план был дерзким до безрассудства. Я и Сандр создаем отвлекающий шум у главного входа, пока Рион проникает через систему вентиляции в самое сердце логова, чтобы устранить Каэла. Разрубить голову змеи.

— Помни, — его шепот был обжигающе тихим у моего уха, — твоя задача — шум и хаос. Не ввязывайся в бой. Как только услышите мой сигнал, отступайте к точке эвакуации.

— А если сигнала не будет? — так же тихо спросил Сандр. — Рион посмотрел на него, и в его глазах вспыхнула та самая ледяная искра, что я видела в его нити. Тогда забирайте ее и бегите. Куда угодно. Понял? — Сандр кивнул, сжав кулаки. Рион скользнул в темноту, растворившись в ней за несколько секунд. Мы с Сандром спустились на землю и подкрались к массивным дубовым дверям храма. Оттуда доносились приглушенные голоса и мерцал свет факелов.

— Готов? — прошептала я, чувствуя, как кулон на груди наполняется силой. Он отзывался на близость Разрывателей тревожной, но мощной пульсацией.

— Всегда, — Сандр взял мою руку в свою, и на мгновение я почувствовала прилив уверенности. Мы вышли из тени. Два стража у входа, закутанные в черные мантии, удивленно вскинули головы.

— Кто идет? — прозвучал хриплый оклик.

Я не стала отвечать. Вместо этого я вытянула руку и представила, как невидимая рука сжимает каменную арку над дверью. Камень с грохотом затрещал, и несколько крупных обломков рухнули у ног стражей, поднимая облако пыли.

— ТКАЧ! — завопили они. — ТКАЧ ЗДЕСЬ!

Храм ожил. Изнутри послышались крики, топот десятков ног. Мы отступили назад, на открытое пространство перед храмом, готовясь принять бой. Они высыпали из дверей, как муравьи из разоренного муравейника. Десять, двадцать, тридцать человек. Их глаза горели фанатичным огнем. Я чувствовала их коллективную ненависть, она давила на сознание, как физическая тяжесть.

— Не дайте ей сплести паутину! — крикнул кто-то. — Бейте быстро!

В нас полетели первые залпы магии — сгустки тьмы, ледяные осколки, кинжалы из сгущенного воздуха. Я инстинктивно возвела перед собой барьер, сплетенный из переливающихся нитей. Атаки разбивались о него, как горох о каменную стену, но каждый удар отдавался в висках ноющей болью. Сандр не оставался в стороне. Он не был Ткачом, но его стихия — вода — оказалась удивительно эффективной. Он не атаковал, а оборонял. Из земли вздымались шипящие стены пара, сбивая с толку нападавших; с мокрых камней под ногами врагов вырастали скользкие ледяные наросты. Он был моим щитом, пока я пыталась быть мечом. Я пыталась вспомнить наставление Голоса — садовник, а не разрушитель. Я не рвала их нити. Вместо этого я пыталась... распутать их. Ослабить узлы ненависти и фанатизма. Я протягивала к ним свое сознание, посылая образы мира, покоя, воспоминания о чем-то светлом. У некоторых это срабатывало. Один из магов, совсем юный парень, опустил руки, и по его лицу потекли слезы. Другая, женщина постарше, смотрела на свои ладони с ужасом, будто впервые видела, что творит. Но большинство были слишком слепы. Их нити были настолько пропитаны ядом идеи, что мои попытки лишь сильнее разжигали их гнев.

— Она пытается осквернить наши умы! — завопил коренастый мужчина, которого я видела в видении. — Не слушайте ее!

Он ринулся вперед, вытянув перед собой клинок из чистой тьмы. Мой барьер дрогнул под его ударом. Я почувствовала, как что-то щелкает у меня в голове, и боль пронзила все тело. Я отступила, спотыкаясь.

— Лесс! — крикнул Сандр, пытаясь прикрыть меня стеной льда, но его сбили с ног ударом в спину. И тут из глубины храма донесся оглушительный грохот, и стены задрожали. Сигнал Риона. Он добрался до Каэла. Но было уже поздно. Коренастый мужчина пробил мой ослабевший барьер. Его рука с кинжалом из тьмы уже заносилась для удара. Я увидела торжествующую ухмылку на его лице. И в этот момент из-за его спины выросла тень. Быстрая, как молния. Лезвие из инея и огня блеснуло в темноте и прошло сквозь горло нападавшего. Тот замер, удивленно хватая ртом воздух, и рухнул на землю. Над ним стоял Рион. Его мундир был разорван в клочья, по лицу текла кровь из глубокой раны на лбу. В одной руке он сжимал свой дымящийся клинок, в другой — волочил за собой бесчувственное тело Каэла.

— Отступление! — его голос прорвался сквозь шум боя, полный нечеловеческой власти. — СЕЙЧАС ЖЕ!

Вид их поверженного лидера и ярость Риона на секунду парализовали Разрывателей. Этой секунды нам хватило. Сандр подхватил меня под руку, и мы бросились бежать от храма вслед за Рионом, который, казалось, не чувствовал тяжести своего груза. За нами неслись крики ярости и отчаяния, но погони не было. Их воля была сломлена. Мы бежали по темным улицам, не останавливаясь, пока не достигли потайного входа в лавку Элрика. Рион втолкнул нас внутрь и рухнул на пол сам, выпустив из рук Каэла. В лавке воцарилась тишина, нарушаемая лишь нашим тяжелым дыханием. Мы были живы. Мы победили. Но, глядя на бледное, безжизненное лицо Каэла и на искаженное болью лицо Риона, я понимала — эта победа была лишь началом. Мы отрубили голову змее, но яд уже разлился по всему телу. И где-то в темноте новые Разрыватели уже ждали своего часа. А я, садовник с серпом, все еще не знала, как отличить сорняк от хрупкого ростка, который можно спасти. И двое мужчин, сражавшихся за меня сегодня, смотрели на меня с одним и тем же вопросом в глазах: Кого ты выберешь?. Но самый главный вопрос был другим — кем я выберу быть? Ткачом, вяжущим узоры по воле других? Или настоящей Ткачихой, которая держит судьбу в своих руках и ткет ее сама?