Алесса Блекфор и Пряжа Судьбы

Глава 18

Комната в общежитии встретила меня гробовой тишиной. Вещи Сандра лежали аккуратно сложенными в углу, но его самого не было. Пустота, оставшаяся после него, казалась громче любого шума. Я присела на край кровати, и все переживания последних часов навалились на меня с такой силой, что я сгорбилась, уткнувшись лицом в колени. Не было сил даже на слезы. Только тяжелая, давящая пустота. Стук в дверь был тихим, почти нерешительным. Я не ответила. Стук повторился, настойчивее.

— Алесса? Это я. — Голос Сандра. В нем не было привычной энергии, только усталая тревога. — Открыто, — выдавила я, не двигаясь с места.

Дверь скрипнула. Он вошел и замер на пороге, оценивая мое состояние. Потом так же тихо прикрыл дверь и прислонился к косяку, скрестив руки. Он не бросался ко мне с объятиями, не засыпал вопросами. Он просто ждал.

— Где ты был? — спросила я, наконец поднимая голову. Его лицо было бледным, под глазами залегли темные тени. — Гулял, — коротко ответил он. — Думал. Обо всем этом. О тебе. Он помолчал. О нас.

Слово «нас» повисло в воздухе, хрупкое и беззащитное.

— Какой ужасный беспорядок, Сандр, — прошептала я, снова закрывая глаза.

— Да, — просто согласился он. Полнейший.

Его способность принимать все таким, как есть, не пытаясь приукрасить или найти немедленное решение, снова оказалась моим спасением. Я почувствовала, как камень на душе сдвигается на миллиметр.

— Рион предложил... решение, — сказала я, глядя в пол. — Для Каэла. Ментальная тюрьма. Вечный сон, в котором его семья жива.

Сандр присвистнул.

— Жестоко. — Милосердно, — возразила я, сама не зная, что на самом деле думаю.

— Может быть, и то, и другое одновременно, — он оттолкнулся от косяка и сел на пол напротив меня, спиной к двери. — Ты согласилась?

— Я не знаю. Сказала, что мне нужно время. Я посмотрела на него. А что бы сделал ты?

Он задумался, его взгляд стал отсутствующим.

— Я не знаю, Алесса. Я не Ткач. Я не вижу всех этих нитей и последствий. Я вижу только человека, который причинил тебе боль. И мой первый инстинкт — защитить тебя. Устранить угрозу. Но... — он провел рукой по лицу. — После всего, что я увидел и почувствовал... все стало не таким черно-белым.

Его честность была обезоруживающей. Он не пытался казаться лучше, чем был.

— Рион сказал, что не позволит мне уйти, — тихо выдохнула я, озвучивая еще один камень на сердце. — Что я его семья.

Сандр замер. Я видела, как сжимаются его кулаки, но голос оставался спокойным.

— А ты? Ты чувствуешь его... семьей?

Это был самый главный вопрос. Я думала о Рионе. О его лжи. О его манипуляциях. Но также о его боли. О его отчаянной попытке защитить то, что у него осталось. О том страхе в его глазах, когда он не мог найти меня в тоннеле.

— Я не знаю, — снова призналась я. Это, казалось, было единственное, в чем я была уверена. — Он... он как гроза. Мощная, опасная, разрушительная. Но после нее воздух становится чистым. Я не знаю, хочу ли я стоять под этим ливнем или бежать от него в укрытие.

Сандр медленно кивнул, принимая и это.

— А я что для тебя? — спросил он, и в его голосе впервые прозвучала неуверенность.

Я посмотрела на него — на его открытое лицо, на его простую, прямолинейную преданность. На ту тихую гавань, которую он предлагал.

— Ты... ты как тихая заводь после долгого плавания, Сандр. Место, где можно отдышаться. Где не нужно никого спасать и ни за что бороться. Где можно просто... быть.

На его губах тронулась грустная улыбка.

— Звучит... неплохо. Но недостаточно, да?

Мое сердце сжалось. Он все понимал. Понимал, что тихая заводь не может удержать корабль, рожденный для бурь.

— Я не могу тебе ничего обещать, Сандр, — голос мой дрогнул. — Слишком многое во мне сломалось и перепуталось. Мне нужно... найти себя заново. И я не знаю, кем я выйду из всего этого. И не знаю, будет ли у меня что-то остаться для кого-то, когда я закончу.

Он помолчал, глядя куда-то в сторону, а потом поднял на меня свой ясный, чистый взгляд.

— Я не прошу обещаний, Алесса. И я не буду ждать, сложа руки. Но я буду здесь. Как друг. Как тот, кто верит в тебя. Не в Ткача. Не в Лиру Алвор. А в Алессу Блекфор. Всегда.

Он поднялся, отряхнулся и, не дожидаясь ответа, вышел из комнаты, так же тихо, как и вошел.

Я осталась одна. Но на этот раз тишина была другой. Она не была пустой. Она была наполнена смыслом его слов. Он не боролся за меня с Рионом. Он просто... оставался на своей позиции. Давая мне пространство. Веря в меня.

Я легла на кровать, глядя в потолок. Две фигуры стояли перед моим внутренним взором. Один — буря, темная, магнетическая, неотделимая от моей собственной судьбы и крови. Другой — тихая гавань, верная, простая, не требующая ничего, кроме того, чтобы я была собой.

И я, разрывающаяся между ними, должна была найти не путь к одному из них, а путь к самой себе. Потому что пока я не пойму, кто я, любой выбор будет ошибочным.