Альфа для драконов

Глава 3.

Глава 3. Криогенный сон

Любопытство — это не порок, порок — это бездействие. В любой ситуации, если ты жив, выход всегда можно найти, даже из самой безвыходной. Ведь всегда есть хотя бы два выхода.

Я пыталась успокоиться, погрузившись в медитацию, и внимательно рассматривала мужчину в саркофаге. Он был огромен, и в то же время — прекрасен, словно не с этого мира. Его тело полностью было обнажено, покрыто тончайшим неоновым татуажем, переливавшимся в тусклом свете ламп. Лишь простынка прикрывала его мужское достоинство — внушительный бугорок, который невольно привлекал взгляд.

На него я смотрела минуты десять. Эх, где мои семнадцать лет?.. Хотя, честно говоря, было интересно — кто он, этот мужчина? Мёртв или в коме? И стоит ли его будить? Вот он — здоровенный и полуголый, а я тут — вся такая живая и настороженная.

Решила проверить, поднимается ли его грудь — вдруг он дышит? Но нет, грудь оставалась неподвижной. Попыталась почувствовать пульс — может, у них там по-другому всё устроено? Но мои руки не находили ни малейшего движения.

Перевела взгляд на панель возле саркофага. На экране мелькали загадочные символы — иероглифы, похожие на китайские или японские, но я знала, что это не они. Жаль, что в своё время не выучила ни один из этих языков, хоть шансы были.

Ниже появилась маленькая табличка, которую я раньше не замечала. Подойдя ближе, я прочла надпись на русском языке:
«Криогенный сон! Будить опасно! Разбудить не менее чем через 1000 лет.»

Отлично. Только вот сколько уже прошло — неизвестно. Как узнать, сколько времени этот мужчина находится в этом состоянии?

Я села обратно в позу лотоса. Что делать дальше? Нервничать было бессмысленно. Решила, что проверять пульс и пытаться его разбудить — плохая идея. Спит себе мужик, и не стоит тревожить его покой. Как говорится, не буди лихо, пока оно тихо.

Вдруг панелька начала мигать красным, издавая пронзительный писк. На ней загорелся восклицательный знак — знак тревоги. Я не трогала ничего, но, видимо, саркофаг дал сбой — или, может, это сигнал, что срок ожидания истёк.

Я медленно встала, почувствовав, как что-то невидимое тянет меня к тому месту. Рюкзак ещё висел на плечах — медленно сняла бретельки и опустила его на мерцающий пол пола.

Подойдя снова к саркофагу, я всмотрелась в лицо мужчины, которого не следовало будить. Какая там криогенная заморозка — он словно мёртв и не дышит. Возможно, этот сигнал — знак того, что время пробуждения пришло, а он всё ещё ждёт.

Залезть бы в этот саркофаг и проверить — дышит ли он хоть чуть-чуть? Даже слабое дыхание можно определить, поднеся зеркало или стекло к его рту. Если дышит — значит, есть надежда. Но что мне делать дальше? Просто сидеть и ждать? Я уже начинаю сходить с ума от безысходности. Выйти из этого помещения — невозможно. Значит, надо либо разбудить этого мужчину и попытаться добиться его помощи. Может, в благодарность за пробуждение он выпустит меня отсюда?

А вдруг я что-то нарушу и тогда он точно умрёт? Хотя моя жизнь дороже, чем его. Меня всегда учили бороться за жизнь под солнцем. Мужчина кажется крепким. Если суждено ему выжить — выживет. Если нет — нечего гадать. Правда, я не знала, сколько может длиться криосон. А я, в отличие от него, хочу выжить точно. Как слабая женщина против такого громилы?

Сказано — сделано. Я начала кружить вокруг саркофага, пытаясь сообразить, как его открыть. Не знаю, как именно, но где наша не пропадала — что-нибудь придумаю. И решила нажать все кнопки подряд, рассчитывая, что хоть одна сработает. И была права: рядом с восклицательным знаком я случайно коснулась панели — и крышка саркофага с тихим щелчком начала приподниматься.

Планка, на которой лежало тело мужчины, резко опустилась на пол с глухим ударом, а крышка снова задвинулась на место, излучая зеленые огоньки.

Шок. Я застыла на месте, боясь даже дышать. Медленно подошла на цыпочках, опустилась на колени и, словно маленькая девочка, тронула мужчину пальцем. Тело было безжизненно неподвижно.

Взяла себя в руки, достала из разгрузочного жилета маленькую лупу — раньше я ей разжигала костры — и приложила к его губам, присматриваясь, не появится ли хотя бы капля влаги на стекле. Ничего.

— Упс, — пробормотала я, — мужик, похоже, сломался.

Оставив это дело, снова взглянула на саркофаг. Зелёные огоньки горели, напоминая, что он ещё активен. Внезапно раздался приятный металлический мужской голос:

— Госпожа, через несколько минут мы войдём в вап. Корабль перейдет на скорость WAP, и вам следует прилечь. Путешествие продлится ещё неделю по заданному маршруту. Камера позаботится о вашем комфорте и здоровье.

Меня вдруг накрыло облегчение. Что я теряю? Если даже этот мужчина не проснётся, меня ждёт хотя бы отдых. К тому же обещали лечение — а мне, не молодой, это очень кстати. Я удобно улеглась на ленту с зелёным свечением и поставила у ног рюкзак.

Стоило крышке саркофага закрыться, как снова зазвучала музыка, и металлический голос объявил начало полёта. Я почти сразу же отключилась.

Темнота окунула меня в приятную дрему. Почувствовала легкий укол в руку, потом в бедро. Всё. Я потеряла сознание. Тело словно взмыло и парило в каком-то сером, липком пространстве. Последняя фраза металлического голоса звучала в ушах:

— Конечная остановка — торговая галактика. Пригласительный я вживлю вам в искин.

Боль пронзила запястье, и меня снова накрыл спасительный обморок.

---

— Вставайте, госпожа Лейла. Обработка данных, внедрение знаний и симбиота завершены. Процедура прошла успешно. Мы находимся возле галактики Мирас. Лайнер-мавзолей уничтожится, как только вы покинете капсулу. Все ваши вещи и документы утилизированы. Ваше имя изменено — вы теперь госпожа по имени Лейла, род Алмазный.

Я с трудом открыла глаза, в них словно насыпали песка. После металлического приветствия и информации от искина резко села.

— Госпожа Лейла, желаете забрать искин с собой или он должен самоуничтожиться?