Алхимия наших душ

Мир

Восемь лет спустя

Очередное утро встретило Стефана холодным ветром, который ворвался в комнату через открытое окно и заставил хозяина дома неохотно признать, что осень все же наступила.

Часы на прикроватной тумбочке показывали половину седьмого. Поморщившись, Стефан с головой залез под одеяло с твердым намерением снова уснуть.

По выходным Стефан долго не вылезал из постели, наслаждаясь свободным временем. По будням же он вставал в шесть утра, чтобы успеть приготовить завтрак себе и Жану, собраться самому и добраться до университета, в котором вот уже два года преподавал историю и был любимчиком студентов, потому что многие его лекции напоминали мемуары — так подробно описывал события прошлых столетий молодой преподаватель Стефан Легран.

Несмотря на тепло под одеялом, Стефан так и не смог уснуть. Отчего-то ему было крайне тревожно. Чересчур быстрое сердцебиение отдавалось в правом ухе, которое было вдавлено в подушку.

Взяв телефон, Стефан разблокировал экран и смахнул входящие уведомления. Как всегда, ему много писали студенты. В основном, конечно, женского пола, и далеко не по поводу пройденного материала. Такие сообщения Стефан никогда не читал и сразу же удалял диалог. И сегодняшний день не стал исключением.

Взглянув на дату, Стефан тихо выругался. Сегодня был тот самый день, когда умер Эрик и исчезла Эмили. Самый ужасный день в году, в который обязательно происходило что-то неприятное.

Особенно остро этот день воспринимал Жан.

После смерти Эрика с него сняли все обвинения. Старх и Совесть обставили все как суицид, и полиция, которая приехала на место преступления, обнаружила лишь улики против Эрика и его тело. Таким образом брата Стефана сразу же оправдали и отпустили, однако с тех пор Жан долго не мог прийти в себя. Забросил художественную школу, почти не общался со Стефаном и все время проводил в своей комнате у телевизора. Стефан даже нанимал лучших психологов, но все было тщетно.

Спустя три года Жан начал медленно приходить в себя: вышел из комнаты, стал больше разговаривать. Год назад он вернулся в художественную школу и успешно закончил ее. Затем начал помогать Стефану в книжной лавке и заявил, что хочет стать иллюстратором книг.

Прогресс был на лицо, однако один раз в году, в этот самый день, с Жаном что-то случалось. Он долго не мог проснуться, часами лежал под одеялом и ничего не хотел делать. Иногда рисовал грустных принцесс, подражая стилю Эрика, что весьма пугало Стефана. Однако психотерапевт брата сказал, что так Жан скучает по своему другу. О том, что Эрик оказался серийным убийцей Сказителем, Стефан брату говорить не стал. Жан думал, что Эрик просто умер, и первое время тяжело переживал утрату.

Стефан отложил телефон и вздохнул. В нос ударил приятный запах готовящейся еды. Принюхавшись, Стефан с удивлением отметил, что запах шел не из окна, а из приоткрытой двери его спальни.

Пахло блинчиками и кофе.

Откинув одеяло, Стефан выскочил из теплой постели и, закрыв окно, спустился вниз, на кухню.

У плиты, напевая песенку из мультфильма, возился Жан. Увидев вошедшего в кухню брата, он весело произнес:

— Доброе утро! Умывайся и приходи завтракать! Я приготовил блинчики с джемом.

— Жан… — пробормотал Стефан, с радостным изумлением глядя на брата.

Впервые за восемь лет в этот гнетущий день Жан встал вперед Стефана и даже взялся за готовку. Впервые был бодрым и веселым. Впервые брат жил в этот день.

Неужели, забыл, какой сегодня день?

Стефан с интересом наблюдал за суетящимся на кухне братом, не в силах сдержать улыбки.

А, может, он не забыл, а просто пришел в норму?

— Что стоишь?! — прервал брат мысли Стефана. — Я же велел тебе идти в ванну! Грязнулям завтрак не положен!

Подскочив к Стефану, Жан принялся выталкивать его из кухни в сторону ванны. Стефан весело рассмеялся и, извернувшись, не удержался и чмокнул Жана в висок. Брат состроил брезгливую мину и, бухтя на Стефана, вернулся на кухню.

После завтрака Жан принялся за мытье посуды, а Стефан спустился вниз, чтобы открыть магазин.

Солнце только поднялось над домами, и Стефан решил не торопиться с открытием, а сначала подмести усыпанную желтыми листьями брусчатку вокруг лавки.

В такую рань в выходной день на бульваре Пале было тяжело встретить людей, разве что только призраков, которым нужна была помощь Стефана.

Вскоре после ухода Эмили Стефана покинули и ее помощники. Правда, перед этим они успели помочь братьям обустроиться в новом доме, вступить в права наследования и научили управлять книжной лавкой.

Прощаться с Тэ и Джен было тяжело. С ними большой дом был шумным и оживленным. Джен постоянно ругалась на Тэ, а тот заливисто смеялся и дразнил свою любимую.

Вечерами, за бокалом вина и тарелкой сыра, эти двое рассказывали Стефану о своей прошлой жизни. Оба вспомнили все, что с ними было до того, как они стали жнецами. И оба испытывали чувство вины перед теми, кому навредили. Однако это не помешало их любви, которую они пронесли не только сквозь века, но и сквозь жизни. Как и Стефан с Эмили.