Алхимия против драконов, или Не самая простая травница

Глава 29

Ранкард Искар всегда точно знал, что происходит под его властью: заговоры, интриги — всё это было неотъемлемой частью его жизни, к которой он привык. Несмотря на то, что после переселения в новый мир магия драконов начала угасать, Ранкард не испытывал тревоги. Драконы живут долго, а оказавшись в изоляции немагического мира, они заняли вершину пищевой цепи, лишившись естественных конкурентов за звание сильнейших существ этого мира. Поэтому речи о вымирании не шло. Драконы практически бессмертны, поэтому беспокоиться о низкой рождаемости смысла не было.

По крайней мере именно Правитель и его приближённые это понимали точно. Чего нельзя было сказать о вечно недовольной оппозиции. Впрочем, у них и не было веских аргументов. Нет, их истинной целью было использовать провал в создании магического союза драконов как удобный предлог, чтобы бросить тень на репутацию Правителя, будто он лично виновен в этом досадном стечении обстоятельств.

Жизнь давно обрела привычный ритм. Люди щедро платили за доступ к драконьей магии, снабжая двор как продовольствием, так и плодами своего ремесла. Со временем их изделия, некогда скромные, по качеству сравнялись с драконьими, что вызывало нескрываемое удовлетворение. Короткий век человека и его глубокий страх перед драконами исключали любую угрозу. Правитель видел лишь выгоду: за крупицы магии он обеспечивал своих подданных всем необходимым для безбедной жизни. Драконы же, напротив, ни в чем себе не отказывали, утопая в величии и роскоши.

К сожалению, это привело к неутешительным последствиям. Собственные дети Правителя, будущие наследники, совершенно не интересовались политикой. Они отказывались учиться, восстанавливать утерянные знания из книг или совершенствовать владение собственной магией. Зачем им это, если отец еще долго будет у власти? Гораздо проще было ни о чем не думать, лишь пользоваться дарованным статусом и властью.

Единственным, кто продолжал радовать Правителя, был его племянник, Рияд. Единственный сын младшего брата, он отличался умом, пытливостью и любознательностью. Рияд живо интересовался делами, часто предлагал помощь и делился наблюдениями, не раз спасавшими Ранкарда от неприятностей.

Поэтому, когда появилась информация о человечке, сумевшей принять магию дракона – да не какого-нибудь, а Рияда! – Правитель первым делом пригласил ее к себе. Он хотел убедиться, что в девушке нет никакой магии, кроме той, что она получила от Рияда. Ранкард ненавидел непредвиденные ситуации и не обманывался наивным видом девушки. Возможно, люди научились принимать магию драконов, или, что еще хуже, это были происки других драконов, подложивших под верного племянника эту девицу, заставив Рияда поверить в их совместимость.

История их нелепого знакомства лишь укрепила Ранкарда в его подозрениях об очередном заговоре. Неудивительно, что Рияд ничего не заподозрил. Бедный мальчик, должно быть, был так ослеплен возможностью продолжить свой род, что совершенно не видел всей картины.

Поэтому Ранкард, непоколебимо уверенный в своей правоте, отвлек Рияда текущими делами, а сам тем временем отправил девушку на допрос. Простая смертная не сможет противостоять драконьему дознавателю и быстро выдаст всю информацию. Ранкард лишь презрительно усмехнулся. На что рассчитывали заговорщики, используя человека? Она не сможет противостоять дракону. Достаточно лишь немного надавить, и она всё расскажет.

За годы своего правления Ринкард привык ко всему — даже заговорщики уже не могли его по-настоящему удивить. Их приёмы казались слишком предсказуемыми. Но в какой момент всё пошло не так? Почему вместо обычного допроса дознаватель начал пытать девушку? Как Рияд почувствовал это?

Второе объяснимо: если в девушке действительно текла его кровь, он мог легко ощутить её агонию. Но как возможно, что она действительно смогла принять магию дракона? Не сгореть в её пламени, а именно принять её? Неужели он ошибался, и девушка — всего лишь аномалия, которую сумел найти его племянник?

Результаты расследования привели к парадоксальным выводам. Девушка погибла, но при этом осталась жива – обстоятельство, которое, впрочем, можно было объяснить магией дракона. Рияд успел исцелить свою невесту, при этом он не выразил ни малейшего несогласия с решением Правителя. Это лишь укрепило Ранкарда в уверенности относительно преданности племянника.

Между тем, охрана, дежурившая у входа к порталу, необъяснимым образом лишилась части воспоминаний. Это обстоятельство вызвало недоумение Правителя. Портал вел в разрушенный мир, и мотивы проникновения туда оставались неясными. Выяснить, что именно было стёрто из памяти драконов, не удалось. Других свидетелей также не было. Однако совпадение этого инцидента с пытками девушки наводило на весьма мрачные размышления. Заговорщики отвлекали внимание Правителя, чтобы тем временем проникнуть к порталу. Но с какой целью?

Раздосадованный непониманием происходящего, Ранкард усилил охрану. Он всё больше времени проводил в попытках выяснить, что задумали злоумышленники и кто из них осмелился поднять голову на этот раз. От беспокойства Правитель утратил сон, всё чаще ловя себя на мысли, что совершенно не контролирует ситуацию.

Слухи о том, что появились неоспоримые доказательства информированности Ранкарда о том, что в новом мире драконы не смогут найти пару из-за отсутствия магии, вызывали у него немую ярость. Пока официальных обвинений не было. Рияд пытался помочь, выискивая тех, кто стоит за этими слухами, но все усилия были тщетны. Слухи множились, нагнетая и без того тяжёлую обстановку. Все с замиранием сердца ждали следующего хода, но ни Правитель, ни оппозиция не предпринимали никаких действий, что лишь усиливало недовольство среди драконов.

И когда ситуация накалилась до предела, раздался гром. Точнее, сначала сгустился туман. Правитель, по своему обыкновению, засиделся в кабинете за полночь. Проверяя информацию и отчаянно ища выход из кризиса, Ранкард внезапно осознал, что с трудом двигается. Подняв взгляд, он увидел лишь белёсое марево, в котором застрял, словно муха в густом киселе.