Алиса и Город Кошмаров

2. Внучка приехала

Настало время удивляться. Город в пару десятков тысяч человек казался вымершим. Сначала пару минут я проезжала вдоль частного сектора и не встретила ни одного человека. Даже животных. И только потом, когда въехала ближе к центральной части Северогорска, где находились основные магазины, я увидела редких прохожих.

Это было так контрастно на фоне моих детских воспоминаний. Я, конечно, понимаю, что город постепенно разъезжается в связи с закрытием всех бывших советских производств, но, чтобы до такой степени…

Остановившись около местного продуктового магазина, чтобы перевести дух, я с трудом вылезла из машины. Ноги были ватными от перенесенного стресса. Немного размяв колени, я поежилась. Весьма холодный ветер для такого солнечного дня сильно задувал под укороченный твидовый жакет, вынуждая меня быстрее заскочить в помещение.

Внутри находилось несколько отдельных киосков с разными продуктами: мясной отдел, молочный, сладости и бакалея. Разнообразия товаров было не так много, а посетители и вовсе отсутствовали. Среди всех прилавков курсировала лишь одна продавщица, которая с огромным любопытством уставилась на меня, стоило мне переступить порог магазина.

- Здравствуйте, - я подошла к молочному отделу, пытаясь понять, насколько свежие здесь продукты.

- Добрый день! Вы к нам заездом? – женщина не стала томить свое любопытство и решила сразу пойти в наступление. Так открыто меня, пожалуй, еще никогда не рассматривали.

- Да. Приехала по делам, - старалась не пересекаться с ней взглядом. Не люблю, когда незнакомые люди пристают с расспросами.

- Не помню вас здесь раньше… Вы к родственникам? – женщина поправила свои выкрашенные в иссиня-черный цвет волосы, уложенные химической завивкой восьмидесятых годов. Такая прическа в купе с яркими бровями и огромными коровьими ресницами накидывала сверху лет пятнадцать. И я тоже ее не помнила, хотя раньше посещала этот магазин довольно часто.

- Нет. У меня здесь никого, - я наклонилась к старенькому промышленному холодильнику, чтобы разглядеть срок годности на нескольких бутылках с йогуртами.

- Где же вы тогда остановитесь на ночь? - в большом городе уже бы никто не стал продолжать разговор, но любопытная продавщица не унималась.

- У меня здесь есть квартира, - я указала на несколько товаров, которые решила взять.

- Квартира? И как далеко вы живете? – чернобровая удивленно распахнула свои глазищи, а я в очередной раз поразилась ее бестактности.

- Извините, но я не называю свой адрес посторонним. Посчитайте, пожалуйста, сколько я вам должна? – я демонстративно достала из сумки кошелек, перебирая заранее приготовленные для местных покупок купюры. Вряд ли в этом и подобных магазинчиках есть терминалы.

Женщина скривила губы и громко фыркнула. А потом почти закинула в пакет несколько выбранных товаров. Поблагодарив ее и рассчитавшись, я поспешила выйти на улицу. Правда, стоило мне это сделать, как мадам двинулась следом. Стоя на крыльце, она провожала меня злым взглядом до тех пор, пока я не отъехала на машине за поворот.

- Ну и люди! – я объехала пару улиц, чтобы снова вернуться к тому перекрестку, который выведет меня к нужному дому.

Хорошо, что перед поездкой я закупилась водой, множеством смесей, быстрорастворимых каш, кофе и китайской лапшой, а иначе пришлось бы кружиться по Северогорску в поисках еще работающего магазинчика. В это место я уже точно больше не ступлю ни ногой.

Улица, на которой раньше жила баба Тоня, была очень широкой и густо поросшей пихтами и соснами, отчего здесь в жаркие летние дни стояла тенистая прохлада, а в холодные вечера ветер гулял не так сильно. Вдоль дороги друг за дружкой стояли десяток стареньких пятиэтажек. Фасады этих домов очень сильно потрепались: кое-где от кирпичей отвалились значительные куски, а шифер сильно прохудился. Скорее всего верхние этажи во время ливней затопляет.

Бабушкин дом стоял во дворе одной из таких хрущевок, а за ним почти сразу же начинался лес. Я помню, как мне строго настрого было запрещено ходить туда, так как была опасность нападения диких животных. Но мы с дворовыми ребятами все равно умудрялись шастать по окрестностям, лазить по деревьям, собирать шишки и прыгать через канавы на тарзанке. Это был целый мир, который сейчас мало доступен обычному городскому ребенку.

Ностальгируя по прошлому, я припарковалась во дворе уже собственного дома. Помимо моей тойоты здесь стояло еще две машины. Мне даже показалось, что семь лет назад в последний мой приезд авто находились на том же месте.

Не доставая пока никаких вещей с багажника, я двинулась к подъезду. Дверь была очень старая и деревянная, оставшаяся еще со времен постройки. Естественно, без каких-либо намеков на домофон и прочую безопасность. Когда-то много лет назад этот факт меня совершенно не смущал, но вот сейчас я уже не была настолько уверена в дружелюбности жителей города и в их безоговорочной интеллигентности.

Ожидаемо, в подъезде не горели лампочки, поэтому сразу на входе меня встретила полутьма. Лишь где-то повыше, уже поднимаясь на второй этаж, располагалось окно, но из-за обилия деревьев рядом с домом свет сюда мало проникал.

Бабушкина квартира находилась на первом этаже. Я взглянула на знакомую обшитую старым кожзаменителем дверь. Она тоже не вызывала чувство безопасности. Провернула два раза ключ, чуть толкнув на себя дверь, чтобы она легче поддалась, и под противный скрежет петель вошла внутрь.