Алиса и Город Кошмаров

8. Неожиданное спасение

Прежде чем открыть глаза и окончательно проснуться, сначала я учуяла очень едкий запах каких-то отваров, а потом виски пронзила настолько острая боль, что я заскулила от этих ощущений.

С горем пополам я разлепила веки и попыталась сфокусироваться на пространстве вокруг себя.

Комната, в которой я находилась, была заполнена густым белым дымом. Сначала мне показалось, что начался пожар, поэтому я потянулась встать с кровати, но постель оказалась настолько мягкой и продавленной, что я тут же провалилась обратно в перьевую яму.

- Тише-тише, Алиса! Так резко вставать не нужно, - чей-то приятный женский голос раздался в глубине комнаты, а потом ко мне вышла и его обладательница.

- Где я? – мой же голос, напротив, был словно скрип старой двери, а горло слиплось от жажды и привкуса крови.

Женщина лет шестидесяти оказалась очень приятной наружности и смутно знакомой. Определенно мы знали друг друга раньше, раз она назвала меня по имени. Но адская боль в висках мешала мне трезво думать и даже нормально смотреть.

- Жаль, что ты так быстро позабыла своих старых знакомых, - женщина присела рядом со мной на краешек постели и протянула мне стакан с какой-то жидкостью, - Пей, боль стихнет.

Я покорно забрала напиток и проглотила все до капли. Варево оказалось горячим, горьким и противно пахнущим. Но стоило этой жиже проникнуть в горло, как я тут же почувствовала себя гораздо лучше. Ко мне буквально вернулось зрение и хоть какая-то трезвость мыслей.

- Глафира Ильинична? – я приподнялась на локтях, приближаясь к лицу женщины. Затем перевела взгляд на помещение, дымка в котором стала уже не такой густой, а превратилась лишь в обильный пар, затягиваемый из соседней просматриваемой комнаты, где на плите стояло несколько кастрюль.

- Ну вот! А то «где я, где я»! – женщина заулыбалась и одобрительно приобняла меня за плечи.

- Подождите… Но как я сюда попала? – хотя лучше было бы задать вопрос про то, что вообще со мной произошло. Снова попыталась подняться с кровати, и со второй попытки мне даже удалось это сделать.

Теперь я и вправду узнаю это место. В детстве я частенько бывала в доме Глафиры Ильиничны. Мы дружили с ее сыном Гордеем. Пожалуй, что с тем мальчишкой я проводила времени даже больше, чем с родной бабушкой. Он мне нравился. И это была настолько сильная детская привязанность, что до сих пор мне так и не встретился ни один человек, к которому бы я могла испытывать столь странные и зависимые чувства. Даже к Нику…

- Ты уж прости. Но с больницей в нашем городе теперь проблемы. Ничего не работает уж года как три. Но Гордейка посмотрел, что головой ты вроде не сильно зашиблась, поэтому сразу привез тебя сюда, - Глафира Ильинична подскочила с постели и подбежала к варившимся настоям в кастрюльках, из которых вот-вот что-то грозилось выпрыгнуть. Опираясь на косяки, я зашаркала следом.

- Гордей меня привез? – я попыталась вспомнить приключившиеся со мной события, но память выдавала лишь какие-то уродливые обрывки, которые никак не могли приключиться в реальном человеческом мире.

- Ну, конечно! Он нашел твою разбитую машину на трассе, а тебя без сознания рядом, - слова женщины были так логичны, но отчего-то они резали мне слух.

- Странно… Я ничего не помню, - я потерла виски пальцами. Как и говорила женщина, боль утихала.

- Может головой ударилась сильно? Не волнуйся! Мои отвары тебя быстро на ноги поставят, - Глафира Ильинична снова вернулась ко мне с каким-то наполненным стаканом, пахнувшим теперь очень даже приятно.

- А где сейчас Гордей? – я взяла напиток из ее рук и снова выпила залпом. В этот раз он был сладким и бархатистым. Голова прошла почти моментально.

- Он твою машину отбуксировал к мастеру. Может можно будет починить местными силами.

Я прислонилась к стенке, пытаясь собрать мысли в кучу. Внутри стоял какой-то непонятный страх и неприятное предчувствие, которое не удавалось заглушить никакими отварами. Об аварии я мало что помнила. Ночь, дикий ужас, боль и кровь. Какие-то обрывки ощущений, но никакой конкретики. Впрочем, я теперь пыталась сообразить, какого я вообще черта оказалась на дороге в темноте, ведь собиралась заниматься весь следующий день делами в Северогорске. На машину мне было отчего-то абсолютно наплевать, но это был единственный способ выбраться самостоятельно из городка. Придется все-таки просить Ника…

- Мне бы позвонить, - я повернулась к женщине, которая хлопотала рядом со мной.

- Ох, Алиса. Телефона у меня нет, к сожалению. Спроси у Гордея, как он вернется, - Глафира Ильинична мило улыбнулась и ушла в другую комнату. А я вышла на крыльцо дома, чтобы подышать свежим воздухом.

Здесь что-то не вязалось. И Глафира Ильинична была какая-то странная. Вроде бы приветливая и заботливая женщина, но рядом с ней было удушающе неловко. Еще этот Гордей… Обнаружил меня посреди ночи на дороге, по которой ни одна живая душа не ездит уже лет сто. Нет, я ему, конечно, благодарна, но…

Я пошарила по карманам, понимая, что у меня совершенно ничего с собой нет. Ключи от бабушкиной квартиры, телефон, сумка, деньги – все осталось в моей машине. Что делать, я не знала. Отчего-то дико хотелось связаться с Ником. Это была какая-то животная потребность услышать его голос.

А еще я опустила взгляд на себя и поняла, что в таком виде вряд ли стоит куда-то идти. На кофте была кровь, штанины джинсов порваны в нескольких местах, вся грязная и в непонятных разводах. Меня выбросило из машины во время аварии? Но как тогда я осталась почти невредима?