Алиса и Город Кошмаров

20. Дневник сумасшедшего

Обложка была настолько мягкой, что казалось, будто я вожу пальцами по настоящей бархатистой человеческой коже. Возможно, так оно и было.

От книжицы исходил необычный холодок, медленно пробирающийся по моей ладони. Сердце замерло в странном предвкушении: я одновременно и боялась открывать эту проклятую рукопись, и, с другой стороны, страстно этого желала. Вздохнула, сконцентрировалась и, зажав фонарик в зубах, освободившейся рукой все-таки перелистнула первую страницу книги.

Середина пожелтевшего от времени листа ровно и аккуратно была заполнена искусно выведенными острыми буквами на незнакомом мне языке, зато поля и междустрочие были исписаны множеством жутких, но вполне понятных фраз.

«Здесь ты найдешь только путь к смерти».

«Тьма почти забрала меня, но я нашел способы откупиться от нее».

«Ставки повышаются. Следующая жизнь – моя собственная».

«Тьма позволяет мне управлять проклятой плотью. Я чувствую над ней власть».

Записи были сделаны явно не одной рукой. Нажим пера, стиль письма и даже яркость написанного говорили о том, что эту книжку заполняли, как минимум, три или четыре человека.

Последние и самые осовремененные слова и буквы были написана обычной шариковой ручкой. Наверно, это сделал Гордей.

Перелистнула страницу, и она тоже выглядела ровно также, как и предыдущая. Поверх красиво выведенных ровных строчек плясали чужеродные подписи.

«Оказалось, что книга не врет. Столь мелкая жертва позволила излечить давно беспокоящий меня недуг».

«Служение тьме избавило меня от всех, кто когда-то был рядом. Теперь я изгой».

«Даже те, кто очернил себя проклятой магией, не подступаются ко мне».

«Подношение должно быть предварительно подготовлено. Чем больше боли испытала жертва перед смертью, тем богаче будут дары тьмы».

«Бездна притягивает к себе множество глупцов. Мне почти ничего не нужно делать, чтобы добыть новую жертву».

Я переворачивала страницу за страницей, пытаясь найти какое-нибудь заклинание на понятном мне языке, но повсюду были написаны лишь обрывочные фразы, несущие в себе жуткий смысл и признания в изуверствах.

«Столько подношений тьме, а эта бесполезная девка родила только себе подобную. Бесполезный сын и его бесполезная дочь».

Слова были пропитаны ненавистью, тут и там буквы расплывались в жирных кляксах, а страницы были продавлены от сильного нажима. Да уж… Не думала, что мое рождение для собственного родственника будет таким уж разочарованием.

«Если тьме приносить в жертву мелких ведьм, то ты получаешь гораздо больше вознаграждений, чем используя простых людей».

«Тьма пугает жителей, словно крыс при виде их душителя. Город пустеет».

«Паршивцы сожгли дом. Вынужден уйти на топь».

«Мои куклы поймали всех виновных. Тьма была рада моим щедрым подаркам».

«Они пытаются закрыть скважину. Глупцы думают, что для моих кукол это будет помехой».

На моем затылке волосы вставали дыбом. Эта проклятая книга являлась настоящим дневником для сумасшедшего садиста. Чем дальше я листала, тем более страшные тайны всплывали передо мной.

За дверью послышались всплески воды. Я испуганно навела фонарик на дверной проем, но ничего толком не увидела.

Куклы… Его куклы… Что конкретно имел в виду Архип под этим словом? Всех тех монстров, что уже встречались на моем пути? А человеческие жертвы могут превращаться в его марионетки? Я продолжала искать глазами обрывки страшных фраз.

«Хоть какой-то толк от нее. Мальчишка явно тяготеет к тьме, и девчонку она манит».

Сердце издавало бешеные удары. С самого начала моя дружба с Гордеем попала под прицел этого старика. Но что я не могла отрицать, так это то, что к парню меня тянуло всегда необъяснимым образом. И это не было похоже на ту влюбленность, описываемую в слащавых книжках. Я была с ним будто связана, попала под влияние и покровительство. Это была неприятная зависимость, которая портила мне жизнь. Даже уехав на много лет из Северогорска, я все равно тяготилась этой связью.

«Старик вернул мне Лютого через два дня после того, как я его похоронил».

Лютый… Знакомое прозвище… Вспомнила! Так звали старенького пса Гордея, которого он очень любил.

«Я долго это отрицал, но тьма сама свела нас с Алисой. Когда-нибудь она вернется сюда».

«За пределами города мои куклы слишком слабы. Тьма привязана к этому месту».

«Все ритуалы построены на крови. Мы связаны с Алисой благодаря этому. Детская шалость когда-нибудь сослужит мне верную службу».

Несколько подчеркнутых латинских фраз, пару обведенных слов. И мое имя почти между всех строк. Меня стало подташнивать от того, что могло скрываться за этим. Перевернула страницу вновь.

«Пока плохо получается управлять тьмой. Нужны подношения куда серьезнее, чем просто мелкая живность».

«Приходится выезжать из города слишком часто. Ищу новые жертвы».

«Старик не поддержал мои планы. Он все еще привязан к своему прошлому. Думаю, что больше в нем нужды нет».