Алиса и Город Кошмаров

26. Последний день на земле

Стоило мне только зайти в бурелом, как я развернулась и со всех ног побежала обратно в машину. Раз Ника не оказалось рядом со скважиной, то вероятно его можно было найти в доме Глафиры Ильиничны. Того и гляди, объезжу так весь Северогорск и может быть даже смогу найти какую-то помощь.

Кроме того, мне определенно нужно было еще раз заехать к старой ведьме в гости. Из всех амулетов, что она мне всучила, на шее осталась висеть только пара птичьих лапок. При непосредственном контакте с нечистью эффект от этих побрякушек все-таки был, хоть они и не могли скрыть меня от монстров.

Также я все никак не могла понять, почему все эти твари в прямом смысле слова пытались меня убить. Старуха ведь сказала, что они хотят лишь поймать меня и полакомиться магической кровью. Но что-то намерения безголовой бычьей туши на скотобойне говорили мне совсем о другом. Я уже молчу про мертвячку в больнице, которая пыталась исполосовать меня ножом.

Да, такими темпами я действительно займу себя до самого вечера. Маленькая проблема была лишь в том, что я почти отключалась на ходу. Голова плохо соображала, и я не могла даже вспомнить, сколько уже времени я не спала и не ела. В принципе, с самого приезда в Северогорск еще не выдалось ни одной спокойной ночи. Сейчас мое тело продолжало существовать на каком-то диком потоке адреналина и ужаса, но не уверена, что в самый неподходящий момент меня просто не вырубит от бессилия.

Но как же мне уснуть? Было сложно себе представить, что я хоть на минуту смогу закрыть глаза, когда в этом городе происходят подобные кошмары.

Ехала по дороге, мало обращая внимание на то, что происходит вокруг. Попав на улицы города, они показались мне еще более унылыми и безлюдными. За все время мне не встретился ни один человек. И это уже было вполне привычно. Гораздо более странным было бы встретить в городе, в котором расхаживают дохлые туши животных, кого-то живого и не сумасшедшего.

Разбитая машина вся скрипела и дребезжала. Паутина, разошедшаяся по разбитому лобовому стеклу, мешала обзору и приходилось периодически высовываться через боковое окно, чтобы не наехать на какую-нибудь выбоину, на которой автомобиль мог просто повиснуть на пузе.

Через несколько минут я добралась до дома Гордея. Только зайдя во двор, я вдруг сообразила, а что же мне делать, если встречусь лицом к лицу с его матерью? И опять же вспомнились слова старой ведьмы, что ради сына Глафира Ильинична кого-то убила.

А если вдруг она кинется и на меня? Хватит ли мне сил утихомирить эту женщину и сбежать? Саперная лопатка в моих руках хоть и была грозным оружием, но в неумелых руках выглядела не самым надежным средством.

Я задавала себе сотни вопросов, но при этом не забывала медленно обходить территорию и дом. Пока никого видно не было. Заглянула в пару окон, но в комнатах было безлюдно. Потом все-таки решилась зайти внутрь. Дверь оказалась совершенно не запертой.

Я останавливалась на несколько мгновений, прислушивалась к звукам и продвигалась вглубь дома. Судя по всему, хозяйки здесь не было. И Ника, к сожалению, тоже.

Исследовав комнату за комнатой, я пришла к выводу, что Глафиры Ильиничны не было здесь не только конкретно сейчас, но и с того самого момента, как мы с Никитой проникли сюда накануне. Но где же она могла быть?

На душе залегло нехорошее предчувствие. Слова старой ведьмы приобретали некий другой смысл для меня. Пытаясь опровергнуть свою собственную догадку, я покинула дом и пошла к хозяйственным постройкам.

Сначала я хотела заглянуть в тот самый гараж, где Ник обнаружил мои вещи и вещи многих других людей. Но потом мне послышались странные скрипучие звуки где-то позади постройки.

Закусив от волнения губу, буквально на носочках я подкрадывалась к источнику звука. Ладони вспотели, деревянная рукоятка от лопатки скользила между пальцами, сердце стучало в висках.

Первой я увидела тень на земле, которая раскачивалась словно маятник. Потом я постепенно стала выходить из-за угла постройки, и передо мной открывалась полная картина происходящего. В отличии от территории скважины здесь над городом солнце вышло из-за облаков и даже немного заливало своими холодными осенними лучами постройки, деревья и мою новую находку.

Сначала глаза выхватили образ ног, шаркающих носками ботинок по земле. Дальше я подняла взгляд выше: широкая юбка от сильных шквалистых порывов раздувалась по ветру. Вдоль бедер повисли неподвижно руки. Кисти, выглядывающие из-под рукавов кофты, выглядели обугленными и слишком высушенными.

Еще даже не разглядев лица, я уже поняла, кто был передо мной. На толстой ветке, повешенная на хозяйственном жгуте, качалась Глафира Ильинична. Именно от веревки исходил такой противный скрип, который и привлек мое внимание.

Шея женщины не была сломана или неестественно свернута. Скорее всего она умерла именно от удушья. Все лицо приобрело красновато-коричневый оттенок, а вот нос и губы, как и кисти, почернели.

Я не могла оторвать от матери Гордея своего взгляда. Ее мертвое окоченевшее тело шокировало даже больше, чем множество ходячих оживших трупов. Еще пару дней назад она была жива, разговаривала со мной, касалась своими ладонями моего лица, а вот теперь ее уже нет.

Первой мыслью, конечно же, было то, что это именно Гордей с ней сотворил. Он убил стольких людей и даже старика Архипа, что ему не составит труда принести еще одну жертву. Но ведь она была его матерью… Неужели он мог с ней так поступить? А что, если она сама повесилась? Старая ведьма ведь говорила, что Глафира Ильинична сама проводила ритуалы, чтобы вытащить Гордея с того света. И для того, чтобы похитить Ника, ему потребовалось гораздо больше силы. Может быть его мать знала обо всех планах своего сына, и поэтому сама решилась на такой шаг…