Алиса и Игла Времени

Нить под дождём

Игла способна сшить почти всё.

Она проходит сквозь ткань, сквозь кожу, сквозь время. Нить, послушно скользящая через её узкое ушко, не просто соединяет края — она скрепляет. Держит. Иногда так крепко, что рана, которую она закрывает, начинает болеть снова, напоминая о том, что когда-то здесь было разорвано.

Можно тянуть нить осторожно, можно — со всей силой. Можно думать, что шов получился прочным. Но некоторые разрывы живут своей жизнью. Они дышат под стежками, пульсируют, ждут момента, когда тонкая бирюзовая нить натянется вновь и заставит всё старое снова ожить.

Ведь настоящие раны никогда не исчезают бесследно.

Они лишь ждут, когда кто-то возьмёт иглу в руки.

— Алиса? - голос матери прозвучал резко, с едва сдерживаемой тревогой.

Девушка вздрогнула и поспешно отвернулась от экрана компьютера. Сердце неприятно ёкнуло. — Что это за игла в твоём пальто?!

Алиса быстро встала и подошла к матери, которая уже разбирала вещи для стирки. В руках у Хелен было её тёмное пальто.

— Я… я и сама не знаю. - тихо ответила Алиса, отводя взгляд.

Мать тяжело вздохнула, словно на её плечи вдруг легла новая, неподъёмная ноша.

— Это же может быть настоящее проклятие, Алиса. Такие вещи просто так не появляются. Её нужно сломать. Немедленно.

Хелен решительно схватила иглу за оба конца. В ту же секунду Алиса резко вырвала её из материнских рук.

— Мама, мы живём в двадцать первом веке! Какие проклятия?! - в её голосе смешались раздражение и лёгкая насмешка.

От резкого движения она сильно укололась. Острая боль пронзила палец, и на коже выступила яркая капля крови.

Хелен тут же отложила пальто и взволнованно схватила дочь за руку.

— Вот такие, Алиса… Дай посмотрю.

— Ничего серьёзного, - пробормотала девушка, быстро переложив иглу в другую руку. Она подставила уколотый палец под холодную воду, пытаясь унять дрожь в груди. Воспоминания, которые она так старательно прятала, снова начали подниматься на поверхность.

— Через неделю мне снова в экспедицию, - добавила она чуть тише. — На этот раз они нашли не просто затонувшее судно… А что-то ещё. Подробности пока не говорят.

Хелен снова тяжело вздохнула, поднимая пальто с кресла. В её движениях сквозила усталость и безысходность.

— Пока ты пропадаешь в своих экспедициях, ты совсем забываешь, что такое нормальная жизнь. Даже элементарные вещи… Пальто нужно отдавать в химчистку, а не пихать в стиральную машину. - с горьким сарказмом произнесла она и направилась к двери, чтобы повесить его обратно в шкаф.

— То есть ты рылась в моём пальто просто так?! - резко бросила Алиса, с раздражением выкручивая кран. Вода шумно хлестнула в раковину. Девушка глубоко выдохнула, пытаясь сдержать нарастающую волну злости, но та всё равно кипела внутри, обжигая грудь.

— Мам, я уже не маленький ребёнок! - голос её сорвался. — Я морской археолог, у меня своя жизнь, взрослая жизнь, и я могу позволить себе всё, что захочу!

Она вышла из ванной, резко вытирая мокрые руки, и буквально столкнулась с матерью. Хелен стояла прямо в дверях, глядя на дочь с усталой, но твёрдой укоризной.

— Не маленький ребёнок? - тихо, но тяжело произнесла она. — Ты взрослый ребёнок, Алиса. Всё ещё живёшь в каких-то своих фантазиях. Пора уже повзрослеть. Пальто нужно отдавать в химчистку, а не портить его ворс в стиральной машине.

Алиса почувствовала, как внутри всё сжимается от обиды и усталости.

— Я не живу в фантазиях… - тихо, почти шёпотом ответила она, опустив глаза. — Просто с самого детства мне снится один и тот же сон, и сегодня этот рыжий…

Она не успела договорить. Мать устало покачала головой, даже не дослушав.

— Да-да, кролики, зайчики, мышки и рыжие мальчики в шляпах, - с горькой иронией перебила Хелен. В её голосе смешались раздражение, разочарование и глубокая материнская усталость. — Тебе уже замуж давно пора, а ты всё думаешь о каком-то выдуманном рыжем из своих снов. И кстати о рыжих, ты хоть заметила, как Хэмиш к тебе неравнодушен?

Алиса закатила глаза, чувствуя, как по лицу разливается жар стыда и злости. Сердце неприятно колотилось. Она молча прошла к вешалке, положила иглу обратно в карман пальто и скрылась в своей комнате.

— Хэмиш — отвратительный парень, - агрессивно бросила она, дрожащими пальцами распаковывая пластырь. — Как и вся его семейка Эскотов.

Но мать не собиралась отступать. Она последовала за ней, продолжая говорить уже почти с отчаянием в голосе:

— В наше время все хватаются за деньги, и уже почти неважно, любишь ты человека или нет. Любви больше не существует, Алиса. Нет тех рыцарей, о которых ты вечно мечтаешь. Посмотри вокруг — сплошное нытьё и пустота. Разве не так было в твоей жизни? А Эскот… Ты его прекрасно знаешь.

Алиса скривилась, словно от физической боли. Неприязнь к этой теме была такой сильной, что у неё даже дыхание перехватило.

— Господи… Какая же ты циничная, мама… - тихо, но с надрывом произнесла она.

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива! - повысила голос Хелен, и в её глазах блеснули слёзы. — Хочу верить, что ты найдёшь настоящую любовь, а не этих похотливых и вечно ноющих мужчин! Пусть Эскот и не подарок, но и ты, Алиса, тоже далеко не идеал.

Алиса не выдержала. Она с силой швырнула пачку пластырей на туалетный столик. Пачка ударилась и разлетелась.

— Вот как? - прошептала она озлобленно, голос дрожал от боли. — Настолько тебя смерть отца сломала?

Тишина, которая повисла после этих слов, была оглушительной. Мать замерла, глядя на дочь широко раскрытыми глазами. В них отразилась глубокая, старая боль.