Алиса в Академии Магии

Глава 14

*****

— Нам так и не удалось как следует сразиться с Вильгельминой. — я была раздосадована.

— Возможно, это и к лучшему: вспомни, что сразиться с ней не так уж и просто. Кто знает, что было бы, если меня не оказалось рядом… Однако, я позвал тебя совсем за другим: вскрылись детали, которые, возможно, помогут нам доказать невиновность моего брата. Процесс над ним начнется завтра, ровно в полдень. Я хочу незримо ему помочь.

– Но как? – от любопытства я вся подалась вперед.

– К нашему счастью процессы над оборотнями открытые. Да поможет мне Богиня.

У здания суда было полно народу: орки, ведьмы, гоблины и оборотни (последних можно было узнать по внушительным клыкам) сгрудились огромной толпой, слились в единый организм. Нас с Арзом в такой толпе вряд ли бы заметили и узнали, но все же было решено перестраховаться: Мистер Блинн, которого мы посвятили в подробности дела, сшил для нас две мантии-невидимки: «Это особая ткань, сотворенная лично мною в специальной лаборатории. Благодаря ей вы сольетесь с окружением, как птицы и звери сливаются с природой — в голосе его была слышна гордость за своё творение.

И вот теперь мы с Арзамасом стояли у самого здания суда, ожидая появления Грэма.

Он появился: измученный, руки были закованы в наручники из блестящей на солнце стали. Конвоировали его два оборотня-змеевика, безмолвно шедшие с двух сторон.

На минуту, всего лишь на одну минуту мне показалось, что он метнул умоляющий взгляд в нашу сторону. От этого сжалось сердце.

Грэма ввели в здание суда. Кучка привилегированных оборотней, а с ними и мы под мантией-неведимкой направились туда же.

Беднягу посадили в огромную железную клетку, словно он был каким-то очень опасным зверем. Грэм забился в самый угол своей мини-тюрьмы, усевшись на корточки прямо на деревянном полу, устланном скудными пучками соломы.

Сам он выглядел довольно плачевно: волосы отросли почти до плеч, были спутанными и грязными. Некоторые пряди падали на лицо, так что нельзя было понять, что Грэм испытывает в данный момент.

Чуть поодаль от него была кафедра, за которой сидел Оборотень-змеевик. С этими существами никогда не угадаешь, сколько им лет на самом деле; в любом возрасте их лица и шеи покрыты морщинами, как у старух.

Змеевик стукнул по кафедре золоченным молотком в знак того, что заседание начинается...

Эти полтора часа показались мне вечностью. Судья монотонно сообщил, в чём обвиняют Грэма (у того ни один мускул на лице не дрогнул) после чего по очереди спрашивал ту самую кучку превелегированных оборотней, что они думают по этому поводу. "Идиотизм какой-то, они же даже не знают Грэма". — подумала я тогда.

Лишь один раз я увидела проблеск гнева на его лице: старый оборотень с жёлтыми изогнутыми когтями на руках сказал, что ему стыдно быть одной расы с " этим псом ".

Тогда Грэм, хоть и с большим трудом, но всё же поднялся со дна клетки, встал всеуслышание воскликнул:

" Мне тоже стыдно за тебя, старик. Оборотни издревле считались мудрыми, но ты... Ты противоположность этому. Вместо того, чтобы разобраться во всем, ты гавкаешь, словно глупый шакал. Поддакиваешь другим таким же шакалам".

Арз метнул на меня под мантией взгляд, означающий, по-видимому: «Дурак, что он делает?» затем скрестил пальцы, как иногда делают маленькие дети на удачу. Крошечная искорка сорвалась с подушечки его указательного пальца, и тут в зале суда стало твориться что-то невообразимое. У судьи-змеевика язык сам собою оказался в углу рта и вывалился, как у бешенной собаки. Слюна с него капала на темно-бордовую мантию и на сукно, которым была прикрыта кафедра. Глаза его были сладко прикрыты, словно он только что испил жбан-другой гномьего квасу.

Окружающие зароптали, но заклинание нашло и их. Вторым оно настигло того самого старого оборотня, который выступал против Грэма; искорка лишь коснулась его, но этого оказалось достаточно — он повалился на бок, по-собачьи подставляя жирное пузо, выпирающее из костюма. Вдобавок, он тихо поскуливал, как щенок, требующий игры. Так, один за одним, кучка важных персон повалились на пол. Лай стоял такой, словно они играли в игру «Кто кого переорет».

Когда все поутихли (первым начало отпускать судью) Арз спросил негромко:

– Отпускаете ли вы того парня, что сидит сейчас в клетке?

– Непременно: я посадил его лишь потому, что надо было спихнуть на кого-то вину за смерть девчонки. – змеевик подошел к Арзу и доверительно шепнул – Я ненавижу оборотней вроде этой старой рожи – кивок в сторону оборотня в костюме, все еще перекатывающегося с боку на бок.

«Рожа», услышав такое, рывком поднялся с пола и громко сообщил:

– К вашему сведению, вы мне тоже не нравитесь. Да любой из наших людей подтвердит мои слова: мы ненавидим змеевиков даже больше, чем воду. Ваши лица похожи на сушеные эльфийские фрукты, а души более гнилые, чем трехнедельное оленье мясо.

– Позвольте… – судья позеленел от гнева.

– Не позволю! – заорал старый оборотень.

– ТИХО! – рык Арза отразился от стен здания суда – Сначала отпустите пленника: он не ел больше полутора суток.

– Ради Богини, пусть идет. Тем более, он не оказался полезной игрушкой в руках моих ребят. – змеевик открыл клетку Грэма большим ключом – Однако, я должен надеть на него кулон, как того требует закон. – из складок мантии он и в самом деле извлек небольшой кулон в форме ромба на шелковом шнурке.

Надевая его, судья пробормотал: «И зачем он только нужен? Я такой болван, что за двадцать лет не смог толком выучить ни одного закона».

— Я и без того знал, что вы — старый болван, судья Бит. — старейшина оборотней улыбнулся во все клыки.
"Сейчас идеальное время: уходим отсюда!" — Арз скрестил руки, создавая портал. Пара секунд — и вот мы уже в родной Академии.

За время лекций не произошло ничего интересного, разве что Белладонна Си попыталась поймать меня на том, что я не знаю состав зелья, отпугивающего злых духов.

Надо сказать, я и вправду не очень хорошо знала этот параграф, но верный Борн смог незаметно подсказать. Короче говоря, пять баллов из десяти возможных я всё же получила.

Самое интересное началось вечером, когда я, по обыкновению, зашла к мистеру Блинну.