Алиссэ и Мортан

Глава 61. Мортан. Земля моего сердца.

Возвращение домой пришлось на цветение Амитай. Не зря планета называлась именем этих деревьев. Особый период, когда после тихих месяцев все взрывается буйством жизни и красок. Аромат, разносящийся по ветру даже в городах и космопортах, неповторим. Лучший сезон для туристов и влюбленных. Лучшее время на планете, чтобы влюбить в себя приемных детей.

– Сакура!!! Сплошное цветение сакуры! – воскликнул Игорь, проведя параллель с чем-то знакомым. Однако, уверен, что на Земле не рос символ нашей планеты.

Медленно и неспешно приближались к указанному для посадки участку. Крошечный кораблик по сравнению с гигантами–грузовозами, с которыми имели дело космопорты, мог приземляться на специализированных площадках согласно сетки движения. Настоящий Арно знает как общаться с искином планеты, чтобы получить желаемое. Поэтому посадочное окно было выбрано максимально близко к дому. Неспешное движение чуть выше уровня полета птиц давало возможность набившимся в рубку людям рассмотреть поверхность.

– Ой, мост! Каменный мост точно как у нас, – Нуари радовалась сооружению как старому знакомому.

– Историческое наследие, – пояснила довольная мама.

– Нельзя пользоваться? – уточнил маг.

– Можно. Для пеших прогулок.

– У нас все движение по воздуху. Необходимости в мостах нет, – пояснил я.

После жизни в городе и путешествий по иным мирам стал забывать насколько тиха и пасторальна Амитейя на основной части.

– Совсем как на Земле. Река. Только небо сиреневое и деревья фиолетовые, – подал голос молчаливый Номар. Раслабленное лицо делало парня проще и ближе.

– Это оттенок маджента, – наставительно заметила Нуари.

– Через пару недель сменится на привычный зеленый, – заметил я.

– Теперь смотрите справа, – приблизил картинку отец.

Там было то, что так хотел показать Алиссэ с первой секунды как наши взгляды встретились. Знаменитые бирюзовые озера Амитейи. В лучах солнца, обрамленные цветением деревьев, озера делали картину нереальной. В едином вздохе восхищения сплелись голоса зрителей. Вода светилась внутренним светом, повторяя оттенок глаз любимой.

– Алиссэ! Цвет как у тебя! У Лупастика шерстки оттенок такой же, – запрыгала сестренка, напоминая какой она еще ребенок.

– Ночью вода флюоресцирует. Озера признаны достоянием Центрума, – мне было важно чтобы жене они понравились. Долгие месяцы мечтал об этом миге. Представлял как показываю их ей. Перебирал возможные реакции. Не цветение деревьев, не стояние лун, не фестиваль птиц, а именно “зеркала фей” чтобы запали в душу любимой.

– Они… прекрасны, – всхлипнула девушка. Вырвав руку, прижала тыльной стороной ко рту, чтобы приглушить следующий всхлип.

– Что случилось, милая? – всполошился я. Не вполне та реакция, на которую надеялся.

– Неужели здесь можно жить? – разобрал тихие слова.

– Можно. Мы и живем. Не беспокойся, до коллапса нашего светила миллионы лет, – утешила матушка, подходя с другой стороны и обнимая девушку.

– Я не беспокоюсь. Это у нас с дочей гормональная перестройка идет, – рыдая, сообщила жена. Видимо, в таких ситуациях все будущие отцы тугодумы. Мне понадобилось минут десять поздравлений и радостных похлопываний по плечу, чтобы понять откуда взялась “доча”.

– Говорила! Надо всем вместе! Чтобы выводок один был. И воспитывать удобнее! Здорово же! – приплясывала раздобревшая лисичка.

– Вот он. Это наш дом! – ткнула в экран, привлекая внимание Лети.

После опыта путешествий он воспринимался по другому нежели в детстве. Плавные линии, скругленная крыша. Три этажа и два под поверхностью. Много видовых окон, которые отливали непрозрачными зеркальными поверхностями, так как режим консервации не отменен.

– Запущу ка режим расконсервации пока мимо пролетаем, – руки отца запорхали в священнодействии.

– Срочный вызов, – пришло сообщение на пульт.

– Какого шиха вы творите? Это частная собственность семьи! – вывел экран изображение гневающегося дядюшки.

– Дринк! Братишка. Не сдержан, как всегда, – расплылся в искренней улыбке глава семьи.

Картинка дяди поперхнулась набранным для тирады воздухом, чтобы затем некультурно выпучить глаза.

– Привет, родной. Мы вернулись, – мама помахала в кадр со своего места.

С дядей происходила метаморфоза. Шок удивления сменялся угрюмостью, пока мрачность не затопила все лицо.

– Рад видеть вас. У меня плохая новость, – через силу он произнес, пряча взгляд.

– Дринк, дружище! Все преодолимо, – несгибаемый оптимизм отца заполнял мир.

– Ты не понял. Морт не вернулся с заказа.

– Послушай…

– Ты послушай! Понимаю. Виноват. Не уследил. Удалось выяснить, что космолет выкинуло к Сверхновой. На всякий случай смотался на место встречи с заказчиком. Там Морт кинул маяк. Вышел на базу Чозан. Несколько месяцев назад она сдетонировала. Говорят, что тайные эксперименты их правительства. Жадные сволочи! Прости, но шансов нет, – на дядю было больно смотреть. Моя потеря далась ему тяжело.

– Дринк! Со мной все отлично! Посмотри на экран уже, – пришлось выдвинуться вперед дабы предъявить свою личность.

Родственник словил второй ступор за короткий период. Чую, доведем его!

– Морти!!! Какого шиха творишь?! Где тебя носит! У меня с Чозаном личная вендетта уже, – ему в очередной раз не хватило воздуха.

– Уж я как рад тебя видеть! – не скрываясь смеялся я.

– У нас хоть и большая семья, но не намерен никого терять! – вздернул подбородок визави. Старина похудел и осунулся от переживаний последнего времени.

– Не представляешь насколько большая, – подзадорил его. По арагонским меркам пять человек это приличный размер семьи.

– Прилетай в гнездо. Поговорим, – вклинилась ма, предупреждающе глянув на меня. Кивнул, вняв предостережению. Нервная система родственника не титановая. Должен случиться перерыв между хорошими новостями.