Алькар. Воскресшие тени.

Портал

Ласковый весенний ветер игриво ворошил Сонины волосы, поглаживая лицо и плечи. Скопище голубей и воробьев яростно расталкивали друг друга из-за сухой краюшки хлеба, найденной в кустах. Дети с визгом рассекали на велосипедах, самокатах и гироскутерах, периодически наезжая на ноги нерасторопным прохожим. Тогда мамы детей неохотно отрывались от телефонов, делали штампованные замечания и снова утыкались в плоский экран, захваченные виртуальной жизнью.

Небо, словно бледно- васильковое покрывало равномерно расстилалось над головами, цепляясь за стройные высотки, которые гордо устремлялись ввысь. Город меланхолично отдыхал под пламенеющим закатным небом, окрашенным размытыми импрессионистскими мазками.

Новые кирпичные постройки с закрытыми придомовыми территориями и подземными парковками высокомерно поглядывали на панельные дома- муравейники с облупившимся фундаментом. В одном из таких домов и жила Соня. Несмотря на его ущербный вид, он не был ей противен, она здесь выросла, этот дом был свидетелем разных моментов ее жизни: как отчаянья, так и счастья. Она любила этот район, старый двор, школу, в которой училась и даже магазин в подвале ее дома с потрепанной вывеской «Стильная штучка». Скорее всего, именно его имела ввиду, та странная женщина из зеркала. Интересно, в нем и впрямь существует зеркало - портал, через которое можно попасть в другой мир?

Соня усмехнулась собственным мыслям. А может, стоит рискнуть? Если все, что сказала женщина из зеркала правда, что она теряет? Ничего, кроме той жизни, которой живет сейчас. И мамы... Не смотря ни на что, она была дорога ей, хоть Соня и выставляла свои колючки, подобно ежику свернувшемуся в клубок. Почему она так делала, порой и сама не понимала. Мама на нее никогда не кричала, не била, даже Лару и то наказывала чаще. Ответ был прост: мама видела ее другой, придуманной, такой, какой хотела бы видеть, но получив очередную порцию несоответствия созданного образа, разочаровывалась в ней.

Разочарование - пожалуй, одно из самых ужасных чувств, почти как нелюбовь, а может быть даже страшнее.

Желудок жалобным урчанием оповестил о необходимости подкрепиться. За чередой происшествий Соня и забыла, что кроме кофе да дольки печенья во рту не было ни крошки. Она поспешно двинулась в сторону грязно - серых панелек, отмечая про себя, что уже наступил вечер, а значит, времени на раздумье оставалось все меньше.

В квартире по-прежнему господствовало безмолвие. Как хорошо. Пузатый будильник показывал семь тридцать, а значит, мама с Ларой скоро придут. Поужинав в окружении ненавистных клематисов, Соня почувствовала, как ее потянуло в сон. Внезапная усталость исполинской глыбой свалилась на ее худенькие плечи. Сегодняшний день вымотал ее, будто она разгружала вагоны с мешками цемента. Соня легла на кровать, закутавшись в одеяло, и закрыла глаза не в силах пошевелиться. Вскоре послышались возбужденные голоса мамы и Лары, смех и бурное обсуждение прошедшего конкурса красоты. Скорее всего, Лара заняла первое место, впрочем, как всегда.

От твоего решения зависит многое… Судьба нашего мира, жизнь твоего отца, - звучали в Сониной голове слова женщины из зеркала. Они становились все тише и тише, пока не растворились в царстве Морфея.

Кошмар, являющийся Соне в течении года, не сделал исключение. В очередной раз она проснулась в холодном поту с гнетущим ощущением смерти. Смерти дедушки, которую видела каждую ночь.

За окном бледно – оранжевой полосой разгорался рассвет, молодая заря приходила на смену чернильному небу. Сейчас наступит новый день, новая жизнь и станет легче. Так она всегда утешала себя, когда видела смерть дедушки. И действительно, когда первые лучи прогоняли темень, ей становилось легче.

Соня поплелась на кухню, хоть как - то скоротать остановившееся время. Налив в кружку воды, она не успела сделать и глотка как на пороге объявилась Лара.

- Привет, кукукнутая. Опять бродишь ночами как привидение?

- Что тебе нужно? – не отрывая глаз от кружки с водой, спросила Соня.

- Вот подумываю, пора обращаться в психушку или еще нет…

- Уже присмотрела себе палату?

Лара хмыкнула.

- А мне она не нужна, это ведь тебе каждую ночь снятся кошмары.

Соня сдвинула брови, ее серые миндалевидные глаза угрожающе сузились.

- Думаешь, я не слышу как ты подскакиваешь по ночам и взвизгиваешь словно собачонка. Нет, нет, не убивайте дедушку! - Лара артистично сложила ладони в молитве и подкатила глаза.

- Не твое дело, - процедила Соня.

– Запомни, они нас бросили. Сбежали как крысы, - зло проговорила Лара.

- Не говори так. Ты ничего не знаешь.

- А что ты знаешь такого, чего не знаю я? Только не говори мне, что наш разлюбезный папочка черканул тебе адресок.

У Сони промелькнула мысль рассказать сестре о вчерашнем происшествии, но она тут же отмела ее в сторону. Лара, всегда считавшая ее кукукнутой, не поверит ей, а только сильнее утвердится в своем мнении.

- Нет уж, из меня чокнутую не сделать, хватит в нашей семье и одной кукукнутой, - Лара постучала указательным пальцем себе по виску и резко развернувшись вышла из комнаты.

Ее слова не сильно, но все же кольнули Соню. Хотя, что удивляться, это ведь Лара в своем подлинном исполнении. У сестер были сложные отношения, но когда именно они стали такими трудно припомнить.

Солнечные лучи золотым потоком вливались через окно, прикасаясь к каждому сантиметру комнаты. Дремлющая кухня наполнилась теплым утренним светом и ожила. Проснулись розовые клематисы на желтых обоях, хромированные ручки столешниц, зевнул угрюмый чайник на плите и запели коты. Они вновь затянули свою серенаду, слушать которую было таким же «удовольствием» как и общаться с Ларой.

Соня вернулась в свою комнату, когда стрелки часов перевалили за цифру восемь. Оставался час до возможно, самого важного момента в ее жизни. Да, она сделает это, сделает! Иначе и быть не может, решение принято. Правильное оно или нет, покажет только время, а сейчас пора собираться.