Алмазная лилия

9. Жених

Подглядывать за голыми мужчинами мне ещё не приходилось. Было стыдно и весело. Приходилось делать над собой усилие, чтобы не жмуриться.

- Ты, да, ты... – булькнул Холодный. – Чего стоишь как истукан? Мыть меня кто будет?

Ой, мамочки! Я что, его ещё и мыть должна?

- Я... я... не умею, – проблеяла я. – Я только полотенца принесла, вот.

- Ой, да что тут уметь, – раздражённо ответил мужик. – Взяла мочалку и мыло и вперёд. Начни со спины. Ну?

Я робко сделала шаг вперёд. Когда я говорила про товар лицом, я немного не это имела в виду.

Чисто теоретически было понятно, что делать. Губки есть, мыло тоже. Ой, да ладно, Лилька, ещё скажи, что ты прям трепетная фиалка! На пляже не бывала и фильмы 18+ не смотрела! К тому же это твой потенциальный супруг. И он тебя не узнает, потому что светлые волосы под косынкой, в бане темновато, а одежда у тебя самая что ни на есть служанская.

Что ж, во всяком случае, он не жирный. Крепкий. Плечи широкие, бугрятся мышцами. А вот спины не разглядеть, она облеплена мокрыми волосами. Никогда не любила всяких там хиппи. Поискала глазами какой-нибудь шнурок, чтобы собрать его волосы, не нашла. Сдернула со своих резинку, собрала мокрые лохмы в хвост, завязала.

- Ты что делаешь, женщина?

- Спину вам собираюсь мыть. Волосы мешают.

- Больше ничего не мешает? – недовольно спрашивает он.

- Мешает, – соглашаюсь я. – Бурчание ваше.

- Что? – он начинает подниматься, а я нажимаю на плечи – надо сказать, широкие, ухватистые. Замечательные плечи. – Повтори!

- Сидеть! – рявкаю я в лучших традициях папочки и тут же начинаю его спину мочалкой тереть, чтобы он не понял, что я боюсь его явно больше, чем он меня.

Он плюхается обратно в лохань скорее от неожиданности, чем реально испугавшись. Кажется, даже засмеялся тихонько, во всяком случае, спина дрогнула. Гномы, в смысле цверги, все же не люди. Они короткие. Но немаленькие, совсем немаленькие. А конкретно этот реально культурист. Мышцы перекатываются под пальцами.

- Ты чего щекотишься, нормально три, – рычит кандидат, и я с садисткой радостью вгрызаюсь мочалкой в его тело.

Он наклоняется, чтобы мне было удобней заниматься экзекуцией.

- Ух, хорошо!

Наконец, он мотает головой и откидывается в бадье, задирая голову. Батюшки, он и улыбаться умеет! И глаза у него не карие, а зелёные в крапинку, как перепелиные яйца. И зубы все на месте. Невольно скольжу взглядом по бороде, к счастью, не длинной, а сейчас и вовсе заплетенной в две короткие косички. На плечах у моего цверга (да, да, мне он однозначно нравится, я его беру, заверните) чёрные полосы татуировок, теряющиеся в шерсти на груди. А ниже... ой, а ниже у него тоже всё в порядке. И торчит. Из воды. Понятно, что торчит. Я тут же зажмурилась, мочалку уронила и лицо руками закрыла. Он заржал, разумеется, а потом обхватил меня огромными ручищами и потащил к себе в бадью.

- А как ты думала, я должен на твои нежные ручки среагировать? – пророкотал гном, задирая мне юбку. – Я ж мужчина все-таки! Иди ко мне, красавица, будем делать друг другу хорошо!

- Нет, не надо, – запищала я, пытаясь вырваться. – Не надо!

Ну не могу я так сразу, даже если он мне понравился! Ладно б опыт какой-то был бы, но первый раз в корыте с грязной водой?

- Почему не надо? – услышал меня Иен. – Не нравлюсь?

- Вы это... жених княжны! – ляпнула я в панике. – Она с меня шкуру спустит!

- С чего это я жених? – нахмурил густые брови жених. – Мне не сообщали.

- Точно говорю, – закивала я. – Она... мне сказала, что вы самый лучший из всех!

- Огрова задница! Мне только этого не хватало!

- Не нравится княжна? – прищурилась я.

- Не нравится, когда навязывают, – отрезал Иен, выталкивая меня из бадьи. – Ладно, я понял, развлечения отменяются. Как думаешь, я сбежать успею?

- А что это даст? – философски спросила я, выжимая юбку и уже без стеснения разглядывая поднявшегося во весь небольшой рост здоровяка. – Догонят и осчастливят. Вот только княжна может подумать, что вы трус. Или она вам не нравится.

- Вот и пусть думает, – проворчал гном, протягивая руку за полотенцем и обматывая его вокруг бёдер, совсем как на картинках с полуобнаженными дядьками, которые я себе в скрытую папку на компьютере сохраняла. – Может, кого другого выберет. Чего сразу я?

Я закатила глаза. Ну правильно. Единственный нормальный кандидат меня не хочет. В общем-то, ничего нового.

- А вы всё же готовьтесь, – предупредила я Иена. – Княжна у нас – дама суровая. Если выбрала вас жертвой, то не откосите.

Гном весь скривился, словно лимон сожрал целиком, но больше ничего не сказал, и ко мне приставать не стал. Жирный плюс ему в карму. Извини, приятель, ты слишком хорош, чтобы Лиля выбрала другого. К тому же я уже видела тебя голым и почти не боюсь. Где-то даже уже привыкла к твоим... хм... достоинствам.

***

Относительно своего будущего я пошла разговаривать с дедом. Он показался мне нормальным цвергом, не желающим своей единственной внучке зла.

- Какие у меня перспективы? – спросила я седовласого патриарха нашего семейства. – Есть шансы вообще замужества избежать?

Дед, поглаживая бороду, откинулся в кресле. Ноги положил на скамеечку. Кот, лежащий у него на коленях, посмотрел на меня с презрением, закрыл лапой нос и громко затарахтел. Предатель. А я его так любила, я его от голода спасла… дважды.

Сам дед обитался в неплохих комнатах княжеской части. Князем он не был никогда – Генрих Скольдович унаследовал свою должность от деда. Поэтому, наверное, этот мужчина и не пытался мной командовать, и давить тоже не пытался. С ним можно было просто поговорить по душам. Тихо. Без шантажа и криков.

- Лилечка, тут тебе я помочь не в силах. Наследие – это дело тонкое. Не будет у тебя ребенка, и род наш прервется. Вот ты слышала уже, наверное, что у князей не бывает братьев? У меня ведь были… двое. Когда Генриху титул перешел, оба они погибли… при невыясненных обстоятельствах. И это притом, что у них сыновей не было. У Рудольфа две дочки было, повезло ему. А Юджин так и не женился, не успел.