Алтайская Дзевана

37. И снова Умай.

Я смотрю на него с вопросом, а он уточняет.

- Со дня смерти Михаила Олеговича, возле Вашего дома мы наблюдаем движение и перемещение посторонних людей. Эти сутки дежурят мои люди, но мы вылетаем завтра спец рейсом, и я уже не смогу гарантировать Вашу безопасность. Поэтому предлагаю лететь с нами. И ещё. У меня есть к Вам просьба. Посмотрите внимательно, где в доме Михаил Олегович мог спрятать ту информацию, о которой мы говорили. И если найдёте, лучше передать её нам.

- Вы считаете, что это из-за неё его убили? - спрашиваю я.

- Я не могу этого утверждать, он не успел нам её передать. Так Вы летите с нами?

- А можно я подумаю?

- Самолёт улетает после обеда, если Вы решитесь лететь, мне нужно знать за два часа до вылета, чтобы оформить все бумаги на Вас и на детей. И если будет багаж, то сколько мест. Размеры значения не имеют. - говорит Саша.

- Да, и сегодня - продолжает Саша, - мои ребята дежурят возле вашего дома последнюю ночь. Дальше за безопасность ваших детей отвечаете вы сами.

- Я поняла. Спасибо.

- Тогда я с вами прощаюсь, в надежде до завтра. - говорит Саша.

- Я Вас провожу! - говорю я и делая первый шаг, подворачиваю ногу.

Саша подхватывает меня за руку и нас бьют в полном смысле слова, электрический разряд. Мы отскакиваем друг от друга, а Саша смотрит на меня и хмурит брови, напрягая память.

Я отворачиваюсь и прихрамывая тороплюсь открыть входную дверь. Саша немного медлит, но все же торопится на выход и не смотря больше в мою сторону уходит.

Я до вечера пребываю в своих мыслях, делая домашние дела на автомате. Я ловлю себя на том, что все-таки ищу Мишину папку. При этом размышляя, что мне не обязательно лететь спец рейсом и снова встречаться с Сашей, а можно задержаться и закончить с делами на работе. Забрать документы и спокойно лететь в Москву.

И только ночной сон меняет моё решение кардинально. Я вижу Умай. Она стоит и смотрит. Она ничего не видит, потому, что из глаз её текут не слезы, а реки. Я просыпаюсь ночью в холодном поту и понимаю, что никто из нас не выживет, если мы сейчас останемся в городе. Я начинаю по среди ночи собирать необходимые вещи и еле дождавшись семи утра, взволнованная звоню Саше.

- Что-то случилось Татьяна Николаевна? - спрашивает сонным голосом Саша.

- Простите, что так рано звоню. Но мы летим с Вами.

- У Вас точно все в порядке? - уже проснувшимся голосом спрашивает он.

- Да, да, простите, что разбудила. Я перезвоню позже, когда определюсь с багажом, просто дети пока спят.

- Им повезло больше. Но вы звоните в любое время дня и ночи.

И на этих словах он заканчивает разговор.

Я просматриваю все полки и ящики уже более тщательно, но папки так и не нахожу.

Мы загружаемся в машину, которую за нами прислал Саша и едем в аэропорт, а следом и улетаем в Москву.