Алтарь выбора.

Глава 21 Начало…

Ксал’Тэрра

В огромном зале собрались старшие драконы – в облике человеческих тел; их тяжёлое дыхание наполняло пространство древней силой. На каменные стены ложились их тени, а пламя факелов, расставленных вдоль проходов, дрожа от жара, мерцало, отбрасывая отблески на бронзовые кованые кресла и высокие своды зала.

У стены, где была высечена сцена древней битвы между драконами и людьми, на возвышении восседал Саар’Кхарис. Его одежды были чисты, лицо спокойно, лишь лёгкий румянец на скулах выдавал недавнее пребывание в «сердце Матери». Никто не осмеливался заговорить первым – все знали, насколько значим был этот миг.

— Богиня в замке. — Голос владыки прозвучал, как удар камня о камень. — Отныне для нас одно: хранить её покой и даровать всё, чего она пожелает.

По залу прошёл тихий вздох облегчения.

— А человеческой Богине не станет худо в наших землях? — хрипло спросил старейшина Кааэ’Tар, склонив голову.

— Мы должны обеспечить ей лёгкое пребывание... — ответил Саар’Кхарис. — Даровать знания. Она молода и, как мне ведомо, пока не помнит ничего из пережитого. Всё – или часть – узнаем при пробуждении.

— Теперь люди станут наведываться в наши пределы? — раздражённо бросил магистр Аэрдрасс.

— Нет, — коротко отсёк владыка. — Никто. Лишь Богиня и принц.

Двери распахнулись с тяжёлым гулом.

В зал вошёл Ваар, за ним – его наставник. Все поднялись и склонили головы. Саар’Кхарис прищурился, внимательно разглядывая сына.

— Ты пришёл.

— Принц отбыл? — раздражённо бросил Ваар.

— С чего спрашиваешь, сын? — голос владыки стал холоднее.

— Богиня жива. Она вернулась. Его долг исполнен. Значит, здесь ему более делать нечего, — отрезал юноша.

— Ваар! — рыкнул старейшина Кааэ’Тар, в его голосе дрогнул гнев. — Ты не король! Решать не тебе. Сколько они пробудут – решает сама Тэрра.

Саар’Кхарис поднялся. Его тень легла на высеченный метал, как распахнутое крыло. Он заговорил, обращаясь к собравшимся:

— Наш долг – обучить их нашему языку и языку огня. Принц должен овладеть древним пламенем полностью и держать его в равновесии. Кааэ’Tар, это ваше попечение. Магистр Аэрдрасс, займись обучением Мэллоди. Они должны соединить свои силы и стать едины – в равновесии со стихией и с собой.

Голос владыки смягчился, словно он сказал их больше себе, чем остальным:

— Но пока она его не вспомнит...

Тишина опустилась на зал.

Все взгляды были обращены к владыке. Он задержался в собственных мыслях, затем медленно махнул рукой, отпуская собрание. Драконы молча один за другим покинули зал, и только он остался, откинувшись на спинку трона. Брови его сошлись. Мысли терзали: «что стало с памятью Богини? Как она примет всё случившееся?.. Какой она была?»

Он не сразу заметил, что Ваар остался. Сын стоял в тени, молча следя за ним.

— Отец, — произнёс он наконец, — я защищу Богиню. Я сам её всему обучу.

Саар’Кхарис поднял глаза.

— Ты ещё здесь?.. Повтори.

— Я сам буду с Мэллоди! — вспыхнул Ваар, шагнув вперёд. Его руки сжались, в глазах сверкнуло пламя.

Владыка прищурился.

— Я не зря подозревал... Запомни: она не твоя! Она – Богиня! — Он вскочил. — Не смей приближаться к ней! — рявкнул владыка. Кулак Саар’Кхариса обрушился на каменный стол, и он треснул, рассыпавшись. Драконий жар прокатился по залу.

Ваар оскалился. Грудь вздымалась, дыхание стало тяжёлым. Сдавленный рык сорвался с губ. Он резко развернулся и вышел, хлопнув дверью так, что стены дрогнули. Эхо его шагов долго ещё звучало под сводами, словно сам замок не мог успокоиться.

Этот вечер и ночь стали новым этапом – не только для владыки и его рода, но и для всех драконов.

Им предстояло познать человеческую сущность, научиться видеть в слабости силу и хранить покой той, что несла дыхание Тэрры.

***

В каменных покоях, где воздух ещё хранил тепло вулканов, на ложе из мягких тканей лежала Мэллоди. Она казалась безжизненно лёгкой, словно застывшей между сном и реальностью. У её ног, склонившись на руки, дремал Каэль. Принц не сумел удержаться – ночью он пришёл к её дверям и, войдя, долго сидел рядом, пока сон не сморил его. Теперь он не ведал, что девушка уже очнулась и тихо наблюдает за ним.

Её взгляд был тревожен и растерян.

Она не помнила, где находится, кто этот юноша и зачем он рядом. Лежала, стараясь не шевелиться, боясь нарушить тишину и разбудить его, ведь не знала, что сказать, если он откроет глаза.

Первые солнечные лучи пробирались сквозь занавеси, ложась мягкие полосами на стены. Всё вокруг дышало теплом и покоем, но в душе её было смятение. Мысли бились одна о другую, требуя ответов, которых не было.

Внезапно тишину рассёк стук – короткий, властный.

Звук пронзил покой комнаты, словно треснула невидимая грань между снами и явью. Мэллоди вздрогнула, дыхание перехватило. Каэль вскочил, не сразу понимая, где он. Глаза его блуждали, пока разум не вернулся. Девушка же поспешно сомкнула веки, притворившись спящей.

Дверь с глухим гулом распахнулась. Вошёл Саар’Кхарис. Его шаги эхом прокатились по комнате, наполняя воздух присутствием силы.

— Мэллоди... — негромко позвал он.

Но перед ним встал сонный принц. Владыка замер.

Взгляд его потемнел, но лицо оставалось спокойным, будто выточенным из камня.

— Как она? — спросил он ровно.

— Владыка... я лишь хотел проведать её и, должно быть, задремал, — поспешно заговорил Каэль, неловко склоняя голову.

Саар’Кхарис махнул рукой – не желая слушать оправданий. Его взгляд, задержавшийся на девушке, смягчился. В нём было нечто большее, чем тревога: уважение и тихая надежда.

Занавесь над окном едва шевельнулась от прохладного ветра. Утренняя тишина вновь опустилась, пропитанная напряжением и тайной – как вдох Тэрры, что наблюдала за ними из глубины.