Альтернативное судилище

Глава 2. Ошибки медицины: правда и предвзятость.

Меня ожидало независимое личное расследование смерти врача. В гражданской медицинской деятельности я предпочёл специализацию врача-эксперта. Она предоставляла мне возможность запрашивать медицинскую документацию из лечебных учреждений. Я прошёл обучение на кафедре организации здравоохранения и общественного здоровья в Солнцедарском медицинском институте. Я припомнил, как в десятом классе сельских учеников привезли на колхозном автобусе на школьную олимпиаду. Преподаватель общей биологии Пётр Петрович отправил меня на олимпиаду, за три месяца до этого я прочёл книжку о законах наследования Менделя и хорошо правильно объяснил материал на школьном уроке, что это стало предлогом для участия в областной олимпиаде. Перед началом в актовом зале медицинского института нам поведали, что сначала в городе Солнцедаре открылся медицинский факультет, со временем он разросся до института. Рассказали его историю и пообещали показать музей. Когда олимпиада окончилась, специально выделенный экскурсовод повёл нас в здания института и в музей истории. В экспозиции которого имелись в наличии исторические материалы, рассказывающие об участии сотрудников и выпускников вуза в Великой Отечественной войне, о военных подвигах, о восстановительном периоде после окончания военных действий. Среди исторических экспонатов — документы, чёрно-белые фотографии, врачебные приборы и инструменты. В особенности сильное впечатление на меня произвели ампутированные части тела участников боёв, хранившиеся в большущих спиртовых ёмкостях. На специальной табличке описана техника оперативного лечения и исходы операций. Всё это изменило мой внутренний мир, я понял, что впереди большая жизнь и мне надо определиться с профессией. В стенах этого музея я впервые задумался о своей профессии.
В школьной библиотеке я отыскал автобиографическую книгу Фёдора Григорьевича Углова «Сердце хирурга», которую прочёл с вниманием, на одном дыхании. Раньше я видел её на рекламном стенде сельской библиотеки, но не обращал внимания. После олимпиады всё изменилось, я принял решение посвятить мою судьбу медицинской деятельности. В школе целеустремлённо готовился к вступительным экзаменам в медицинский институт. Хирург Фёдор Григорьевич — выдающийся специалист, преодолевший множество испытаний: болезней, войн и знаменитую Ленинградскую блокаду, прожил невероятные 104 года. Достигая преклонной старости, он сохранял активный и здоровый образ жизни: избегал алкоголя и курения, поддерживал нормальный вес, закалялся, занимался плаванием и катанием на лыжах. Жизненный путь Фёдора Григорьевича стал для меня подлинным примером. Я стремился следовать ему всю свою жизнь. Хотя хирургом я не стал, но приобрёл навыки и технику проведения основных операций. Эти навыки пригодились мне в условиях боевых действий. На кафедре детской хирургии для кружка оперативных навыков в подвале главного корпуса выделена операционная и предоставлено анестезиологическое оборудование. Здесь мы делали различные операции собакам, каких ловили на городской свалке. Сами ухаживали за ними, содержали на собственные деньги. Тогда у нас не имелось в наличии симуляторов и других способов формировать свои хирургические навыки. Меня тревожили мучения животных, боли, которые они испытывали после операций, а также неуспехи. Я отказался оперировать животных, и потому хирургом не стал, работал педиатром и 17 лет добросовестно посвятил этой профессии, а когда в страну пришла война — стал военным врачом. Скажу правдиво, оперируют люди со стальными нервами, они уверенно умеют контролировать чувства, управлять событиями во благо больного. Поэтому я не верил, что анестезиолог покончил жизнь самоубийством. Не мог — не та порода людей. Эти люди в медицине — «тяжеловозы», они контролируют любую эмоциональную нагрузку. На них лежит большая ответственность за больного, и это их профессия. В беседе со следователем я высказал этот «железный довод». Он ответил: «Тогда вы назовёте, за что его убили?» Для следователя важен мотив преступления, в современной юриспруденции он служит основой для доказательства виновности. После длительной и кропотливой работы я нашёл и мотив, и доказательства.
Вся история произвела на меня незабываемое впечатление своей чрезмерной жестокостью и явной несправедливостью. Меня потрясло, как средства массовой информации освещали произошедшие события, а также отношение гражданских властей к тем, кто пытался найти истину. Настоящие средства массовой коммуникации часто называют масс-медиа (от латинского medium — средний, посредник), потому что они служат своеобразным мостом между информацией и её потребителем. В нашем регионе существует множество печатных изданий, таких как газеты, журналы, плакаты и рекламные брошюры. Кроме того, к современным масс-медиа относятся радио, телевидение и интернет. Их цель — донести правду до людей. Меня удивило, что Первый канал телевидения 16 января 2007 года опубликовал информацию о том, что в городе Солнечногорске маленькой девочке по ошибке отрезали руку во время лечения от кашля? Это была беспросветная ложь, ампутация правой ручки была сделана по жизненным показаниям, чтобы спасти жизнь ребёнка. Ведущий канал телевидения смог так несправедливо исказить информацию, формируя образ врага среди врачей отечественного здравоохранения. Но не только Первый канал, все региональные масс-медиа искажали факты и клеветали на врачей в своём стремлении привлечь внимание и получить популярность, не считаясь с истиной. Очевидный факт, что масс-медиа нашего региона активно манипулировали общественным сознанием, вызывая ненависть к медицинским работникам. Это привело к катастрофическим последствиям для общества. СМИ насаждают в сознание людей определённые ценности, идеалы и поведенческие стереотипы, позволяющие им не разыскивать правду, не добиваться справедливости, а творить беззаконие. Их совершенно оправданно именуют «четвёртой властью». Я хочу напомнить о сравнительно недавней истории геноцида в Руанде — одного из самых кровопролитных событий в истории африканского континента. С апреля по июль 1994 года в Руанде погибло около 800 тысяч человек. Инструментом массового геноцида стали СМИ — «Радио тысячи холмов» и экстремистский журнал «Кангура», которые открыто проповедовали ненависть и вражду. Журнал «Кангура», прозванный «колоколом смерти», провоцировал массовый геноцид. Международный трибунал публично осудил основателей, ведущих и редакторов СМИ, призывавших к геноциду, все они получили сроки тюремного заключения. Безусловно, руандийский кошмар — это крайний, но отнюдь не единственный пример того, как медиа могут стать оружием массового поражения. Культивируя страх, предрассудки и ксенофобию, они подрывают основы гражданского общества и провоцируют конфликты. Отсутствие критического мышления аудитории и неспособность отличить правду ото лжи делают людей уязвимыми для манипуляций. В эпоху цифровых технологий, когда фейковые новости распространяются с молниеносной скоростью, роль ответственной журналистики становится как никогда важной. Необходимы механизмы саморегулирования и общественного контроля, которые бы препятствовали распространению ненависти и дезинформации, не посягая при этом на свободу слова. Кроме того, важна медиаграмотность населения. Люди должны уметь анализировать информацию, отличать пропаганду от объективного освещения событий и самостоятельно формировать своё мнение. Только так можно противостоять негативному влиянию СМИ и сохранить способность к критическому мышлению. А пока наши средства массовой информации безнаказанно воспитывают ненависть к медицинским работникам.