Аля и Зверь

11. Браслет.

Оторвав взгляд от экрана мобильника, я не сразу поняла, что мы остановились. Миша съехал с дороги и припарковался на обочине. Мое дыхание сбилось, стоило лишь в зеркале заднего вида мелькнуть знакомой широкоплечей фигуре. Я запаниковала и нажала кнопку блокировки дверей, как если бы она могла меня от чего-то спасти.

– Не работает, – заметил Мишаня, флегматично разглядывая унылый пейзаж за окном.

А в следующий момент дверь распахнулась, впуская в салон прохладный, пахнущий дождем и знакомым парфюмом воздух.

– Прости, что задержался, – бросил Кир.

Игнорируя моё мнение, он кивнул Мишане, невозмутимо подхватил меня на руки, вытаскивая из машины, не успела я даже высказать что-либо против. Мишаня, что странно, не предпринял каких-либо действий против подобного самоуправства.

– Что ты себе позволяешь? – поинтересовалась я, напряженно застыв в его руках.

– Помнится, вчера я уведомил тебя, кому ты теперь принадлежишь, и ты особо не возражала. Так что позволять себе в отношении тебя я могу все, что угодно, – огорошил он, усаживая меня на переднее сиденье своей машины.

Принадлежу? Это что еще за средневековые формулировки?

В салоне знакомо пахло кожаной обивкой и терпковато-сладким мужским парфюмом. Я глубоко вдохнула, почувствовав, что этот запах действует на меня успокаивающе, что было как нельзя кстати. Кир обошел машину и занял водительское кресло. Судя по всему, оправдываться он не собирался. Даже наоборот.

– Я жду, принцесса.

Моя правая бровь вопросительно изогнулась. Он тяжко вздохнул, пояснив:

– Я уже извинился за опоздание. Теперь твоя очередь извиниться за то, что не дождалась, и заставила меня понервничать.

Вот так вот, да? Это я-то заставила его нервничать?! Чувство собственного достоинства и некое телячье упорство синхронно возмутившись, подняли головы, и упрямо уставились исподлобья на моего идеала. Может, еще и станцевать до кучи?

– Ну поцелуй хотя бы, – сжалился он, наблюдая мой скептицизм.

Я на эту просьбу лишь хмыкнула, и отвернулась к окну. Тогда Кир решил, что ждать от меня поблажек дело неблагодарное и потянулся сам, коснувшись пальцами моей щеки. Я не дрогнула, чуть крепче сжав руки на груди. Хотя внутри тут же потеплело от этого его легкого касания. Определенно, теперь он имел на меня куда большее влияние, чем бы мне хотелось...

Идеал стал смелее, и, мягко схватив меня за плечи, притянул к себе, за что и схлопотал ощутимый тычок в бок, а если не угомонится, то еще и укушу! Неплохо бы сначала объясниться, а потом я решу, достоин он моих поцелуев или нет. Но вместо объяснений Кир глухо охнул, непроизвольно схватившись за ушибленный бок. Я отпрянула, и с ужасом отметила, как по его светлой одежде медленно расплывается небольшое кровавое пятно.

– Что это? – лихорадочно перебирая руками, подняла мягкую ткань, а потом и вовсе стащила с него футболку, уставившись на длинный и довольно глубокий порез на его правом боку. Мужчина недовольно поморщился, потянувшись к бардачку.

– Да вот, – поделился он, вручая мне бинт, пластырь и бутылек антисептика. – Пока я храбро сражался со страшным драконом, моя принцесса сбежала к другому, не дождавшись, когда я вернусь с победой. И теперь даже поцеловать не хочет.

Возмущенно засопев на это обвинение, я заставила себя прикоснуться к смуглой коже, стирая кровь марлей, смоченной в перекиси. При виде его крови стало не до препирательств.

– Если бы знала, что в пригороде водятся драконы, не стала бы сюда даже и соваться.

– Не переживай, – лучезарно улыбнулся он, наблюдая за моими действиями, – я победЮ для тебя всех местных драконов. – И его рука при этом без спроса поглаживала меня по волосам.

Похоже, в отношении меня Кир не признавал такого понятия, как личное пространство. Да я и не возражала, без проблем выписав ему бессрочный допуск. Этот человек не был тем, от кого хотелось держаться подальше, наоборот, перманентное желание покрепче прижаться к его теплому боку и довольно заурчать заставляло меня начинать переживать за свою независимость.

Царапина была аккуратно обработана и заклеена.

– Спасибо, моя прекрасная принцесса, что не позволила своему верному рыцарю умереть от ужасной раны.

– Так что же все-таки произошло? Где ты поранился?

Он притворно посерьезнел в ответ.

– Ты знаешь, кто я такой, принцесса? Разумеется, нет. Иначе бы тебе никогда не пришло в голову быть рядом со мной по собственному желанию.

Знакомая песня. Я сглотнула в нетерпении, неужто я услышу наконец сей великий секрет? Ну и кто же, ну? Мафози? Вор в законе? Серийный преступник, которого разыскивает сам Интерпол?! Ну же, не томи!

Но серьезность его была не более чем напускной. Покосившись в мою сторону, он выдал:

– Но, как мне кажется, ты пока не готова к этой информации.

Да что ж это за издевательство такое! Но спорить я не стала.

– А что с девушкой? Как ее там, Надя? Что ей было нужно?

– Последствия того, что ей было нужно, ты только что заклеила пластырем.

– Знаешь… Ты не обязан мне что-либо объяснять, но эти недомолвки… напрягают, – я хмуро посмотрела на него. Он улыбался. Ну что за человек? Тогда я сердито замолчала. – Что?

– Ты такая хорошенькая, когда сердишься! И ты должна мне поцелуй, – он повелительно похлопал себя по колену. – Иди сюда.

Я сокрушенно покачала головой. Невозможный человек.

– Скорее, принцесса! Мое терпение не безгранично.

Я тяжело вздохнула и с видом жутко оскорбленного достоинства забралась к нему на колени.

– Так-то лучше, – безупречные губы растянулись в теплой улыбке так, что мое самообладание дрогнуло, и я едва сдержалась, чтобы не улыбнуться в ответ.

Но, кажется, он уже знал меня как облупленную и видел наверняка, что я ириской таю под взглядом его темных глаз.

– Мы с тобой из другого мира, принцесса. Поэтому тебя так тянет ко мне. А меня к тебе.

Он потерся небритой щекой о мои волосы, а я потянулась и обняла его за шею, вдыхая любимый аромат. Из другого мира, определенно. У него редкий талант сначала разбивать вдребезги, но затем мгновенно склеивать мое сердце из осколков одним только подобным взглядом, одной лишь своей улыбкой.