Алый закат мести

Пламя ненависти

Приехав, Джеймс направился к зданию офиса, где его уже ожидали два телохранителя. Холодный ветер трепал полы его пальто, а в воздухе витало напряжение — будто сама атмосфера предчувствовала грядущие события.

Джеймс подошёл к охранникам и молча кивнул в сторону лифта. В тесной кабине один из телохранителей нарушил молчание:

— Мистер Джеймс, сегодня тихо в компании Хомутовых, — произнёс он, стараясь уловить реакцию босса.

— Не расслабляйтесь, — холодно ответил Джеймс, не отрывая взгляда от светящихся цифр над дверью. — Рано или поздно они могут напасть.

Второй телохранитель, чуть помедлив, добавил:

— Думаю, они ещё не узнали, что один из их людей у вас в плену.

— Понятное дело, не узнали, — Джеймс наконец повернулся к охранникам. — Иначе они бы давно назначили встречу с нами.

В лифте повисла тяжёлая тишина. Лишь мерное гудение механизмов нарушало молчание. Лифт достиг десятого этажа, двери плавно разъехались. Джеймс вышел первым, телохранители последовали за ним.

Длинный коридор, выложенный мрачным серым мрамором, тянулся вперёд, словно бесконечный туннель. В конце его, словно последняя точка пути, виднелась массивная дверь кабинета Джеймса. Стены украшали строгие картины в тёмных рамах, а приглушённый свет ламп создавал атмосферу сдержанной роскоши.

— У вас остались вопросы ко мне? — спросил Джеймс, остановившись перед дверью.

— Вопросов нет, — синхронно ответили телохранители.

— Свободны.

Охранники развернулись и направились обратно к лифту. Джеймс вошёл в кабинет. Помещение утопало в полумраке — тяжёлые бархатные шторы плотно закрывали окна, а единственный источник света, настольная лампа, лишь слегка разгонял тени. Воздух был пропитан запахом старого дерева и кожи.

Джеймс сел за массивный дубовый стол, включил компьютер и начал искать информацию о Нике. Экран засветился, и уже через мгновение на нём появилась нужная страница. Джеймс удивлённо приподнял бровь: он ожидал увидеть что‑то выдающееся, но перед ним была необычная информация про Ника.

"Информация о Нике"

Ник Ломоносов: сын крупной организации из города Краснодар, родился 13 февраля 2004 года, наследник половины компании семьи, занимается компьютерной деятельностью.

— Необычная информация о Нике… — пробормотал Джеймс, откинувшись на спинку кресла. — Теперь понятно почему он начал такую жизнь?

Он выключил компьютер, затем включил камеры наблюдения в доме. На экране появилось изображение гостиной: Ник крепко спал на диване, укрытый лёгким пледом. Джеймс вздохнул, но всё же оставил включённой сигнализацию.

Взяв телефон, он набрал номер своей домработницы Нины.

— Алло, здравствуйте, мистер Джеймс, — раздался в трубке приветливый голос.

— Здравствуйте, Нина. Можете приехать и прибраться в доме? И сделайте обед для моего «гостя», — попросил Джеймс, глядя в окно.

— Конечно, мистер Джеймс, сейчас приеду, — без колебаний ответила Нина.

— Хорошо, до свидания.

— До свидания.

Джеймс положил телефон на стол и снова посмотрел в окно. За стеклом медленно кружились первые снежинки, словно танцуя в холодном вечернем воздухе. Воспоминания нахлынули волной — детские годы, смех, беззаботность… Не осознавая, он поднялся, открыл окно и оставил его распахнутым. Морозный воздух ворвался в кабинет, принося с собой свежесть и лёгкую боль в груди.

«Почему всё так обернулось? Зачем им нужен он?» — мысли крутились в голове, словно листья в осеннем вихре.

Джеймс опустился на диван, погрузившись в пучину размышлений. Постепенно усталость взяла своё — глаза закрылись, и он уснул, а за окном всё так же тихо падал снег, укрывая город белым покрывалом.

Проснувшись, Джеймс посмотрел в окно. За стеклом раскинулся потрясающий алый закат, который заливал мягким светом весь город. Золотистые и багряные оттенки неба отражались в стёклах высоток, превращая городской пейзаж в завораживающую картину.

Джеймс медленно поднялся с дивана, потянулся, разминая затекшие мышцы, и направился к столу. Там лежали важные документы, его телефон и ключи от машины — всё, что нужно для немедленного отъезда. Он аккуратно сложил бумаги в кожаную папку, взял остальные вещи и окинул кабинет прощальным взглядом.

Выйдя из кабинета, Джеймс оказался в тёмном коридоре. Тишину нарушали лишь его шаги и отдалённый гул вентиляции. Пока он шёл к лифту, заметил, что кабина уже начала спускаться на этаж ниже. Это насторожило его. Рука непроизвольно потянулась к внутреннему карману пиджака, откуда он достал пистолет. Прижавшись к холодной стене, Джеймс замер в напряжённом ожидании.

Вдруг двери лифта распахнулись, и из него вышли двое мужчин в чёрных костюмах, вооружённых до зубов. Они не заметили Джеймса и прошли мимо, увлечённые разговором. Это сыграло ему на руку. Не теряя ни секунды, Джеймс выстрелил — один из нападавших рухнул на пол без признаков жизни. Второй резко развернулся, вскинув оружие, но Джеймса уже не было на прежнем месте. В доли секунды он оказался за спиной противника, мощным ударом локтя отправил его на пол, а затем завершил дело точным выстрелом.

— Вот это добрый вечер, — с горькой усмешкой произнёс Джеймс, оглядывая безжизненные тела.

Он подошёл к лифту, нажал кнопку первого этажа. Когда двери закрылись, кабина плавно тронулась вниз. В зеркальной стене Джеймс увидел своё отражение: усталые глаза, напряжённые скулы, капли пота на висках. Но в его взгляде читалась решимость.

На первом этаже Джеймс без промедления направился к машине. Заведя двигатель, он выехал из подземного гаража и направился в свой особняк. Там его уже ждали — люди, которым он мог немного доверять. Ник понимал: если Джеймс вернулся в таком состоянии, значит, грядут большие перемены.

Когда Джеймс доехал до своего особняка, уже стояла глубокая ночь. Тёмное небо, усыпанное россыпью холодных звёзд, казалось бесконечным. Снег, укрывший землю белоснежным покрывалом, больше не искрился в лунном свете — его мерцание угасло вместе с последними лучами заката. В окнах особняка горел тёплый свет, и Джеймс с облегчением понял: Ник уже не спит.