Амариллис. Любовь и грех.

Глава 7.

Полы тёмного коричневого пальто промокли, а к кожаным ботинкам пристала опавшая листва. Человек шёл, стараясь не издавать хлюпающих звуков, но мерзость под ногами выдавала его присутствие с поличным. Мужчина обернулся. Никого. Так казалось на первый взгляд, но на деле всё было иначе. Он, как никто другой знал- в безмолвном переулке кроется следящая пара глаз, сопровождающая его и отмечающая каждое движение.

Мужчина перепрыгнул очередную смрадную лужу, чтобы не запачкаться. Хоть он и шёл домой, всё же явиться в испачканных лохмотьях туда, где сейчас гостят такой величины и значимости люди, не мог. Человек остановился, остро чувствуя чей-то взгляд. Настойчивый, будящий страх и заставляющий потянуться за револьвером. Он остановился, не стал доставать оружие. Понимал- тот, кто следил, не посмел бы покалечить его.

-Я провожу. - донеслось изо спины.

Всё-таки следящий не изменил себе и действительно ступал по пятам, молчаливой, несущей ужас тенью. Он никогда не выдавал своего присутствия, лишь наблюдал, но сейчас, вероятно, удивившись присутствию хозяина, не смог остаться в стороне. Нет, он не рад, как могло показаться, лишь осторожничал.

-Не стоит. - настойчиво произнёс человек. -Твоя работа следить за порядком, а не вести себя, как наседка.

-Я провожу, приказ доминуса. - тихий, приглушённый голос оказался совсем рядом с ухом.

Мужчина частенько думал: всегда ли он так говорил: шипяще, как змей-искуситель или в свободное от работы время не овевал свой образ излишней таинственностью.

-Доминус... - он пробовал на вкус слово, которое вселяло ужас во всех сервусов. -Ожидаемо.

Мужчина размял плечи, поправил рукава пиджака, выпрямился и, не оборачиваясь на жалкого сервуса, ровной, горделивой походкой двинулся к уже видневшемуся особняку. Дом. Он вновь дома.

Железные резные ворота, как никогда раньше, приветственно отворены, а каменная дорожка, ведущая к дубовой двери, очищена от сухих листьев. К его ли приезду подготовились или гостей встречают- вопрос спорный, но ясно одно: прежнего спокойствия здесь не будет ближайшие дни.

Сервус, ранее шествующий беззвучно, шагал рядом, изредка косясь на хозяина: взрослый, совсем неизменившийся мужчина; всё в его лице, да и в нём самом выдавало звание “хозяин”: жесткий, серьёзный. Всегда сжатая челюсть и колкие глаза, способные выразить все то, что он не мог сказать. Говорил мужчина нечасто и было в его немногословии, что-то леденящее кровь.

Сервус постарался скрыть напряжение в пальцах, но те никак не унимались и подрагивали, ведь он ведёт его домой. Да, по приказу, что и гарантировало безопасность, но это не отменяло опасений.

-Вас ожидают. - отчеканил сервус, останавливаясь перед воротами.

Хозяин бросил быстрый взгляд через плечо. Сколько бы лет ни прошло и какой бы карьерный рост ни сулил, сервусы, не работающие в доме не могли переступать его порог. В противном случае грозило наказание. Однажды, он видел, как карали подобных осмелевших, и эта ужасающая картина засела в его памяти на долгие годы...

Дверь отворилась и его взору открылись знакомый светлый паркет, обои, массивная люстра, свисающая с высокого потолка, огромных размеров зеркала, стоявшие в серебряный рамках, картины именитых художников. Помпезность в представлении домочадцев являлась синонимом уюта и воспринималась как необходимое, нежели излишне пафосное.

В глубине коридора послышались шаги. Миловидная стройная девушка, едва достигшая совершеннолетия, на удивление уверенно держалась и не опустила испуганные глазки в пол при виде хозяина дома. Неужели личная прислуга доминуса?

-Господин ожидает вас в столовой.

Мужчина прошествовал мимо девчонки, не став дожидаться, пока она проводит его. Это его дом; здесь он может передвигаться самостоятельно, без лишних надоедливых глаз. Но девушка не отступила; она двигалась на один шаг позади, буравя его взглядом.

-Приказ? - только и спросил он.

-Настоятельная просьба.

Он хмыкнул.

Столовая, куда они направлялся, погружена во мрак. Тёмно-синие шторы плотно задвинуты, хоть это и не было нужно. На улице стоял поздний вечер и солнце бы не беспокоило обитателей дома.

В глубине, рядом с камином сидел сам доминус. Огонь бросал на его стройное, идеально выбритое лицо пляшущие блики, отчего скулы становились отчётливее. Надо же, в его то возрасте не потерял форму; остался таким же подтянутым и бодрым.

-Доминус. - заговорил мужчина.

Старший подозвал пальцем девчонку. Она послушно встала рядом, безучастно смотря, как тот погладил её по ноге. Симпатичное лицо ничего не выражало: ни удовлетворения, ни отвращения, она словно безжизненная светловолосая кукла красиво дополняла интерьер и радовала глаз доминуса. Даже уверенность, что та источала в коридоре исчезла.

-Эстер, принеси нам вина.

Он обратился по имени? Тут точно что-то не так. Обычно, младшие сервусы, ровно, как и старшие не имели честь слышать свои имена из уст самого доминуса, а тут...

-Ну вот я дома. Что вы хотели рассказать?

Дождавшись, пока Эстер выйдет, доминус начал:

-Третьи ворота пытались уничтожить.

-Что? Разве это возможно? -удивился мужчина.

-Их пытались уничтожить, а значит да. - гнев доминуса необъяснимым образом ощущалась в воздухе. Да, он казался спокойным, как всегда, но хозяин слишком хорошо знал этого гостя.

-Но с какой целью?

-Не прикидывайся идиотом! Ты должен понимать, что будет, уничтожь их.

-Путь навсегда будет потерян.

-Мне нужно, чтобы ты нашёл того, кто попытался уничтожить ворота. Сейчас они охраняются, и никто не посмеет совершить это снова. Мне нужен тот, кто пошёл против меня, а ты- единственный, кто сделает это чисто.

-Ваша воля, доминус. Но вы уверены, что предатель из вашего окружения?

-Иного быть не может. Только наше общество знает о воротах.

Мужчина устало потёр переносицу. В голове не укладывалось, как он сможет найти кого-то определённого среди сотен людей. Это как найти чёрную кошку в темноте.