Амэл. Часть 3. Чёрный клевер

Глава 34. Душа и тело (09.07.19)

Сон… Это был по-настоящему дивный сон. Сон без печали и грусти. Сон без боли. В нём Сафира спала так крепко, что совершенно потеряла связь с реальностью. В этом мире снов не было злости. Она больше не винила родителей за своё детство. И они любили её так же сильно как Алекс. Она была в своём доме и, кажется, нет, что-то подсказывало ей, что вот-вот к ним в гости придёт Тара, её лучшая подруга. Но всё это… то, что окружало её не давало ей окунуться в эту жизнь полностью с головой и захлебнуться в ней. Что-то…

Амэл…

Воспоминания о Милрене угасали, но продолжали крепко держать её наплаву не позволяя поверить во всё её окружавшее. И именно эти воспоминания указали путь.

Между идиллией и теми несколькими кошмарными месяцами что она провела в Милрене и в путешествиях по Амэлу она выбрала второе. Будто тонкая нить на её запястье тянула её к выходу. Так она и оказалась у двери.

Сафира не чувствовала печали когда оставила семью, но и странное предчувствие не давало ей открыть дверь. Ведь она и так знала, что за ней находится. Знала, что тот мир полон боли и страданий. Так ли сильно она хотела вернуться туда?

Нет…

Ты больше не хочешь ис-спытывать боли…

Не хочешь с-страдать и терпеть боль предательс-ства….

Оставайся…

Окунись в мой мир и почувствуй покой…

Сафира замерла. Голос звал её. Знакомый голос и он просил остаться здесь. Ей и самой этого хотелось. Закрыв глаза она увидела то, что ждёт её за этой дверью. Боль от раны, нанесённой Стеклянной маской была столь велика, что не оставалось сил даже на крик. Эта боль затмевала мысли и лишала рассудка, настолько сильной и пугающей она была. Она видела друзей. Видела Элфи и Дарена, что скрылись за дверью. Видела Аарона, что пытался спасти её, тянул её к выходу, но тщетно. Он сражался изо всех сил и проиграл. Они все проиграют рано или поздно. Так зачем уходить?

Да. Зачем ух-ходить?..

Здес-сь тебя больш-ше никто не ранит…

Здес-сь я буду с тобой…

Тогда Сафира увидела того кто говорил всё это. Этим кем-то была она сама. Она стояла напротив себя. Её двойник преграждал путь. Да, она сама загораживала себе выход отсюда.

Вторая Сафира не казалась агрессивной. Напротив, казалось, она хочет как лучше и готова отойти с её пути в тот момент, когда она сама, действительно, захочет уйти отсюда. И захочет этого всем сердцем.

Привкус горечи во рту. Предательство. Так оно ощущается? Сафира не знала.

Они бросили её…

Она не винила их. В том, что произошло нет их вины. И они поступили так как посчитали нужным. Так что же? Что её ждёт на той стороне? Одиночество в развалинах культа Стеклянной маски? Или очередная смерть от руки Меркуриуса Дармириона? Она не помнила своей смерти, но помнила боль, охватившую её тело в тот миг, как она взглянула на изумрудный шар пламени в его руке. Тогда её и не стало. Она видела себя со стороны.

Зачем же он вообще убил её? Почему её?

Будто молния голову пронзило осознание. Он смертен. Тогда Сафира вспомнила как он коснулся книги Чёрного клевера и что в итоге стало с его рукой. Теперь книга была погребена вместе с ней. Где-то там, в реальности, во тьме. Но теперь у них был шанс всё исправить.

Нет. – Сафира схватилась за голову.

Она больше не хотела испытывать боль и потому отвернулась от самой себя. Решила уйти во тьму, туда, где нет боли, но сделав несколько шагов – остановилась. Обернувшись, вновь воззрела на вторую себя. Та стояла в пустоте совершенно одна, а потом растворилась, освобождая путь к двери, что источала слабое сияние. Тогда Сафира осознала, что именно эта дверь может помочь всё исправить. Пусть она будет в развалинах одна она непременно выберется, ведь только теперь она осознала что знает его слабость. Слабость Меркуриуса способная победить его.

И каким бы сильным ни было её желание остаться в своём крохотном мирке, она не могла так поступить, зная, что своим эгоизмом обрекает всех в мире на смерть.

Будь что будет… – Её тихий голос эхом раздался в тишине. Она открыла дверь.

***

Пробуждение оказалось не из приятных. Сафира не могла открыть глаза, кажется, в них попало много пыли и те сильно болели. Лёгкие жгло от нехватки воздуха. Она закашлялась и попыталась подняться, когда правую руку пронзила боль. Сделав над собой усилие Сафира постаралась пошевелить пальцами, но что-то мешало. Кажется, это был кусок стены, и теперь он благополучно прижимал её руку к полу.

Сколько прошло времени, и в каком месте выход она не знала, но знала одно – нужно было выбираться отсюда и как можно скорее, пока здесь ещё оставался воздух.

Стиснув зубы она потянулась влево что есть сил пытаясь освободить руку, но вместо этого осознала что делает только хуже. Тогда немного приподнявшись она уперлась коленом в стену, а потом выставив руку начала толкать её. Нужно было только немного её приподнять. Это оказалось нелегко, но всё же возможно. И как только появился шанс Сафира высвободила руку и перекатившись влево жалобно застонала боясь дать волю чувствам и закричать. Рука невыносимо болела, но эту боль девушка могла выдержать испытав недавно нечто похуже. Сафира ощупала руку, пальцы оказались сломаны, как и запястье, а ещё вся она была в чём-то липком. Кровь.