Аметист для Злодея

Глава 39

Тайла Алишер

Я резко открываю глаза, потому что пол подо мной… движется.

Последнее, что помню… слова Лина, когда он перенёс меня из коридора возле красной комнаты, в мою постель:

«Спи, мой Аметист. Ты свой подвиг совершила».

Я была настолько опустошена, что рухнула без сил, так и не дойдя до бабушкиного портрета. Отец ведь говорил о нём. О бабушке.

Лин успел подхватить меня до того, как я позорно упала бы на пол. И, невзирая на вялое сопротивление, унёс в мою комнату.

А теперь… теперь мы куда-то едем. Вернее, меня куда-то везут. В повозке.

Я без оков, подо мной мягкое покрывало. Под головой подушка. То есть… не Дорн.

Осторожно, чтобы не шуметь и не привлекать к себе внимание, приподнимаю полог. Огромная вереница – повозки, обозы, кони, войска. Всё это неспешно следует по краю… пустошей. Я всегда узнаю их унылые пейзажи. Потрескавшаяся безжизненная земля, без намёка на растительность, и хмурое небо.

Один из всадников оборачивается, словно чувствует мой взгляд. И я узнаю в нём Лин Сайвела. Он притормаживает коня и ровняется со мной.

– Выспалась, мой Аметист?

– Где мы находимся, демон тебя подери, – хриплю я, и кашляю.

Лин хмыкает и протягивает мне бурдюк с водой. Жадно пью, косо поглядывая на него.

– Мы на подступах к Морскому Фалангу – первой крепости после перевала. Ты проспала самую скучную часть, – улыбается он. – Погрузка багажа, срочные сборы. Не о чем волноваться.

– Но как? – я чуть не подавилась водой. Капля соскользнула с подбородка и побежала по шее. Лин впился в неё взглядом, прослеживая путь до ложбинки между ключиц.

– После твоего щедрого подарка, – ответил дракон, сглотнув, – мой законник спрогнозировал возможные ответные действия Дорна. Лаванда успела предупредить нас до того, как был отдан последний приказ. Время шло на минуты. Я не мог переместить всех сразу в Сайвел, пришлось довольствоваться приграничными землями. Оттуда мы и держим путь.

– А мои родители? Ты забрал всё наше имущество?

Я протянула ему ополовиненный бурдюк. Наши пальцы соприкоснулись. По телу прошла горячая волна.

– Всё, что имело смысл. И да, твои родители в безопасности. Едут впереди, в своей карете. Хотя твой отец, должен признать, пытался прихватить чучело медведя из холла. Пришлось проявить твёрдость.

Лин ухмыляется. Да, то чучело отец и правда очень любил. Вот только я никак не могу уложить всё в уме.

– Из красной комнаты мы тоже всё забрали. Во сне ты бесконечно говорила о ней. Я не мог оставить это без внимания.

Значит, наша тайна едет с нами в новый дом.

От сердца отлегает. Дышать становится легче.

– Дорн, – я сглатываю вязкую слюну, – приказал арестовать нас?

– Только тебя, мой драгоценный Аметист. Как предательницу. Родителей же всего лишь приглашал как свидетелей. Но ты ведь понимаешь…

Понимаю. Конечно. Я прекрасно понимаю действия Дорна.

– Твой бывший… жених, полагаю, очень зол, обнаружить опустевшее поместье.

Очевидно, Лину доставляет удовольствие смаковать эту мысль. Но он ошибается. Дорн не зол – он в бешенстве. Представляю его перекошенное от гнева лицо и… улыбаюсь.

На сердце становится светлее.

Мы вырвались. Мы смогли. Я смогла!

– Мы прибыли, – прерывает мои мысли Лин. – Здесь ты сможешь отдохнуть и собраться с мыслями.

Отдыхать уже не хочется. Выспалась. А вот собраться с мыслями мне точно стоит.

Спрыгиваю на землю, совсем не как леди. Военная привычка портит мой образ. Вот только думать об этом поздно – на меня уже уставлены множество глаз. Гвардия Сайвела рассматривает меня с некоторым удивлением. Но они быстро берут себя в руки и склоняют головы, в торжественном приветствии.

Киваю им в ответ, как всегда, подбадривала солдат во время переходов. И теперь ловлю странный взгляд и приподнятую бровь Лина.

Невысокие здания из белого песчаника с плоскими крышами и ажурными окнами. Маленький городок, где на улицах растут пальмы. Дети бегают полураздетыми. Да и вообще, на всех катастрофически мало одежд. Я чувствую себя капустой в своём тяжёлом тринском платье.

И, стоит признать, что в нём становится невыносимо жарко.

Ноздрей касается солёный странный запах. В прошлом, я никогда не бывала в Сайвеле. Только знала, что он построен на побережье. От пустошей до океана.

– Когда-нибудь видела океан, мой Аметист?

Отрицательно мотаю головой. Сердце уносится в галоп.

Лин отдаёт последние приказы. Потом берёт меня за руку. Бережно. Нежно.

Его прикосновение горячее. Горячее воздуха и солнца, нещадно палящего мою голову. И я покрываюсь мурашками от обжигающей заботы.

Лин запрыгивает в седло, хотя только недавно спешился. И протягивает мне руку.

Подхватывает меня с лёгкостью, и усаживает боком перед собой. Естественно, мои многочисленные юбки не позволят сесть в седло привычным мне образом.

Мы проезжаем по тихим улочкам.

Между домов натянуты верёвки, на которых сушится разноцветное, яркое бельё. Люди, все смуглокожие, провожают нас взглядами. И в них нет того подобострастия, как в Трине. Но есть искренний восторг и узнавание своего правителя. Ему кланяются. На меня же смотрят с любопытством. Только и слышу шёпотки про аметистовые волосы.

Лин отвечает всем лёгким кивком головы. Будто знает каждого. Никто не боится смотреть на него. И он смотрит на всех. Это разительно отличает Сайвел от Трины.

Запах соли становится ярче, оседает на губах. А потом… открывается вид на лазурную гладь, простирающуюся до горизонта.

Сердце спотыкается. Дыхание перехватывает. Я застываю, боясь дышать.

– Нравится? – спрашивает Лин, и его голос, низкий и чуть хриплый почти касается моего уха.

– Да, – выдыхаю я, поражённая видом.

– Теперь он твой, – он придерживает меня, и шепчет, – как и я.

Мурашки устраивают торжественный марш по моей спине. Ладони становятся влажными. Я никогда так не реагировала на близость мужчины. Никогда. Да что со мной такое?