Аметистовое сердце

Пурпурные листья космического древа

Бабуля уехала к своей дочери Инге, в Украину. Она оставила мне список указаний, среди которых было: следить за подросшими утятами, оборвать два абрикосовых дерева и проконтролировать, чтобы банки с огурцами, которые она закатала — не лопнули. 

"Ничего сложного." — подумал я. 

"Ничего сложного" — согласились огурцы и взорвались. Не знаю почему, но мне пришлось собирать осколки по всему коридору. 

Саша после встречи у озера не приходила и я полностью закопался в мыслях, попутно читая одну из книг, что нашел на полке — "Унесенные ветром". Книга меня затянула. Никогда раньше не читал романов, но что-то изменилось. Теперь моя жизнь была другой.  Очертания мне стали не знакомы.

В один из последующих дней я возился за домом, она обошла забор и остановилась. Солнце было горячим, я был без верха. Ужасно жарко. Спина загорела, казалось я зря снял майку. Саша смерила меня взглядом черных глаз и уселась на поваленный ствол дерева, в месте, где маленький заборчик прерывался.

— Обгоришь. — вырвалось у нее и я сделал вид, будто только теперь заметил ее.

— Зря ты вышел в полдень, и как тебе Роза Марковна разрешила? — Я непонимающе посмотрел на нее. — Солнечный удар. Здесь никто не выходит на улицу после обеда и до вечера.

— А она уехала — я бросил лопату и выровнялся. Саша пару секунд смотрела на мою грудь, а потом встала и минуя вскопанные ямки, подошла. Лицо ее искривилось, будто бы от боли.  

— Боже, — воскликнула она — какой кошмар.

— Что случилось? — я озирался по сторонам.

Она слегка коснулась подушечками пальцев моих лопаток и я отпрянул. Жгло.

— Что я тебе говорила!  Бросай всё. Пойдем в дом. — Она  сжала мою ладонь и повела во двор.

Мы вошли в хатку. Здесь было прохладно. Всего две кровати, в разных комнатах, моя и бабушкина. Они были усеяны множеством разноцветных подушек и простыней. — Снимай шорты. — Она указала на полоску обгоревшей кожи, уходившей вплоть до резинки. Я лег в одних боксерах на свою кровать. Саша оттянула мои трусы вниз и куда-то скрылась, спустя минуту она вернулась с банкой.

— Сейчас будет немного щипать, потерпи. — Она окунула внутрь сосуда тряпицу и слегка провела по коже. Запах... я понял — это спирт. Она как можно мягче растерла его и накинула на меня одно из прохладных покрывал.

— Откуда ты знаешь где спирт?

— О, я бывала здесь прошлым летом.

— Хм. Любопытно по какому поводу...

Она наклонилась ко мне, из-за темных волос выскользнула аметистовая серьга. — А вот и не скажу. — она хитро улыбнулась и встала. 

— Постой, — сказал я — останься со мной, хоть на чуть-чуть. — Мне было одиноко. Она осталась ненадолго.

Мы играли в города. Я быстро проиграл. Не поддавался, хотя возможно, она именно так и подумала — я не особо силен в этом.

— Я пойду — сказала она, когда увидела на своем телефоне сообщение. — больше не выходи в жару. 

И я не выходил. Спустя пару дней спина уже не болела и я продолжил заниматься по списку. К моему удивлению кожа не облезла — остался красивый загар. 

Я оборвал абрикосы и дочитал книгу, даже вошел в раж, выискивая у бабули на полках что-нибудь еще, стоящее моего внимания.

В следующий раз Саша пришла уже под вечер воскресенья, я не ожидал. Она была не одна. С ней были девушки.  В руках они держали веники и небольшие свертки.

— Привет — выкрикнула она. Я устало наблюдал как окрепшие утята залезли в поилку и расплескивали всю влагу на сухой чернозем — мы пришли воспользоваться твоей баней. — Я удивленно вскинул бровь. Саша вошла через калитку и впустила подруг.

— Знакомьтесь. Это Маша. — указала она на кучерявую девчонку с русыми волосами. — А это Аня. — брюнетка с короткой стрижкой приветливо улыбнулась.

— Ты же не против? — она вскинула вверх дубовый веник.

— Нет, наверное, только я никогда ею не пользовался. Не знаю как ее топить. 

— Не беда. Я видела как это делал отец. — Мы подошли к маленькой баньке и она начала раздавать приказы — Девчонки, ищите мелкие щепки и сучки. Рома неси спички и старые газеты.

Девушки беспрекословно подчинились ей. Я пошел к дому,  не понимая, что сейчас произошло. За последнее время я сделал несколько вещей, которые  никогда бы ни сделал по собственной воле, но все они оказались прекрасными открытиями. Я доверился ей.

Я быстро нашел бумагу. Бабуля собирала старые газеты, судя по всему как раз для топки.

— Там будет жарко. Нужно что-нибудь попить.

— Может быть компот?   — я  давно намеревался наведаться в погреб, но веской причины всё никак не находилось. 

— Нет, лучше чай.

— Хорошо, я поставлю чайник. — я заспешил в дом, меня одолевали мысли... Я немного стеснялся  девушек, Саша казалась уже родной, но они... их я не знал.

Отделавшись от неуверенности, я вошел в баню вместе со вскипевшим чайником. У бабушки был замечательный сбор, каких-то чудно пахнущих трав. Аромат заструился во всем предбаннике. Саша быстро справилась с огнем.

Девочки включили музыку. Я знал эту песню: "Луна — Сиреневый Рай". Неуверенность отступила, на смену пришло любопытство, стало интересно, что будет.

Мы пересматривались с девушками, Саша тем временем удовлетворенно наблюдала за трудом своей работы. Огонь неотступно поглощал сухие щепки. 

— Рома приехал из Москвы. — обронила она.

— Правда? — Маша удивилась — никогда не бывала на севере... Наверное там классно?!

— Ну, здесь тоже очень хорошо. — отметил я — воздух очень чистый...

— А у тебя есть девушка? — внезапно вставила Аня и я поперхнулся своим чаем, посмотрев краем глаза на Сашу. Она отвлеченно смотрела в топку. Огонь потрескивал. Мне показалось, это был ее ответ на мой неосязаемый вопрос.

— Нету — ответил я.

— Хм. — Аня сделала похожий на Сашин жест, закинула за ухо короткий локон. Я отметил, что у нее это вышло не так женственно. 

Теперь играла песня "Ночь закроет". Я заметил, что мне очень нравится эта исполнительница. Она не была навязчивой.