Амулет Анастасии

ГЛАВА 1 Не моя жизнь

Незадачливое выдалось сегодня воскресенье. Впрочем, как и все предыдущие дни моей странной жизни. Мало того, что с утра позвонила начальница, и с какой-то особо истеричной претензией в голосе, вызвала меня на работу, чтобы закрыть очередные акты списания, которые, в принципе, могли подождать еще неделю, еще и погода в этот день была на редкость мерзкая и унылая.

Моросил мелкий противный дождик, из тех, которые могут длиться неделями. Осенняя слякоть не прибавляла позитива, напротив, навевала тоску и вгоняла меня в еще большую апатию.

На работе – тоже тоска. Серое офисное помещение, череда однообразных столов и мертвых мониторов. Выполнив, порученную мне работу, буквально за пару часов, и понимая, что выходной день уже, в общем-то, пропал, я решила заскочить в ближайший “Магнит”. “Если уж мне не удалось выспаться, то хоть побалую себя чем нибудь вкусненьким!” – я решила себя немного утешить, и немного компенсировать столь бездарно потраченный выходной.

Перемещаясь по узкому проходу между стеллажами с соленьями и вареньями, я, неловко потеснившись, пропустила хмурого, в надвинутой на глаза вязаной шапке и с наушниками в ушах, подростка. Черт! Как чувствовала! Я умудрилась-таки, задеть краем осенней куртки какую-то склянку. Банка с грохотом упала на кафельный пол, разлетевшись на тысячи мелких осколков, оставляя от содержимого какое-то неприятное бурое месиво.

“Только этого мне не хватало!” – подумала я. Тот час же, будто из под земли нарисовалась продавец-консультант, неодобрительно взирая на образовавшийся на полу хаос.

– Девушка! Придется уплОтить! – не терпящим возражения тоном вымолвила она, и уперла руки в боки.

Колоритная, надо сказать, дама. Лет сорока семи-восьми пергидрольная блондинка, с ярко-красной помадой на губах и густо подведенными синим карандашом глазами. Пышная, грудь не меньше четверки. Богатая женщина… Мечта поэта!

– Ну? – продолжила она, от нетерпения качнув головой. Крупные, с огромными камнями серьги в её ушах качнулись, разбрасывая цветные блики, бьющие по глазам.

Если честно, я просто стояла и тупила, завороженно глядя на эти пляшущие огоньки. Спорить мне с ней не хотелось и я, покорно кивнув, направилась к ближайшей кассе самообслуживания, сопровождаемая, своим неожиданным конвоем.

Продавщица казалась несколько разочарованной, когда я молча достала карту и приняла из ее рук банку с соленьем, видимо такую же, как умудрилась разбить я. Рассчитывала качнуть энергии, видимо. Но нет, такого удовольствия я ей не доставлю. Но и вкусняшки покупать настроения уже пропало. Поэтому я, не возвращаясь в зал, пошла на выход.

Черт! Вот что со мной не так? Вроде и не тупая, и не страшная. Образование хорошее получила. Не красный диплом, конечно, но и не троечница. Но вот все как-то так…

Мне двадцать пять. А жизнь как будто уже закончилась. После заочного обучения в университете интересной работы в городе не нашлось, вот я и перебивалась унылой работой в частной конторе, составляя сметы на строительные материалы и акты списания. Глядя на таблицу в 1С мне казалось будто бы я, с каждой вбитой в строку цифрой, вколачиваю очередной гвоздь в гроб своей, в общем-то, еще и не начавшейся жизни.

Что до кавалеров… Нет, не то, чтобы их совсем не было… Были, конечно. Объективно – я симпатичная. Не красотка-модель: невысокая ладная брюнетка, с серо-зелеными выразительными глазами и приятной улыбкой. Но… мне, как будто бы заранее не интересными казались все эти отношения.

Были у меня и подростковые влюбленности, и довольно зрелые мужчины. Но, опять же, я как будто бы просматривала зачитанную до дыр книгу, зная, как будет реагировать мой избранник на то или иное мое решение или действие. Истерики юношей, которые ревновали меня к любому столбу; собственническое отношение мужчин постарше; унылое нытье и капризы маменькиных сынков…

Все так, как будто бы я уже сто раз прожила все возможные варианты этой жизни. Моя ближайшая подруга, жизнерадостная Катька, всегда говорила мне: “Настька, ты, похоже, уже старухой родилась!” и тащила меня в очередной раз в караоке-клуб “Эра” или новый бар. Такое времяпровождение тоже не доставляло мне никакой радости. Нерационально как-то. Деньги тратишь – а удовольствия никакого. Поэтому я всевозможными способами избегала такие мероприятия.

Вы скажете: “Что такое двадцать пять? Еще вся жизнь впереди, еще много нового и интересного. И работу можно найти интересную, и любовь настоящую встретить. В конце концов просто переехать в другой город!”

Да, все верно. Все так…

Или не так? Как будто я – не я. И жизнь эта не моя. Неполноценная какая-то. И так было с самого детства. Я не помню родителей, я выросла детском доме, в окружении таких же одиноких детей. Серые казенные стены общей спальни, скрипучие кровати, с сероватым бельем на них, с одинаковыми, темно-коричневыми солдатскими одеялами, ромбиками чернеющими из под ткани пододеяльника.

Классы – чуть более позитивные бежевые стены, карты, таблицы, портрет Пушкина. Унылые, серые, бесконечные дни… Всю информацию я усваивала мгновенно. И то, что казалось поначалу интересным, вскоре начинало навевать скуку.

После детского дома выяснилось, что у меня есть бабушка. Идти мне было некуда. И я, помыкавшись по общагам, все же решилась с ней на встречу. Она не горела желанием общения с незнакомой ей внучкой, но и выгонять меня не стала.