Амулет Анастасии

ГЛАВА 16* Садовник

Признаться честно, эта фраза навела меня на совершенно невероятную мысль, а что если… Но нет! Это было слишком фантастическим и неосуществимым, как мне казалось, даже для этого непривычного мне мира. Поэтому пока я отложила эту мысль в сторонку до лучших времен, чтобы обмозговать ее гораздо позже, когда у меня будет достаточно много неопровержимых доказательств, фактов и времени.

Сейчас же меня страшило не это. Самое главное, что день свадьбы неумолимо приближался, и я металась в своих мыслях, как затравленный собаками заяц, случайно выбежавший на открытое пространство, где невозможно спрятаться от преследователей.

Сегодня должен был прибыть мой “замечательный” дядя – князь Волемир Гронский. Его приезд и пугал, и радовал одновременно. Пугал, потому что я понятия не имела, что он за человек и насколько он опасен для меня. Радовал тем, что, увидев его воочию и пообщавшись с ним, я добавляла бы в свою папочку “Дядя” информацию, которую только сама смогу понять и разглядеть. Надеюсь, что интуиция меня не подведет и на этот раз.

С утра терем, вопреки обычному вялотекущему существованию, заметно оживился. Все слуги были собраны и, под чутким руководством Ганны, спешно наводили порядок в помещениях: мыли окна, скоблили полы, чинили и смазывали проржавевшие от времени петли, поправляли потраченные наличники.

Ганна, одетая с утра по-простому, но в кокетливо завязанной косынке с узлом на лбу, как у Солохи, щедро отдавала приказы. И вот уже где-то на заднем дворе раздавался истошный визг отобранного на убой поросенка, перебиваемый непрерывным квохтаньем кур и раскатистым кукареканьем петуха.

Парадные двери терема и вовсе не закрывались, и дворовые, снаряженные кто продуктивом в объемистых корзинах и мешках, кто приспособлениями для уборки и ремонта помещений, шли в терем практически непрерывным потоком.

В обеденную залу шестью крепкими работягами был доставлен гигантский стол, который со щелочью и песком теперь оттирала пара молодых девчонок.

Для стола имелись сложенные ровной стопочкой выбеленные и накрахмаленные скатерти, с ручной вышивкой по краю. Также на стол полагалась узкая, типа дорожки, салфетка во всю немалую длину стола, празднично вышитая цветными нитями, с изображением нарядных петухов и хитросплетенных зеленых вьюнов с красными и желтыми соцветиями.

Ближе к середине дня с кухни донеслись запахи, совершенно одуряющие и вызывающие обильное слюноотделение. К слову сказать, завтрака сегодня как такового не случилось. Мне в комнату просто подали на подносе несколько вареных яиц, квашеной капусты и хлеба – вот в общем-то и все.

– Нись, – окликнула я служанку. – Давай в сад сходим, яблочек у Степана попросим? Голодно…

– Нельзя без спросу, – Анисия нахмурилась.

– Ты видишь, суматоха какая? Никто нас не хватится в такой суете. Пойдем, – я дернула девушку за рукав рубахи.

– Ну… – с сомнением протянула Анисия. – Ладно, княжинка, сбегаем по-быстрому. Авось, никто не заметит.

Я мигом влезла в старое линялое платье, чтобы лишний раз не привлекать внимания Ганны и ее подручных. Совершенно незамеченными, мы в этой общей суматохе выскочили во двор. Во дворе царила такая же суета, что и в тереме, и, ловко скрывшись между домов, мы оказались у сада.

В саду копошился Степан. В отличие от других работников он делал все не торопясь и с достоинством. Ловко орудуя рогатиной, он собирал самые роскошные плоды, и вот уже четыре большие корзины были наполнены отборными яблоками, грушами, сливами и абрикосами.

Услышав за спиной шаги, садовник обернулся. Увидев нас с Анисией, широко улыбнулся и без лишних слов, не задавая вопросов, протянул нам по сочной груше.

– Доброго дня, княжинка! – поклонился Степан. – И тебе Анисья!

– Спасибо! – я с нетерпением впилась в сочную мякоть плода, чувствуя, как капелька сока стекает по подбородку.

– Смотрю, про вас совсем забыли, княжинка! – Степан покачал головой. – Что ж, дело понятное! Никак сам князь едет.

Утолив первое чувство голода, я немного осмелела и решилась на довольно провокационный вопрос:

– Скажи, Степан, а давно ты у князя Гронского работаешь?

– Давно, княжинка, очень давно. Еще при батюшке вашем за садом ухаживал. Так что как-то так… – развел руками Степан, почему-то не удивляясь необычной речи и манерам княжны.

– А родителей моих хорошо знал?

– А то как же, очень хорошо! Добрые были люди… – ответил садовник и глаза его устремились куда-то вдаль, видимо, к воспоминаниям.

Вдруг Степан посмотрел мне прямо в глаза с таким теплом и сочувствием, что я точно поняла, что это один из тех людей, которому я могу безоговорочно доверять.