Амулет любви

15. Семейный обед.

Кира достала из своего тайника лодку.

– Я связь буду держать через Егора, – сказала она и улыбнулась Оле. – Не пристало такой знатной даме общаться с такой как я.

Ольга с Егором добрались до покоев невесты князя без каких-либо происшествий, никого не встретив на своем пути. Лифт больше не пугал и не удивлял. Наверное, обилие новой информации и дикий, пережитый стресс при падении с обрыва притупили Ольгину способность удивляться. Наконец, они остановились перед дубовой дверью в покои Оливии. Егор открыл дверь, пропустив Олю вперёд, и остался охранять снаружи. Ольга скрылась в ванной комнате, но, тут же, появилась снова, выглянув в коридор:

– Егор, а что здесь используют вместо мыла и зубной пасты? Я ничего не нашла на полках.

– Вместо мыла здесь используют жидкий мыльный корень, – ответил Егор. – Посмотри внимательнее, рядом с ванной должна быть пузатая бутылочка с этим средством. А зубной пасты здесь нет совсем. Но не волнуйся, там поблизости должны лежать полоски жевательной смолы. Она и пенится, и очень хорошо очищает зубы. Несколько минут жуешь, потом выплевываешь и полощешь водой.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Ольга. Немного помолчала и с чувством добавила: – За все!

И скрылась за дверью. По пути в ванную комнату она заглянула в шкаф, в котором перед прогулкой выбирала обувь. Он был также под завязку набит всевозможной одеждой: роскошными платьями, юбками, блузами, расшитыми золотом и серебром, с драгоценными камнями, складывающимися в причудливые узоры на дорогой ткани.

Ольга нашла чистое нижнее платье и панталоны, опять щедро украшенные воздушными кружевами. Внезапно она вспомнила недавнее происшествие на прогулке и покраснела, представив, что Егор вдоволь налюбовался подобными панталонами, пока она висела вниз тормашками над пропастью.

Уровень адреналина, который зашкаливал после падения, постепенно снижался, и Ольга с запоздалым ужасом осознала, что могло произойти, если бы Егор не успел её вытащить.

Ободранные руки и ноги нестерпимо саднили, лодыжка неприятно ныла и пульсировала. Нужно было как можно скорее промыть все повреждения на коже, чтобы избежать заражения.

Она уже один раз была в ванной комнате, но тогда все еще находилась под туманным воздействием сонного корня и не разглядела ее подробно.

Комната была светлой и просторной. Внимательно осмотрев мраморную полочку рядом с ванной на звериных лапах, Ольга обнаружила и бутылочку с жидким мыльным корнем, и полоски жевательной смолы, про которые говорил Егор. Набрав в ванну горячей воды, Оля медленно опустилась в нее, шипя от боли в ноге и ободранных сильнее всего прочего ладонях.

Водные процедуры позволили ей не только привести себя в порядок, но и немного успокоить расшатавшиеся нервы, собрать разбегающиеся мысли воедино. Теплая вода приятно расслабляла мышцы, снимая накопившееся напряжение.

Оля старалась не думать о предстоящей встрече с семьей князя, сосредоточившись на ощущениях текущего момента. Но решила, что узнать у Егора подробнее о домочадцах обязательно следовало до обеда.

Когда Ольга вышла из ванной, служанка ее уже ждала. Ия с поклоном сообщила, что до обеда осталось две склянки, и она пришла помочь госпоже привести себя в порядок.

«Вот как я раньше жила без прислуги и таких сложных в надевании платьев?» – улыбнулась про себя Оля, а вслух произнесла: – Я выбрала вот это темно-синее платье.

Ия кивала, расчесывая прядь волос госпожи, и думала о чем-то своем. Начала молча сооружать замысловатую прическу на голове Оливии. Оля тоже замолчала, разглядывая свое отражение. Когда прическа была готова, Ия все-таки произнесла:

– Госпожа, я утром убирала со стола. На нем было два использованных бокала.

– И что тебя так смутило? – не поняла Ольга, недоуменно глядя на служанку в зеркало.

– Госпожа Оливия, вы не подумайте только, что я посмела бы что-то сказать, но если бы это увидела госпожа Ада, то был бы страшный скандал!

– Ия, перестань говорить загадками! Объясни толком, что случилось? – Ольга начинала терять терпение.

– Госпожа Оливия, – Ия замялась, потупив взгляд, – нельзя делить стол со своим охранником. Это неприлично.

– А делиться объедками тоже запрещено? – Ольга не смогла сдержать саркастического тона.

– Нет, это, конечно, дозволено, – поспешно заверила ее Ия, – но только не в господских покоях. Я напомнила об этом Эду. Не хочу, чтобы он пострадал. Он так добр ко мне, и он такой красивый, – служанка мечтательно вздохнула, казалось, забыв на мгновение о своей госпоже.

– Кому напомнила? Эду? Да, как ты смеешь? – Ольга вскочила с места, её голос звенел от возмущения. – Какое право ты имеешь указывать Эдварду, что ему делать?

– Простите, госпожа Оливия! – Ия испуганно отшатнулась. – Больше не повторится! Господину Эдварду, конечно же, господину Эдварду! Мне можно идти?

– Ступай! – Ольга сверкнула на служанку глазами, еле сдерживая себя, чтобы не накричать на неё ещё сильнее.

Ия выскочила из покоев, словно ошпаренная.

«Что это со мной? – подумала Ольга, оставшись одна. – Откуда столько спеси? Неужели я ревную Эдварда, точнее Егора, к служанке? Такой приступ ярости – это что-то небывалое. Возможно, я еще многого о себе не знаю».