Анабэль. Безмолвная для правителя

Глава 3

Анабэль

Холодный коридор. И я. Темно. Страшно.

- Здесь есть хоть кто-то? – я пыталась крикнуть громче, но у меня не получилось. Я охрипла.

Звать на помощь не было смысла – никто не поможет. Почему-то вспомнилась мама. Наш последний разговор, где, как и обычно, я была виновата во всех смертных грехах.

- Мамуля, я беременна. – когда я ей это говорила, то светилась от счастья как новогодняя гирлянда.

- Ну и что ты делать собираешься? – приподнятые вверх брови и появившиеся морщины радости никакой и не прогнозировали.

- Ну как что, конечно же рожать. – ее вопрос меня возмутил до глубины души. – Ну не аборт же.

- А ты с Сергеем разговаривала? Что он сказал тебе по этому поводу?

- Пока нет, но я уверена, что он тоже очень сильно обрадуется.

- Ну да, конечно. Что еще умного можешь ты подумать в свои восемнадцать лет? Ни учебы, ни работы… А если он бросит тебя, кто тогда будет растить твоего ребенка? Что, нам с отцом на шею повесишь? – мамина бравада вогнала меня в ступор.

С одной стороны я ее понимала, но с другой. Да, я только закончила школу, в университет еще не поступила. Но Сергей. Он был моей первой великой любовью. Он ухаживал за мной три месяца, а потом мы начали встречаться.

Год близких отношений и уверенность в счастливом будущем вместе накрылись медным тазом, когда я рассказала ему о беременности.

- Это твоя проблема, поэтому решай ее сама. – Его лицо было безпрестрастно. – Ах да, - пробубнил он, выходя из квартиры, даже не оглянувшись, - не звони мне и удали, пожалуйста, мой номер телефона. Бывай.

Две недели депресии, стресса, истерик, бессмысленного шатания по городу дали о себе знать. Я потеряла в весе. Минус десять килограмм на третьем месяце беременности не сулили ничего хорошего.

Очередное узи. Плохие результаты. Испуганные глаза курирующего меня врача, и направление в раенный центр на обследование.

 - У вас замерший плод. – Диагноз врача меня убил. Я хотела ребенка, ждала. Я даже мысленно начала подбирать имена. Думала, мальчик или девочка. Где поставлю кроватку. Как буду просыпаться ночами, и убаюкивать своего малыша. Начала учить колыбельные. Пересмотрела кучу передач о родах, малышах, молодых мамочках и советах для них по воспитанию их чад. Но нет, судьба решила иначе. Операция с осложнением принесла еще одну новость.

- Вы не сможете больше иметь детей. Мне очень жаль. – выдал врач, пряча стыдливо глаза. А я-то думала, что хуже уже некуда. Оказалось есть.

Слезы катились градом. Тугой комок подкатил к горлу, грозя вырваться наружу. Я кричала, билась в истерике, рвала на голове волосы. Я не понимала, за что мне все это. Три укола успокоительного и снотворного возымели эффект, я засыпала. Уже на задворках сознания услышала разговор медсестер, о том, что у меня должна была быть девочка, и то, что если бы я, малолетняя идиотка, так не убивалась из-за того, что меня бросил парень – все было бы хорошо.

Пол года на антидепрессантах под постоянным наблюдением врачей не прошли мимо. Я снова начала “жить”, точнее пытаться. Поступила в университет на заочное отделение. Устроилась на работу. Увлеклась чтением. Одним словом пыталась отвлечься от глупых мыслей, которые периодически меня посещали.

Удавалось не особо хорошо, но меня спасали подруги, которые не оставляли свободной минуты. Пикники, речка, море, природа. Начала курить, иногда выпивать. Детей у меня больше не будет никогда, поэтому навредить кому-то, кроме как себе я не могла.

Длилась эта идиллия ровно до того момента пока я не узнала правду.

Мать почти три недели травила меня, какой-то дрянью, чтобы избавится от ребенка.

Случайно вернувшись раньше с работы, я подслушала их разговор с отцом. Она оправдывалась. Кричала что я глупая и несообразительная, и не то, что о ребенке, о себе толком позаботится не могу. И что если бы не она, то сидели бы мы все без гроша, в соплях, слезах и детских какашках. А коль дочь ее нерадивая ноги раскидать не научилась, то и будет ей наука до конца жизни. Все, видите ли, с опытом приходит.

Собрав все необходимые вещи - я уехала. Далеко. Сотни километров отделяли меня от предателей, но не от предательства. Боль сжигала, разрыва меня изнутри.

Смогу ли я когда нибудь простить им это предательство. Скорее всего, нет.

От тяжелых воспоминаний меня оторвали какие-то звуки. Кто-то звал меня. Идя на голос, я начала ощущать что, на смену холода и сырости приходит тепло и уют, которые я так давно не ощущала, и в которых я так сильно нуждалась.

Эмоции захлестнули меня и я расплакалась.

Яркий свет ударил в глаза. Чья-то нежная и теплая рука смахнула слезу, катившуюся по моей щеке. Шелковые простыни. Прозрачный балдахин над широкой кроватью. И красивые огромные голубые глаза, похожие на ясное весеннее небо, которые с неподдельным беспокойством и нежностью смотрели на меня.

- Наконец-то ты проснулась, принцесса…