Анагел мой. Дети Богов

Глава четвертая. Один

4.1

*****

104 г. до н.э.

побережье Африки

- Опять... – пробормотала Дааха, наблюдая, как малорослый чернокожий воин положил на камень большой кусок мяса и, опустившись на четвереньки, задом пополз обратно, к остальным. – Меня сейчас стошнит...

Мясо было человечьим. Но глупо было бы винить этих маленьких, отчаянных головорезов в том, что они убивали своих врагов, а потом поедали их, под неистовые пляски, среди колючек и пыли. Таковы их правила, одернула себя Дааха. Вздохнула и вышла из зарослей, на ходу расправляя крылья. И тут же заговорила высоким голосом, стараясь проговаривать слова так, как ее научила М'авата, колдунья этого маленького племени:

- Я говорю вам: приносите мне жертву! За это я дам вам силу и здоровье! Но принесите мне в жертву полосатую антилопу, ибо черпаю я из крови ее силу свою могучую!

Глупо-то как звучит. А по-другому нельзя, не поймут они. Хоть она и освоила язык этого племени, затерявшегося среди бескрайней саванны. И не питаться же человечиной, в конце-то концов! Охотники были гораздо проворней Арнавула, что касалось поимки какой-нибудь антилопы. Поэтому М'авата, узнав, что эти странные белокожие люди, сыны богов, очень не любят есть мясо врагов, подсказала, как заполучить мясо животных. Надо лишь вытребовать себе жертвоприношение. А М'авата согласна лишь на крохотную скромную долю от этого. Стара она уже, грызть человечину...

Дааха незаметно сделала проверку. Лжет старуха, конечно... Сильна она еще, ох, как сильна. Даже здоровее некоторых воинов будет. Что тут способствовало этому, мясо ли врагов, другая пища – Дааха не задумывалась. Лишь поддакнула колдунье и, встретившись с вождем племени, впечатлив его полетом и размахом своих крыльев, потребовала жертвоприношение еженедельное. Взамен пообещала вылечить от некоторых недугов, поразивших часть племени. Так, мелочи некоторые: лишай, проблемы с желудками, чесотка... Не очень приятно, но Дааха привыкла давать что-нибудь взамен. Вождь согласился, благо, что антилоп в округе было предостаточно. Но, следуя старой привычке делиться самым лучшим, постоянно вместо мяса антилопы приносил части человеческого тела. Самые вкусные, как считал вождь. Дааха незаметно, сдерживая дыхание и рвотные позывы, закапывала потом останки и долго не могла взять после этого еду в рот. Арнавул успокивал как мог, а потом и сам взялся за это не очень приятное дело...

- Ко мне иди, сын солнца! – позвала она вождя, продолжающего стоять на коленях, перед группой своих соплеменников.

Вождь проворно пополз к ней на коленях, стараясь не встречаться с анагелом взглядом. Дааха присела на корточки, и, дождавшись, когда он доползет до нее, принялась его отчитывать:

- Почему, сын солнца? Почему ты не слушаешь меня? Я просила антилопу, но ты принес мне мясо врагов! Я ведь могу оставить вас и уйти.

Вождь испуганно замигал, потом подполз ближе:

- Не надо, дочь Бнану! Не уходи! Капа раскаялся, Капа понял, что дочь Бнану требует антилопу! Капа сейчас скажет своим людям и до захода солнца дочь Бнану получит антилопу! Не уходи!

Дааха усмехнулась и встала:

- Дочь Бнану и ее сильный муж будут ждать жертву у порога своего дома! И пусть придут большие слоны, если Капа ослушается еще раз!

Она развернулась и пошла обратно, грациозно виляя бедрами. Подхватила с камня принесенное мясо, и, отойдя на несколько шагов – взлетела, взметнув пыль. Вождь продолжал стоять на четвереньках, стараясь не смотреть вслед. Ну и пусть, утешила себя Дааха. А то, если жестко не скажешь – так и будут таскать человечину.

Арнавул сидел в тени дома. Сосредоточенный, серьезный, он пытался сплести из тонких крепких жил тетиву. Так, как учили его воины племени, возле которого они жили. Он лишь на мгновение поднял голову, услышав шум крыльев, и снова принялся за работу.

- Что, опять? - спросил он негромко.

- Угу, - сдерживая слезы ответила Дааха. – Сколько прошу – все одно и то же...

Она пошла к небольшому холму, к северу от дома, там, где ровными рядками лежали небольшие камни, которые они ставили у изголовья небольших могилок.

- Подожди, я все сделаю, - окликнул Арнавул. Убрал работу в сторону и вздохнул: - А то опять есть ничего не будешь.

Дааха согласно кивнула и пошла обратно, бережно опустив на горячую землю останки неизвестного человека. Села на камень, на котором оставил недоплетенную тетиву Арнавул и стала наблюдать, как он роет неглубокую ямку. Сказать сейчас или ночью? Ее распирало, несмотря на сегодняшний случай с жертвоприношением. И она решилась...

- Пойдем в дом? – предложила Дааха мужу, когда тот вернулся.

- А ты чего такая загадочная? – улыбнулся он. Но покорно пошел следом, когда она взяла его за руку и повела за собой.

Потом неспеша накрывали на стол, заставляя его нехитрой снедью. Арнавул молча подчинялся, все пытаясь узнать причину, но вот до главного все же не додумался...

- Может, все же скажешь, чего ты такая довольная? – поинтересовался он. И вдруг осекся...

Дааха широко улыбнулась, чувствуя, как он проникает взглядом внутрь ее тела.

- Ты... – задохнулся он. – Ты...

- Я... – уже не выдержала она. – Да! – И в ту же секунду тонко взвыла, когда Арнавул одним прыжком оказался рядом и стиснул ее. – Ой... ох!

...Солнце почти зашло, все еще цепляясь за холмистый горизонт самой макушкой. Но не удержалось и соскользнуло в сумерки, которые принесли долгожданную прохладу, выбросив длинные тени. И тут же все стало оживать. Где-то дружно завыли степные гиены, словно поддразнивая друг друга. Очень далеко, почти на грани слышимости рыкнул кто-то огромный и сильный. Но рыкнул сыто, довольно, словно желая показать, кто здесь главный. В другой стороне завозились-забегали антилопы, выискивая место, безопасное для ночлега. И еще какие-то звуки, редко узнаваемые, но уже знакомые...