Анагел мой. Дети Богов

Глава шесть. Три

- Я согласна, Торр, - повторила Дааха. - Только дай мне проститься с сестрой. Ты сломал меня...

Не успел Арнавул глазом моргнуть, как монах высунул руку из-за спин солдат и выдернул Дааху за дверь. И тут же исчезли солдаты, закрывая ее перед самым носом анагела, который врубился в нее всей массой тела. Дверь выдержала.

И он замер, когда за дверью раздался совершенно спокойный голос Даахи:

- Монах, знаешь в чем ты допустил ошибку?

- Ну-ка? – раздался веселый голос.

- Ты убил мою сестру на моих глазах...

И следом – вопль, страшный, булькающий. Громкое звяканье стрел по каменным стенам – и еще два вопля... Кто-то забегал, крича, но крик погас вместе с глухим ударом. И дальше, дальше – крики, вопли, тишина, снова крики...

Арнавул метнулся к окну. И вскрикнул, когда увидел медленно идущую к дымящемуся помосту Дааху, совершенно обнаженную, с расправленными крыльями и с окровавленным мечом в руке. Его мечом. В другой руке – чья-то отрубленная голова. Дааха швырнула ее в сторону и и принялась отгребать красными от крови руками еще горящие крупные угли, не обращая внимания на задымившуюся кожу...

- Дааха!

Она даже не обернулась. Зато неторопливо заскрежетал ключ в замке двери. Арнавул развернулся и увидел стоящего солдата, который прижимал к животу обрубок руки. Второй он опирался на косяк двери, но вдруг ноги подогнулись и он упал на колени. Пополз медленно к Арнавулу, загребая целой рукой грязную солому с пола:

- Прости... Прости, посланник... Пощади, умоляю... Ибо грешен, лишь приказ исполнял... Пощади, посланник...

Арнавул перешагнул через него и шагнул в коридор. Четверо убитых, труп обезглавленного монаха в углу, кровь на полу... Анагел подхватил накидку жены и понесся по коридору к выходу, развязывая на ходу свой плащ. Швырнул его в угол, пнув узкую дверь с размаху, проскочил узкий проход и вылетел на площадь. Люди разошлись не все, прячась кто где. Перешептывались, показывая пальцем на Дааху. И тут же исчезли совсем, когда Арнавул расправил крылья, взлетая...

Он сделал небольшой круг, выглядывая стражников, но никого не увидел, лишь местных жителей, продолжающих прятаться. И медленно опустился неподалеку от тлеющего костра, разогнав колючий дым несколькими взмахами крыльев.

- Даа...

Она сидела на коленях, прижимая к себе черное, обуглившееся до неузнаваемости тело сестры. И тихо-тихо выла, глядя куда-то в одну точку.

- Даа!

Арнавул опустился рядом с ней и погладил по плечу:

- Я скорблю с тобой, жена моя...

- Почему, Ар? – Дааха повернулась к нему, и Арнавул невольно вздрогнул под ее взглядом – мертвым, безжизненным, настолько диким от боли, что снова защемило сердце тоскливо... – За что они нас так, Ар? Что мы сделали? Столько им дать, чтобы взамен получать совсем другое? Зачем они нам нужны, Арнавул?!

- Дааха...

- Я знала, я чувствовала, что Ларха жива, что где-то они с Миддором вместе. Знала и надеялась, что встречу. Встретила... Они отняли у меня все, Ар...

Она протянула руку, подхватила отрубленную голову монаха и швырнула ее в тлеющие угли. Противно запахло палеными волосами.

- Лечили, учили, спасали, наставляли, вытаскивали отовсюду – а взамен смерть? Ненавижу...

Дааха медленно и осторожно опустила тело сестры на землю и поднялась. Арнавул тоже встал и накинул ей на плечи накидку.

- Не надо, сильный...

Она повела плечами, сбрасывая плащ, быстро нагнулась и подхватила меч:

- Я сейчас, милый...

- Стой!

- Только коснись... - сказала она таким голосом, что анагел отступил на шаг.

Дааха постояла мгновение, оглядывая церковь, потом резко взлетела, описала круг и с разгону ворвалась в широкую открытую дверь с другой стороны улицы...

...Ларху похоронили на высоком утесе, прямо над морем, замуровав крохотный грот большими камнями. В знак траура Дааха обрезала себе волосы до плеч и надела красную повязку на левое крыло. Тело Миддора так и не нашли.

- Как ты думаешь... – Арнавул смотрел на бескрайнюю ширь моря, бездумно швыряя камешки с утеса. – Есть ли там, за этим морем другие страны? Мы ведь так далеко не летали?

- Не знаю, - ответила Дааха. Перевязанная рука висела, подвешенная к шее, и ветерок трепал тоненькую седую прядку на правом виске. – Хочешь попробовать?

- Да. У тебя сил хватит?

- Ну, ты же в любой момент можешь подхватить меня, правда? – вымученно улыбнулась она. И судорожно вздохнула... – Все зря, милый. Даже вот беременность оказалось ложной. Всё зря...

- Не говори так. Когда полетим?

- Да хоть сейчас. По пути наберем что нужно. Все равно из дома вынесли все... - Погладила камень, закрывающий могилу и тихо сказала: - Прости, сестра... Спасибо за все. Я люблю тебя и уже скучаю... Сильно скучаю, Лар...

Она встала на краю утеса, раскинув руки и подставив лицо ветру, который тут же принялся трепать складки легкой накидки. Выдохнула и прыгнула вниз. Но тут же показалась, взлетая вверх, загребая мощно крыльями.

Арнавул тоже погладил камень, прощаясь, и прыгнул следом...