Анагел мой. Дети Богов

Глава пятнадцатая. Два

"Общество исторической памяти" находилось на окраине Токио. Таксист долго петлял среди узких улиц, потом удовлетворенно крякнул, остановив машину возле высокого дома, целиком состоящего из толстого стекла. Сказал что-то Даше, покивал, взял деньги и выскочил из машины, вежливо открыв ей дверь.

- А мне? – шутливо сказал я, выбираясь из такси и подавая руку жене. Мишка выскочил с другой стороны и теперь внимательно оглядывал улицу и дом.

- А тебе не положено. Ты мальчик, - ответила Даша и кивнула водителю, который с поклоном закрыл дверь и уехал.

- Мальчики сами справятся, - закончил я. – Всегда так. Как ты себя чувствуешь?

- Отлично. Правда, маленький чего-то растолкался...

- Восторг выражает, - ответил я, приложив ладонь к круглому животу. – Еще не родился, а уже по заграницам шастает.

- Помолчи уже, - улыбнулась Даша. – Идём?

- Идём.

Майор пошёл впереди, цепко оглядывая улицу и окрестности. Открыл дверь и пропустил нас, потом потопал следом, пачкая натёртый пол. Огромное помещение, будто выставочный зал, из-за окон от пола до потолка – светлое и просторное. Ряд стульев вдоль стены, кожаный диван и два кресла, большой столик из бамбука перед ним, три стола поодаль у окна в углу, несколько огромных ваз с торчащими из них сухими ветвями какого-то дерева, встроенные лампы под потолком... Все просто, но как-то стильно... В смысле, в японском стиле: красота в простоте. Зато стеклянные стены увешаны сотнями небольших фотографий и картин. Не пейзажи, не изображения какого-нибудь города или натюрморта. Изображения лиц, от старых-престарых гравюр до современных фотографий... И висели в ряд, и перед каждым – указатель с иероглифами. Я остановился, с интересом рассматривая лица, и Даша приостановилась, прижавшись к моему плечу и принялась читать надписи.

А нам навстречу спешил невысокий круглый японец, в стильных очках и шикарном костюме. Улыбался уже издалека, кланяясь чуть ли не на ходу... Подскочил, вежливо пожал мне руку, с опаской – Мишке, и поклонился Даше.

- Господин Андрэй Сокурин и его очаровательная супруга Дариа Сокурина, - коверкая имена, заговорил по-английски японец, - я рад вас приветствовать в нашем офисе! Прошу вас, проходите! Вы тоже, господин! – поклонился он Кожухину, который просто кивнул. – Вам понравилась наша галерея? Это моя гордость! С другой стороны есть еще два зала, я вам их покажу! Меня зовут Наохиро Асикага, я руководитель отдела. Прошу, присаживайтесь! Госпожа желает что-нибудь?

- Воды, если можно, - отозвалась Даша, усаживаясь на большой кожаный диван.

- Одну минуту! – сказал японец и позвал кого-то.

Откуда-то из боковой двери бесшумно появилась молодая симпатичная девушка, в строгом деловом костюме, которая уже оттуда принялась кланяться и улыбаться. Даже Мишка с интересом принялся на неё поглядывать. Получив указания от японца, девушка кивнула и исчезла, но появилась буквально через мгновение, неся в руках маленький поднос со стаканами, будто он был давно уже приготовлен заранее к нашему приезду. А, может и был.

- Если поклонится – уронит, - сказал Кожухин меланхолично.

- Спорим, что нет? – фыркнула весело Даша.

- Спорим! На две шоколадки!

- По рукам!

Японец вежливо улыбался, пытаясь понять, о чём разговор. Девушка подошла, поклонилась и поставила поднос на столик из бамбука, не то, что не расплескав – даже стаканы не звякнули. И ушла.

- Блин... – сказал Мишка растерянно. – Фокусники какие-то. Я проиграл.

- Нашёл с кем спорить, - улыбнулся я.

- Угу.

Даша успокаивающе погладила его по руке и обратилась к японцу:

- Господин Асикага, я говорю по-японски, но, с Вашего позволения, мы будем говорить по-английски. Мой муж владеет английским языком, я тоже. Господин Кожухин – нет, но мы будем ему переводить.

- Хорошо, госпожа! – кивнул Асикага. – Итак, я хочу вам рассказать о том, почему мы вас пригласили. Одну минуточку... – Он что-то крикнул и вновь появилась девушка, неся в руках пухлую папку. Японец открыл её и принялся раскладывать на столике разные документы, какие-то фотографии, выписки, книги. Долго передвигал это всё, будто колоду карт тасовал, разложил в понятном ему порядке и удовлетворенно вздохнул. И посмотрел на меня. – Приступим. Господин Сокурин, я хочу выразить свои поздравления!

- С чем?

- Вы один из четырёх человек, являющихся прямыми потомками Окугава-но Иэсигэ. Впрочем, я должен Вам рассказать, как я понимаю? Вы нашу историю не знаете? Понял, господин Сокурин. Итак... В начале семнадцатого века, после периода гражданских войн между различными княжествами, Япония была вновь объединена в единое государство. После одного сражения власть в стране перешла к человеку, фамилия которого фактически правила Японией почти двести пятьдесят лет... – Асикага подвинул несколько старых листочков бумаги, исписанных иероглифами, пару картинок с гравюрой, на которой был изображён сидящий самурай, или как там его, в черном кимоно и с веером. Ну, ничего так дядька, серьёзный, раз страну объединил... – Не буду углубляться в сложные подробности генеалогии и показывать ветви рода. Остановимся лишь на одном человеке, потомке того самого сёгуна. Имя его – Иэсигэ. Странная история с ним связана...

Я посмотрел на Дашу. Но она была внешне спокойна. Лишь побелевшие пальцы, вцепившиеся в мягкий подлокотник, выдавали её. Опять?

- А что за история? – спросила она, разглядывая какую-то картинку.

- Господин Иэсигэ был женат дважды. Его первая жена потеряла ребёнка, потом тяжело болела и вскоре умерла тоже. Иэсигэ, ставший в ту пору довольно большим военным чиновником и фактическим правителем Эдо... это старое название Токио, если Вы не знаете... Итак, господин Иэсигэ женился ещё раз, взяв в жёны молодую девушку из богатой семьи. Но завести наследника сразу не получилось, сказывалась старая травма, полученная Иэсигэ в одном из боёв. Но зачать ребёнка получилось, что стало радостным событием, омрачившимся вскоре тяжелой беременностью женщины, которая всё же умерла при родах.