Анагел мой. Дети Богов

Глава шестнадцать. Два

Нет, меня точно пора за несдержанность на каторгу отправить. Потому что Даша стала белой, что сама смерть.

- Кто такой Керап? – совсем уже стал колючим взгляд Мишки.

- Молчи, миленький... – взмолилась вдруг Даша и зажала мне рот ладошкой. – Молчи! Нет! Нету его!

- Кто такой Керап? – уже с металлическими нотками в голосе спросил снова Мишка. На нас даже зашикали со всех сторон, но Кожухин даже не обратил внимания.

- Успокойся, Мишань, - похлопал я его по плечу. – Старая Дашкина семейная история. О которой не принято говорить.

Она с благодарностью посмотрела на меня, а Кожухин лишь засопел мрачно и проговорил:

- Ну, если только так...

- Всё нормально, Медвежонок.

- Ладно.

Действо на сцене разворачивалось по каким-то своим правилам. Я честно старался вникнуть, что там происходит, но так и не сообразил. Даша, которая слегка успокоилась, принялась мне объяснять. Потом подключился Мишка с вопросами и через пять минут наше обсуждение переросло в хихиканье. Но пришлось хихикать тише, потому что мы поймали осуждающий взгляд доктора Масутаро.

- Добрый день, уважаемые дамы и господа! – заговорил доктор, когда действие наконец-то закончилось под бурные аплодисменты и он взобрался на сцену, к микрофону. – Я рад вас всех приветствовать на ежегодном собрании "Общества исторической памяти"! Я доктор Масутаро Оониси, председатель общества, это мой заместитель Асикага Наохиро!

Зал разразился аплодисментами. Масутаро говорил по-английски, Наохиро – по-японски, они что-то очень долго рассказывали, сначала о том, как создавалось общество, потом о том, как разыскивали людей. Но люди слушали внимательно, аплодируя каждый раз...

Я немного заскучал даже, но Даша слушала внимательно. Пока Мишка осторожно не тронул меня за плечо и незаметно показал куда-то глазами в сторону. Я проследил его взгляд и подобрался.

Да, это Керап. Тот самый тип, так неуловимо похожий на Дашу, с которым мы дрались в том ресторанчике, почти три года назад.

Он фактически не изменился с того времени. Ощущение, что будто вчера виделись. Керап неожиданно повернулся и встретился со мной глазами, голубыми, холодными, будто два кусочка льда. И усмехнулся...

- Это он? – почти на одном дыхании спросил Мишка, нагнувшись к моему уху.

Я кивнул.

- Он мне не нравится, - всё так же тихо произнес майор.

- Мне тоже.

- Опять шепчетесь?! – зашипела на нас Даша. – Дайте послушать!

- Тс-с-с! Извини!

Но Масутаро уже закончил, предложив гостям поискать стенды со своими фамилиями. И примерно через час, сказал доктор, он готов ответить на вопросы всех, у кого таковые возникнут. Люди зааплодировали и стали расходиться по сторонам, переговариваясь. А Масутаро направился куда-то вглубь зала.

- Идём походим? – предложил Мишка. – Или перекусим что-нибудь?

- Лучше перекусим, - сказала Даша. – Мы уже всё видели.

- О! Я там такую штуку видел! Идёмте, я покажу...

Но не успели мы сделать и шагу, как Даша резко остановилась, будто на стену налетела.

Перед нами стоял этот самый Керап. И не успел я сказать хоть слово, как он усмехнулся как-то криво, и произнёс:

- Здравствуй в мире, Дааха Ромарт.

- Здравствуй в мире, Керап Ромарт, - тихо ответила Даша, меняясь в лице.

- Ты кто? – встал перед ним Мишка, от которого так и повеяло опасностью.

- Миша, погоди... – сказала тихо Даша, отодвинув Кожухина. – Уходи, Керап.

- Уйду. Тебя можно поздравить?

- Поздравь. И уходи.

- Поздравляю. И скорблю. Семя человека... Слабая ты, я знал.

- Мужик, тебе предложили уйти, - перебил его майор, сунув руку медленно туда, где находился пистолет.

Но Керап даже не взглянул на него, продолжая:

- Ты стала слабой, нежная Дааха. Почему ты не захотела меня? Мы бы смогли продолжить...

- Вон!!! – зашипела вдруг Даша, да в такой тональности, что даже Мишка вздрогнул. И прикрыла живот руками...

- Керап, - вклинился я, отодвинув жену за себя. – Не пошёл бы ты?

- Как он похож на Арнавула, правда? – произнёс Керап ту самую загадочную фразу, как и три года назад. И усмехнулся ещё раз: – Ухожу, ухожу, остыньте, мужчины. – И добавил вдруг, тем странным вибрирующим голосом: - Но к тебе вернусь, Дааха Ромарт... Ты есть позор.

Взглянул на Мишку, резко повернулся и исчез в толпе гостей. Дашу трясло так, что Мишка невольно дёрнулся:

- Сестрёнка, ты чего?!

- Даш, ты в порядке? Поедем в гостиницу?

- Андрюха, уводим её.

- Нет, - сказала она вдруг спокойным голосом. – Он ушёл. Всё нормально.

- Странно как-то это всё... – тем скучным тоном, которого так боялась шпана города, произнёс майор. – Ходят всякие...

- А пойдёмте пирожные лопать? – наигранно-повеселевшим голосом сказала Даша.

- А идёмте! – сказал Мишка.

- А идите, - ответил я. – Пройдусь, носик попудрю.

- Кокетка, - фыркнул Кожухин, незаметно подмигнув мне и показав глазами на Дашу. – Носик он попудрит. Туалет вон там, я уже разведал. И осторожней пудри.

- Уговорил.

Я чмокнул Дашу и пошёл в туалет. Если честно – просто до одури захотелось покурить. Вытащил из кармана пачку, но не успел пройти и с десяток шагов, как наткнулся на доктора Масутаро, который улыбнулся мне и неожиданно спросил:

- Не хотите составить компанию, господин Сокурин?

- Компанию? В чём?

- Грешен я, каюсь, люблю выкурить трубочку табаку. И Вы с сигаретами. Приглашаю!

- С удовольствием!

Он кивнул и повёл меня в дальний угол холла, к ряду дверей. Отпер одну из них и пропустил меня вперёд: