Анархия Том Первый Истоки

Анархия Том 1 Истоки : Глава 3. Кровавая Мэри

Денис всё вспоминал тот момент: её неловкое признание. Хоть и сам со стеснением признался в своих чувствах, он понимал, что со стороны это выглядит нелепо и забавно, но как по-другому это описать. Любовь — это безумно глупая и смешная вещь, но столь же прекрасная и удивительная. Очень часто задавал себе вопрос: «За что она полюбила его?».

Ведь, когда они впервые встретились, он был к ней равнодушным и немного жёстким, как и со всеми людьми. Чтобы стать для Дениса близким человеком, его нужно попытаться понять, и мало кому это удавалось. А она была вся такая счастливая и светилась ярким светом, что ему было немного противно вначале от этого беспричинного оптимизма. В детстве, каждый день, с самого утра, она стояла на пороге его дома и бегала за ним, как хвостик. Это бесило его, но держался он достойно: с самого раннего возраста его правильно воспитывали, и меньше всего Денис хотел терять контроль над своими эмоциями. Поначалу воспринимал её как докучающую ему маленькую настырную девчушку, но с каждым прожитым днем с Анной он начал привыкать к её настойчивости и упрямству. В какой-то момент стал восхищаться этими чертами, но никак не показывал. Маска равнодушия всегда была на нем, не позволяя сближаться с людьми. Довольно сложные отношения между родителями повлияли на совсем маленького Дениса. Любовью матери он не был обделён, а отцовской… Отца он едва помнил: скорее как размытый силуэт, чем как лицо. Скорее невнятный шёпот из глубокого мрака, чем голос любящего отца. Скорее стеклянные бездушные льдинки, чем полные любовью отцовские глаза. Ему не хватало любви и понимания, поэтому он не делился с другими этими самыми «любовью» и «пониманием».

Кто бы мог подумать, что после всего этого Денис будет чувствовать презрение, привыкание, а потом и вовсе восхищение? Как всё могло превратиться в очень пылкое и ранимое чувство, такое, как любовь? Чувство, скрытое для всех, даже для него самого, затаившееся где-то в глубине, за сотней замков и предубеждений. Но одно было понятно: отношения между Денисом и Анной — это что-то намного большее, чем просто хорошая дружба.

Но мир слишком жесток и суров, и каждой сказке приходит конец. В 2014 году семья Анны решила переехать в Санкт-Петербург. Так и закончились счастливые дни Дениса Клинта, и вновь его посетило одиночество, которое он на мгновение забыл. Но это волшебное чувство никуда не пропало, появилось лишь желание как можно чаще видеться, и также нашли своё место мысли по типу: «Нужно было не медлить тогда». Ведь любовь на расстоянии — это сложное испытание, которое выдержат лишь самые крепкие узы близких людей. Да, оно испепеляет, выедает тебя изнутри. Но настоящая любовь не имеет расстояния: она просто существует сама по себе, живёт собственной жизнью, по своим законам и правилам…

И хоть прямых слов и не было сказано, Денис не желал никогда обременять себя ярлыками, да и голова его была полна множеством мыслей, идей, планов, столь сложных, что сам Денис толком не мог их объяснить ни словами, ни рисунками, ни даже песнями с плясками. Внутри него попросту не было места для принятия и осознания этих чувств. Но тягу к Анне он не мог отрицать, с каждым днём всё сильнее желая и мечтая о том, как они снова встретятся. Однажды настанет тот день, когда они вновь будут проводить вместе дни, веселясь и просто чувствуя себя хорошо друг с другом. А любовь… Любовь лишь следствие, одно из проявлений этих крепчайших уз. 

Сентябрь 2016, Москва.

Денис с трудом выбрался из своих мыслей. Посмотрев по сторонам, выдал:

 — Мистер Пэйстер, мне нужно срочно лететь, но не в Нью-Йорк, — в спешке проговорил парень.

— Куда же? — поинтересовался Джон. Он совсем не ожидал, что парень изменит своё решение по поводу его предложения, но виду не подал.

 — Ага, щас! Отец и так кучу денег на тебя тратит: перелёты, проживание, а если твой проект прогорит, будет очень прискорбно… Будешь должен кучу денег, будешь должен ты, твои дети, твои внуки, и то не факт, что долг отдадут. 

 — Ты! — указал пальцем Денис на Алекса, — Алчная тварь! Моя девушка сейчас в реанимации из-за какого-то отребья, который гонял настолько быстро, что не заметил, как сбил человека. Такой же мажор, как и ты, на скоростной машине, что стоит кучу денег, и большая куча в карманах полицейских. Его никто никогда не остановит: ни пьяным, ни даже после того, как собьёт невинного человека. И даже если остановят, пару вечнозелёных купюр номиналом в сотню отправятся прямо в карман полицейских. У людей в наше время одно на уме — деньги. Конечно, как можно думать о чем-то другом, кроме денег. Люди настолько отупели, что ищут счастье в бумажках. Да, конечно, за них можно купить многое: дом, положение, секс. Такие избалованные ребята, как Вы, Алекс Пейстер, считают, что за деньги можно купить всё и вершить этим гнилым миром! — выговорив всё, Денис ударил кулаком в лицо Алекса. Хоть удар был недостаточно сильный, но синяк ему точно обеспечен.

У сына Джона буйный характер, и остановить его буйство мог только его отец. Джон ожидал ответа со стороны его сына, но, на удивление, Алекс не предпринял попытки ударить в ответ, просто достал из кармана дорогих брендовых брюк телефон и кого-то набрал.

 — Джейми, это я. Отменяй самолёт и все встречи в Нью-Йорке до завтрашнего дня, нам нужен ближайший самолёт компании в Москву. У вас 15 минут на организацию максимально экстренного полёта. И оповести докторов в Израиле о нашем прибытии. Мне нужны лучшие из лучших. Живо! 

Денис опешил. С чего он решил ему помочь? Жалость? Или сострадание проснулось?

 — Я вижу на твоём лице недоумение и отвечу на него прямо. Её зовут Мэри, — начал свой рассказ Алекс. — Один тупой папенькин сынок тоже гнал на большой скорости и сбил её, а я… я… — Алексу стало не хватать кислорода от нахлынувших на него воспоминаний, — я сидел в одном из клубов, пьяный в хлам и покуривающий кальян… меня не было рядом, я мог помочь, как она мне когда-то, и… она сейчас в коме, уже восьмой месяц… Я не смог помочь ей, но помогу тебе.