And I know how to love

Глава 19 "День страданий - день любви"

«А слёзы девы будут ярко сиять»

Девушка никак не ожидала такого холода со стороны кронпринца. Она понимала, что он не любит её и даже не полюбит, но думала, что в их отношениях хотя бы будет уважение со стороны каждого. Но с каждым днём Атанасия видела неприязнь, равнодушие, грубость. Убивало ли это её? Да, очень. С каждым разом сердце будто бы разрывалось. Его осколки копились в отдаленном месте, куда было очень сложно добраться.

Атанасия уже не понимала, как вести себя, как найти подход к молодому человеку. Чтобы только понравиться Дамиану, девушка много училась, изучала политику, экономику, даже военное дело было в её расписании. Атанасия изо всех сил пыталась быть лучшей для своего короля и королевства. Но у нареченной было такое чувство, будто бы этого никто не видел. Всем было всё равно, но девушка упорно трудилась, даже если этого никто не замечал. Поддержка была только от друзей Атанасии и короля Каллисфа. Правитель хоть и болел, но принимал участие в жизни нареченной. Иногда Каллисф звал на чай или просто поговорить. Они беседовали обо всем. Правитель пытался помочь восстановить отношения своих детей, но у него это не получалось, да и здоровье мешало этому. В основном, Каллисф лежал в кровати, спал, просматривал какие-то важные бумаги, что было затруднительно в его положении. Королю нравилась Атанасия. Он видел, как ей больно, поэтому пытался хотя бы оплатить своим вниманием девушке. Как казалось ему, у него это получалось, хотя в душе он понимал, что это совсем не то, в чем нуждается Атанасия.

- Госпожа, куда Вы направляетесь? Ваша комната в другом направлении, - Амана бежала за быстрым шагом своей подруги.

Она видела, как Атанасия вытирает, якобы, несуществующие слезы, скатывающиеся водопадом на щеках. Переживания Аманы сочились из души. Как помочь лучшей подруге? Как бы ей хотелось что-то предпринять, но это было не в её силах.

- Да, я знаю. Думаю, мне пора выбраться из этого заточения. Мои друзья уже заждались меня. Хотя я не планировала сегодня выходить из дворца, в принципе, как все эти прошедшие два месяца. Но меня вынудили эти отношения. Можно ли сказать, Амана, что я перестраиваюсь в более подходящий характер? Я не понимаю, как переступить, разрушить эту стену между нами. Как? – Атанасия закричала на весь коридор. – Он не хочет идти на контакт! Никак! Если не любишь, так отправь восвояси. Лучше бы я не родилась с ним в один день! Лучше бы мы вообще не были знакомы! Никогда! Ненавижу его! НЕНАВИЖУ! Но почему сердце только так и кричит о любви к нему?! Чем я заслужила такое отношения к себе? Я многого прошу? Хочу всего лишь уважения, хотя бы этого.

Атанасия оперлась на стену за углом. От слез уже ничего не было видно. Щеки покраснели, ей было жарко. Будто бы все тело горело. Она не понимала, что происходит. Пыталась, но мысли будто бы таяли, стекая вместе со слезами.

Амана подскочила к девушке. Её хозяйка находилась в истерике. Она ничего не видела вокруг. Громко всхлипывала и качалась из стороны в сторону. Амана прижала к себе голову с огненными волосами, пытаясь утешить подругу. Атанасия долго держала обиду, злость, ревность, раздражение в себе. И вот, наконец, всё высвободилось. Оказалось, всего лишь надо было узнать, что Дамиан, будущий её муж, готов поднять на неё меч. Это стало последней каплей, последней песчинкой, что заполнило сосуд. Атанасия почувствовала, что всё в глазах темнеет. Она потеряла сознание, её голова опустилась на плечо Аманы. Горничная поняла, что её хозяйка упала в обморок, и не знала, что делать. Её захлестнула паника. Амана начала гладить и бить несильно по щекам: «Госпожа, пожалуйста, вставайте. Возвращайтесь ко мне. Госпожа!».

Из угла вышла Аврелия, сестра Дамиана. Она направлялась к отцу. У них появилась традиция: читать книгу или вести беседы о чём-нибудь отстранённом (погоде, сюжете книги, знаменитых ученых голов). Аврелия, увидев сидевших девочек , побежала к ним. Она села на колени перед ними.

- Что случилось? Что с Атанасией?

- У неё была истерика. Ей стало плохо и она села около стены, потеряв сознание.

- Богиня Зея! У нее же жар! – Аврелия трогала лоб Атанасии. Она горела, трудно прерывисто дышала. – Помоги мне её поднять. Давай унесём Атанасию в комнату, ей нужно лечь в постель.

- Да, Ваше Высочество.

Амана и Аврелия подняли тело с пола. Девушки взяли с двух сторон Атанасию и понесли её в комнату. Они прошли около охраны, стоящей у двери кронпринца. Рыцари увидели эту картину, и сразу же один из них вошел внутрь.

- Ваше Высочество, за дверью ваша сестра и нареченная. Миледи потеряла сознание, её несут горничная и Её Высочество.

- Что? – в этот момент Дамиан рассматривал очередные документы. Рядом стоял Кинефрид, он держал в руках подписанные бумаги и рассказывал про новых дворян, которые недавно вошли в их круги.

Дамиан резко встал, выбежав из комнаты.

- Давай сюда, - Дамиан взял на руки Атанасию. Начал идти к её комнате. – Ты! Быстро к лекарю!

Амана побежала к целителю. Аврелия же поспешила за братом. Кинефрид как всегда пошел к королю. Он рассказывал ему всё, что происходило во дворце.

- Открой дверь, - Кронпринц зашел в комнату нареченной. Везде был белый цвет. Двери балкона бились о панорамное окно, дул сильный ветер. Балдахин был тонкий, атлас черного цвета также развивался, как и шторы, на волнах ветра.

- Аврелия, иди к отцу и скажи, что всё в порядке, - Дамиан положил Атанасию на кровать со стороны окна, а сам сел рядом.

Аврелия выбежала из комнаты. Они остались одни. Дамиан смотрел на лицо девушки. Он прикоснулся к её лицу, убирая прядь волос с губ. Кожа была горячей, щеки красными. Он видел, что Атанасии плохо, но понимал, что ничего не сможет сделать. Он наклонился к ней, его лоб тронул её. Дамиан хотел что-то сказать, но стало слышно топот людей, направляющихся к ним. Это были лекарь, Аврелия и Амана. Дамиан встал и отошел к окну.

- Ваше Высочество, я к вашим услугам.