Ангел из прошлого

22. Соучастники

— Назарий, ты здесь? — Сима негромко стучит в дверь и тут же заходит. Назарий сидит за столом, перед ним ноутбук.

— Заходи. — Он радушно приглашает ее и сам привстает, протягивает руку. — Ты просто поболтать или какое-то дело?

— Скорее — дело. — Она заминается. — Понимаешь ли… Прошло уже несколько недель, но мы еще ничего не сделали ну… насчет моего папы. Мне не хочется на тебя давить, но я чувствую себя очень странно.

— Погоди. — Назарий выставляет вперед руку. — Я понимаю твои переживания. Извини, я был очень занят — то работа, то мои проекты, то еще что-то… Чтобы найти человека, нужно немало времени.

— Когда ты забрал меня из детдома, ты был так уверен… — Сима пожимает плечами. Ее охватывает бессилие, как будто она просит о чем-то невозможном или о том, что человек все равно для нее не сделает. Но Назарий ведь пообещал, он не может обмануть.

— Ну, если хочешь, давай начнем прямо сейчас. — Он жестом приглашает ее присесть. — Я, например, не знаю о твоем отце ничего. Расскажи, какой он, как выглядит? Имя его знаешь?

— Знаю, — кивает Сима. — Я вспомнила не сразу, а когда меня уже выписали из больницы, и я попала в детский дом. Его зовут Илларион.

Назарий почему-то смеется. Сима внимательно на него смотрит — ведь она не сказала ничего смешного. Но его смех походит больше на нервный, чем на веселый.

— И больше ничего ты о нем не знаешь? — говорит он и снова усмехается. — Вот удивила. И как же я его найду?

— Может, ты посмотришь там? — Сима кивает на ноутбук. — Я слышала, что в интернете можно найти человека. А мой папа — известный художник.

Улыбка сползает с лица Назария. Он становится вдруг страшно напряженным.

— Нет, это не так, — бормочет он. Мнет волосы, озирается по сторонам. — Ты что-то напутала.

— Нет, — говорит Сима. — Я ведь точно знаю, кто мой папа. И когда я его увижу, то пойму, что это он, не ошибусь.

Назарий, кажется, все еще в замешательстве. Еще ни у кого не было столько волнения при разговоре о ее отце. Другие или злились, или смеялись над ее мечтой. Но Назарий смеялся не не над этим. Он смеялся над чем-то другим, как будто бы над своими догадками. Над чем же именно?

— Ну, если так… — говорит он и будто старается не встретиться ней взглядом, — то как же он выглядит, твой отец? Что такого отличительного есть в его внешности?

Теперь в замешательстве Сима. Раньше ей папа казался особенным, но ведь на самом деле он особенный только для нее.

— Отличительного? — переспрашивает она. — Наверное, ничего. Я просто четко помню его лицо, вот и все. У него такие же голубые глаза, как и у меня, черные вьющиеся волосы и добрая улыбка.

— Извини, мне надо срочно уйти. — Назарий вскакивает со стула. Он по-прежнему не смотрит на нее. И почему-то у него дрожат губы.

Он почти выбегает прочь из своей комнаты.

— Ой, а я хотела у тебя еще попросить… — вслед ему говорит Сима, но он ее уже не слышит. Ей нужен телефон Олега, чтобы расспросить, как прошла его встреча с Тамилой.

***

— Алло, Олег! — Назарий нетерпеливо сжимает смартфон. — Ты дома? Мне очень надо с тобой увидеться. Да, это не телефонный разговор. Пока.

Ему надо посмотреть в глаза друга, чтобы удостовериться… или нет, не так. Чтобы увидеть в них отрицание правды. Или нет… Пусть он лучше не знает никакую правду! Ведь Олег, в отличие от него, не сможет с ней жить и делать вид, что все в порядке.

И вот Назарий стоит у него в прихожей, весь на взводе, готовый ко всему.

— Что-то случилось? — непонимающе глядит Олег.

— Да, — помедлив, отвечает Назарий. — Я поговорил с Симой об ее отце.

— Теперь ты тоже знаешь, да?

Назарий подносит руку к лицу, но тут же бьет ею по стене рядом. Стискивает зубы.

— Ничего я не знаю, — бормочет он. — Это сумасшествие.

— Вообще все — сумасшествие, все, что мы с тобой делаем. — Олег подходит ближе, пытаясь заглянуть ему в лицо, но Назарий отходит и отворачивается.

— Мы? — Он неловко усмехается в его сторону. — Это только моя проблема.

— Но я молчу, значит, я — соучастник.

— Все-таки думаешь, что это правда? — Назарий искоса смотрит на него, опершись о стену.

— Уверен. И ты тоже это знаешь. Надо сказать Симе как можно скорее.

Назарий подходит к нему, слегка берет за одежду — не так грубо, как его обычно хватает папаша, с Олегом он так не может. Но его внутри всего колотит, бьет озноб. И как донести до друга, как вынудить его делать то, что нужно, а не то, что подсказывает сердце?

— Ты ничего ей не скажешь, — утверждает Назарий, потому что спрашивать в этом случае глупо.

— Я не обещал… — Олег пытается отойти от него, но Назарий удерживает его за рубашку.

— А ты пообещай!

— Она должна узнать правду и сама решить, как ей быть дальше.