Ангел любви Часть 2

Глава 18. Ничья — это когда выигрывают оба

Антэн, не отрываясь, смотрел на бледное лицо Лаки.

«Бедная моя крошка, что ей пришлось вчера вытерпеть из-за меня. Я приношу ей только неприятности, причем с самого рождения.

Он сел в кресло, поднес к губам ладонь Лаки и целуя, тихо попросил:

— Прости меня, доченька, прости за все. За то, что обрек на такую жизнь, за то, что не был рядом все эти годы. Не видел, как ты растешь, не вытирал тебе слезы и не лечил сбитые коленки. Не отмечал с тобой дни рождения и не дарил подарки, не учил читать, и много еще чего не делал. Не знаю, захочешь ли ты иметь такого отца, нужен ли он тебе, уже такой взрослой и сильной девочке? Но я прошу тебя признать меня своим отцом, и ради этого готов на все.

Не выпуская ее руки, Антэн опустился на колени.

Ресницы Лаки вздрогнули, она открыла глаза, и увидела стоявшего на коленях отца, с подозрительно блестевшими глазами.

— Папа, мне не за что тебя прощать. Я люблю тебя. Твоя просьба признает, что я твоя дочь. Теперь у меня есть отец.

Она не стала продолжать фразу словами: «И никто, и никогда теперь не назовет меня ублюдком». Эту горькую мысль она постаралась быстрее спрятать от отца, чтобы он не услышал и не стал еще больше винить себя в трудной, а зачастую и несчастливой жизни своей дочери.

Лаки приподнялась и села на кровати, прислонившись к ее спинке.

— Обними меня, пожалуйста, папа, — еле слышно попросила она.

Антэн поднялся с коленей и сел на кровать рядом с дочерью. Обняв за плечи, прижал к себе и прошептал, целуя в висок:

— Моя маленькая девочка, моя принцесса. Как бы я хотел взять на себя твою ношу. Если бы можно было повернуть время вспять, я бы все сделал иначе. Ты жила бы, как обычная девочка, интересовалась бы нарядами и мальчиками, а не разрабатывала бы планы операций и не тренировалась бы до изнеможения. Как они могли возложить на тебя функции гасителя? — сокрушенно покачал он головой. — На хрупкую и нежную девочку? Неужели для этого не хватает сильных и специально обученных мужчин? Не понимаю и не могу это принять! Почему Галлард допустил такое? Ты же его наследница, как он может так рисковать, посылая тебя на задания? Ведь любое из них может стать последним! Я до сих пор просыпаюсь в холодном поту, когда снова вижу сон, в котором ты дерешься с тем мафаром. Ведь ты тогда была на волосок от гибели, и только счастливая случайность спасла тебя! И такие задания ты выполняешь уже год?

— Три года, папа, но обычно все не так страшно. Не переживай, я хорошо подготовлена. И господин Галлард не рискует жизнью своей наследницы. Я сама убедила его, что должна знать о возложенной на клан миссии не понаслышке, поэтому Совет и пошел мне навстречу. Знаешь, некоторые задания намного легче выполнить женщине, чем мужчине, поэтому иногда меня и используют в качестве гасителя.

Девушка говорила проникновенным голосом, стараясь убедить отца, что все ее задания не более, чем уступка упрямой девчонке, желающей поиграть в гасителя, и носят более развлекательный, чем опасный характер.

Антэн недоверчиво покачал головой и поцеловал ее в лоб.

— Пора прекращать играть со смертью. Хватить носится по свету, надо осесть в Дармунде и продолжить учебу. Ты ведь преемница главы клана. Тебе нельзя останавливаться на желтом капюшоне, как всем девочкам. Надо учиться дальше и постараться заработать оранжевый.

Он испытывающим взглядом посмотрел ей в глаза. Лаки вздохнула и виновато сказала:

— Ладно, признаюсь. У меня красный капюшон.

— Я так и думал. Ты изучала «Друидскую любовь», — расстроено произнес Антэн. — И кто же учил тебя? Кто посмел рассказывать девочке все подробности о сексе? А как ты сдала экзамен и кому?

Его голос стал жестким и требовательным. Он ждал ответа, не сводя глаз с дочери.

Она не стала отводить взгляд и как можно беспечней ответила:

– Папа, почему ты так рассердился? Кто в Дармунде не читал «Друидскую любовь»? Ее все читают, и мальчики, и девочки. Да там и читать нечего, пара глав всего, а в них набор банальностей о сексе. Пап, да в наше время в Сети такое можно прочитать и увидеть, что эта книжка кажется детской. Никто меня не учил по ней, — с широко раскрытыми правдивыми глазами продолжила Лаки. — Совет посчитал, что у преемницы главы кланы обязательно должен быть красный капюшон. Поэтому господин Галлард дал мне выучить какие-то две главы из книги, которые никто никогда в ней не видел, что-то о целебных зельях. Я добросовестно все вызубрила, а потом сдала экзамен Совету. А красный капюшон я получила за то, что усовершенствовала рецепт одного зелья, которое широко используется.

Антэн вглядывался в ясные бирюзовые глаза дочери, пытаясь определить, насколько она откровенна с ним.

— Ты сама не замечаешь, как цитируешь фразы из книги, кстати, не входящие в раздел о зельях.

— Правда? — искренне удивилась Лаки. — Это только доказывает, что книга — набор банальностей, известных всем, и я не пойму, почему ты так разгорячился?

Она специально ушла от темы «Друидской любви» и заботливо поинтересовалась:

— Скажи лучше, как ты себя чувствуешь? Рука сильно болит?

Антэн тоже решил сменить тему, понимая, что больше от нее ничего не добьется.