Ангел с человеческим сердцем

Глава 2. Голоса

Ник и Роберт выглядели очень взрослыми в костюмах и галстуках, а девушки, несомненно, сияли в вечерних  платьях.

Мы сидели уже минут пятнадцать, изредка переговариваясь о незначительных вещах, и меня начинало раздражать то, как смотрел на меня Роберт. Вообще от него исходила странная отталкивающая аура.  Ужасные, прожигающие взгляды,  которые он бросал в мой адрес,  казалось, сканировали душу.

Он смотрел прямо перед собой в момент, когда у меня вдруг заложило уши и сердце забилось в районе горла. Я не сводила с него глаз и точно знала, что он молчал, тогда как в моей голове отчетливо раздался его голос:

«Вы сильно давите на нее! Она не выдержит… Пожалуйста, не надо так».

Я  чуть было не вскочила от неожиданности, но удержала себя на месте неимоверными усилиями и вопросительно посмотрела  на него. Он поднял на меня свой, не менее вопросительный взгляд. Глубоко вдохнув воздух, попыталась успокоить взбунтовавшуюся фантазию, повторяя про себя:

«Все хорошо, Элизабет. Показалось. Это проклятые транквилизаторы… Только никому не говори об этом, иначе окажешься в смирительной рубашке!»

Опустила глаза и нервно затеребила браслет на руке, когда вновь услышала голос, но уже не Роба:

«Это не твое дело, Роберт!»

Он снова смотрел на меня, но теперь в глазах отражалось нечто похожее на жалость.

«Что за черт? Неужели схожу с ума?»

Яркое дежавю пронзило до самого сердца от последней мысли, но с чем было связано, не смогла понять. В голове уже роились мысли, только ни одну из них поймать не удавалось - они ловко выскальзывали из неуклюжих пальцев моего израненного сознания.

«Я что слышу голоса? Нет - не то… Голоса обычно разговаривают конкретно с тобой, а мне показалось, что они отвечали друг другу и совершенно не рассчитывали на то, что я их услышу».

Во время попыток унять разбушевавшееся сознание, принесли горячее,  все тут же приступили, кроме меня и Роба. Он снова странно смотрел на меня, но в этот раз  взгляд был другим - пронизывающим, отчужденным и жалостливым.  Хотелось выбежать из ресторана и убежать куда глаза глядят, только бы не чувствовать на себе этот измученный  виноватый взгляд.

Потеряв  всякий аппетит, несмотря на то, что  берегла его, так и не поев дома, стала ковырять ложкой суп, даже не удосужившись попробовать.

 К концу поедания первого блюда, ребята оживленно обсуждали поход в кино на следующей неделе и пытались втянуть меня в разговор. Я отвечала коротко,  не задумываясь, только бы они поскорее оставили меня в покое.  Роб любезничал с Сони, а та оживленно хихикала, но время от времени я тонула в шоколаде его глаз, совершенно ничего не понимая.

«Кто эти люди, которых  я называю друзьями? Почему они себя так странно ведут? И что это был за разговор в моей голове, участником которого я стала невольно?»

Нужно было остаться наедине с собой, иначе  предчувствовала, что могу выкинуть что-то не очень умное.

Принесли второе, и  ребята стали радостно опустошать свои тарелки. Я встала, извинившись, и  ощущение дежавю накрыло меня  во второй раз, когда Ник схватил меня за руку и предложил помощь. Я отказалась и вышла.

Воздух был желанно прохладным,  но на улице, кроме стоявшего ко мне спиной человека, никого не было. Я судорожно схватилась за парапет и опустила голову вниз.

"Такое ощущение, что я что-то пропустила из своей же жизни. Друзья меня не узнают, что-то не так с моим душевным состоянием и из памяти выпал целый кусок  жизни со всеми впечатлениями, ощущениями, радостями и слезами. Постоянное дежавю можно  списать на потерю памяти,  но изменения в отношении к друзьям…"

Странные голоса, непонятность происходящего и уже  надоевшие мне разборки с самой собой стали той самой солью, которую кто-то невидимый сыпал мне на рану.

Уже скоро мне надоело стоять вот так в одиночестве и разбирать аврал в своем внутреннем мире. 

«Если мне слышатся голоса, значит, я  сошла с ума!  Но плюсы есть во всем! И даже в этом. В данной ситуации   можно послушать, о чем они говорят без чувства вины. Ведь это не я ворвалась в их разговор, а они влезли в мою голову».

Я уверенно  развернулась в сторону входа.

Человек у ресторана все ещё стоял ко мне спиной. Все бы ничего, только он просто стоял. Не курил, не высматривал кого-то, а просто стоял. И  в ресторан  не собирался, судя по  наряду: кроссовки, спортивные фирменные штаны и футболка.

…Улыбнувшись и извинившись перед друзьями еще раз, я села за стол, и принялась за еду.

«Если настроение уже не вернуть,  хоть поем от души, так сказать, отомщу талии за несправедливость мира!»

- Хорошо, что вернулась в этот раз… - загадочно произнес Ник, и ребята довольно расхохотались, как будто он озвучил их мысли.

Я так и осталась сидеть с вилкой в руках, не понимая предъявленного обвинения.

"Наверное, пора привыкать к состоянию «казалось, что хуже быть не может, но оказалось, что у меня бедная фантазия…»

Вопросительно посмотрев на ребят, увидела смущение Ника и испепеляющую злость во взгляде Роба.

Мое терпение закончилось. Я  встала из-за стола и собралась уйти, краем глаза успев заметить, что Роб вскочил. Его  остановил голос в моей голове:

«Пусть идет!»

На что Роб почти закричал:

«Не надо ее так мучить!!! Она здесь не при чем!»

«Мы почти закончили, Роберт, ты можешь быть спокоен, завтра уже будем дома».

Усилием воли, которая была сегодня в ударе и ни разу меня не подвела, я не остановилась и выбежала из ресторана под крики Лорен:

- Роб, почему ты стоишь, она же в таком состоянии за руль сядет!?

Больше я ничего не слышала - то и дело,  спотыкаясь на каблуках, бежала к машине, припаркованной за углом,  сдерживая рвущиеся из груди рыдания.

Заблокировав двери уже изнутри и откинувшись на сидении, пыталась утихомирить ненависть и злость на несправедливость окружающего мира.