Ангел с человеческим сердцем

Глава 20. Законы Хранителей

Я уставилась на его профиль, вновь пытаясь утихомирить разыгравшиеся гормоны и краем сознания понимая, что нравится себя дразнить. Он держал руль одной рукой, точнее просто положил ее на руль, даже не сжимая на нем пальцы,  а другая покоилась на его ноге.

Из дебрей моего воображения, уже рисовавшего всякие постыдные картинки, вывел его голос, ничуть не изменившийся с тех пор, как Дэвид перестал быть Хранителем.

- Ты должна научиться переносить туда людей.

- Кого? Куда? –  с трудом возвратилась в реальность и не сразу поняла, о чем говорит.

- Элизабет, смотри перед собой, сейчас мне нужен твой разум!

- Да, прости… - я приложила к губам тыльную сторону ладони, пытаясь скрыть смех и стыд одновременно.

Он снова улыбнулся.

- Повтори, пожалуйста, - приходя в чувства, попросила его.

- Ты должна провести в их мир меня, только тогда я смогу тебе помочь.

- Ты с ума сошел!? Хочешь, чтоб они сожгли тебя на моих глазах?

- Еще раз повторяю: ты одна туда не пойдешь! И если понадобится, я найду способ стереть тебе память снова, но одну туда не пущу!!!

Он дал по тормозам, припарковался у обочины, и уже спокойно произнес, глядя прямо перед собой:

- Я не смогу сидеть и ждать, гадая, отпустят они тебя обратно или нет…

- Но, ты тоже пойми меня - я не умею этого делать! Я  там еще шагу не успевала ступить, как портал закрывался.

- Мы вместе научимся, это не только твоя цель и желание -  я тоже этого хочу.  Правда,  сам ничего уже не помню касаемо их мира - мне также подчистили память…

- А почему  обо мне не заставили забыть?

Он пожал плечами:

- Своего рода наказание… - и протянул руки, приглашая, - Иди ко мне.

Перебралась на водительское сидение и, стараясь избегать взгляда, села к нему на колени.  Как только моя голова коснулась его груди, холодные пальцы пробежались по моим шее, щекам и губам. Дыхание участилось у обоих, и я не скрывала этого, судорожно вдыхая воздух.

- Сосредоточься, милая, я не специально тебя дразню. У меня есть одна мысль... Хочу ее проверить. 

Попыталась изо всех сил сделать то, что он просил. В целом получилось, но затрачено мной было на разумное мышление и игнорирование его близости немало усилий.

Дэвид говорил, объясняя смысл задуманного, а я не могла не думать о его руках, смело гуляющих по моему телу.

- Рассчитывалось, что в случае нарушения закона о неразглашении тайны  их существования наказывается Хранитель, а подопечный просто забывает о нем и живет прежней жизнью. Но мало того, что ты сама себе вернула память, так еще и портал нашла.  Это исключительный случай в практике Хранителей, о котором они еще даже не догадываются… Следовательно,  не готовы к такому повороту и не ждут посягательств на их территорию…

Он взял меня за шею и осторожно наклонил назад голову, продолжая свой монолог ледяными мурашками по коже:

- …Так же не рассчитывалось, что подопечный сможет возобновить контакт с бывшим Хранителем,  не став его жертвой. В этом тоже ты их превзошла. Теперь нужно использовать твои умения направленно, ведь никто не знает ни в теории,  ни в практике, как отреагирует твое тело и разум на мои прикосновения, так что…

- Я ни черта не поняла, но  согласна попробовать! - призналась поспешно, не в силах больше выносить ожидание, -  Только одно «но»: откуда ты знаешь законы, ты же не должен их помнить?

- Законы Хранителей знают даже вампиры, а местонахождение порталов, коды и секретные файлы, стирают.

Он, помолчал немного, перебирая мои волосы, а после задал волнующий вопрос:

- Ты боишься боли?

- С тобой нет! – отрезала слишком отчаянно и не соврала.

Это действительно было так. Боль, конечно, не была желанной, и даже мысль о ней отзывалась дрожью в теле. Но страхом это состояние уже не назовешь - естественное  неприятие.

 Кому бы хотелось собственноручно делать себе больно?

- Прости, что заставляю снова переживать этот ужас… Клянусь, если ничего не получится, я больше не посмею затрону эту тему.

Согласно кивнула в ответ.

- Расслабься… Когда будешь готова, произнеси мое имя, и представь место, куда хочешь нас перенести.

Коснувшись его губ, постаралась расслабиться и стала углублять поцелуй, крепко зажмурив глаза.  Собрав всю волю в кулак и,  немного отстранившись, произнесла несколько раз подряд самое дорогое имя, которое кроме боли приносило безграничную радость и счастье. И, задержав дыхание, в ожидании  накатывающего приступа,   почувствовала, как его руки стали ласкать мою спину, а язык настойчиво и ласково касался моего рта, губ и проникал внутрь.

- Люблю тебя… Люблю… - произнес он и снова прильнул к моим губам.

От сумбурности чувств не могла сосредоточиться ни на одном из них конкретно, и поэтому боль была ощутима не как прежде, оставляя рваные раны, а значительно мягче. Тело рвалось ответить на его ласки, затмевая приступ, а разум в напряжении метался от чувства страсти к боли, позволяя этим самой принять решение и сделать выбор. Я его сделала - сосредоточилась на ласках.

«Я здесь с ним, он прижимает меня к себе, и от желания схожу с ума!» - словно мантру мысленно повторяла про себя, и уже улавливала шум воды, манящей своей жизненной силой.  Вот она ласкает своей прохладой щиколотки и икры ног. Ее становится все больше, и вскоре окунаюсь в нее вся.

Я ждала ее.

Дэвид внезапно оторвался от меня, тем самым вернув мне способность мыслить,  и восторженно прошептал, касаясь губами моего виска:

• Получилось…

Отвернувшись от него, я увидела, тот самый обрыв, где он впервые поцеловал меня. Не успела  открыть рот от удивления, как боль снова атаковала, согнув пополам.

Его сильные руки, удержали за талию, и резко развернули к себе.  А дальше настоящее безумие: прохладные ладони ласкали мое тело уже под платьем, скользили по спине и ниже.  Я  во всю раздумывала над тем, что его ласки стали смелее, когда поняла, что приступ закончился, а я думала совсем о другом.