Ангел. Ты (не) пожалеешь

Глава 18. Новый год

Ангелина

На пороге, держа в руках изящный букет белых хризантем и бутылку дорогого шампанского, в идеально сидящем костюме стоял... Артем. Тот самый друг Всеволода, который буквально вчера вызволил нас из снежного плена. Его взгляд сразу же сосредоточился на мне, и лицо озарилось узнающей, чуть смущенной улыбкой.

Рядом с ним стояла ухоженная женщина с добрыми глазами, которая смотрела на нас с мамой с искренней теплотой.

— Ой, проходите, проходите, Раиса Сергеевна! — засуетилась мама, сияя от радости. — Лина, чего стоишь? Помоги гостям раздеться!

— Наталья Ивановна, — входя в квартиру, начала гостья с легким, приятным волнением в голосе, — а это мой сын. Неожиданно оказался свободен, вот и решил составить компанию.

— Артем. Очень приятно. Спасибо за приглашение, — обратился он к маме, протягивая подарки. Его голос был спокойным и располагающим.

Я, наконец, немного отойдя от шока, сдвинулась с места, помогая гостям.

Артем аккуратно принял пальто у матери, повесил его, а затем медленно снял свое. Его взгляд снова скользнул по мне, по моему серебристому платью, но в его глазах не было ни капли надменности или оценки — лишь простое, душевное любопытство и открытость. И я испытала волну облегчения, почувствовала, как паническое ожидание «свидания вслепую» сменяется легким, почти веселым любопытством. Этот вечер, возможно, не будет пыткой.

Мы расположились за праздничным столом, ломившимся от маминых кулинарных шедевров. Там, в лучших традициях Нового года, красовался незаменимый «Оливье», селедка под шубой, чьи слои напоминали геологические пласты, заливное с таким прозрачным бульоном, что сквозь него можно было читать газету, и тарелка с красиво уложенной нарезкой, на которую было жаль дышать.

Артем легко и уместно шутил, предложил с церемониальным видом откупорить принесенное шампанское, и хлопок пробки прозвучал как стартовый выстрел для праздника.

В углу комнаты волшебно сверкала и переливалась всеми цветами радуги елка. Ее огоньки добавляли всему происходящему нотку новогоднего волшебства. Чтобы не пропустить бой курантов, на стене гудел телевизор, откуда доносились знакомые мелодии и предновогодние шутки, но мы почти не обращали на него внимания. Нам было весело и без него.

Мама и Раиса Сергеевна, словно два дирижера, старательно расхваливали наши «достоинства», а мы с Артемом лишь обменивались понимающими взглядами, храня наш маленький, невинный секрет о том, что мы уже немного знакомы.

Выйдя на кухню за добавкой салата, я услышала за собой шаги. Обернувшись, увидела Артема. Он вошел вслед за мной и остановился на пороге, привалившись к косяку двери с видом заговорщика, идущего на тайное свидание.

Я в это время открыла дверку холодильника и погрузилась в поиски заветного контейнера с «Оливье». Увидев аккуратно убранный в дальний угол, за банку с солеными грибами, пластиковый сосуд, я потянулась за ним, но моего роста оказалось недостаточно.

Артем мгновенно сориентировался, быстро подошел и одним точным движением, без лишних усилий, снял с полки посуду с салатом.

— Моя маман, — тихо признался он, с легкой, самоироничной улыбкой покачивая головой, — хочет непременно меня женить и делает для этого все, что в ее силах, вплоть до организации «случайных» встреч у коллег. Но теперь я даже рад, что поддался на ее уговоры отпраздновать Новый год не в своей берлоге.

— И я рада, что нашим гостем оказался именно ты, — улыбнулась я в ответ, ощущая, как нарастает странное чувство солидарности. — Ты не поверишь, у нас та же история. Только моя мама еще и внуков требует.

Мы рассмеялись, и в этом смехе было что-то освобождающее. Мы были по одну сторону баррикад.

Он помог мне переложить салат из контейнера в хрустальный салатник. Но, когда я уже собиралась с торжествующим видом возвращаться в комнату, Артем легким, почти невесомым прикосновением к моей руке остановил меня.

— Лина, предлагаю заключить договор, — неожиданно выдал Артем, и в его глазах заплясали озорные огоньки. — Давай сделаем для них видимость, что у нас есть взаимный интерес. Хоть немного успокоим их, чтобы не мешали жить и не подсовывали новых кандидатов. А там... видно будет.

Идея показалась мне гениальной в своей простоте. «Почему бы и нет?» — подумала я.

— Я не против, — согласилась я, уже представляя, как будет счастлива мама, получив, наконец, «доказательства» моей личной жизни.

Артем с рыцарским видом взял из моих рук салатник и галантным кивком пригласил идти в комнату. С этого момента вечер изменился, превратившись из неловких смотрин в легкую, изящную комедию.

Вернувшись за стол, Артем начал оказывать мне самые настоящие знаки внимания: подливал сок, предлагал самые вкусные кусочки, ловил мой взгляд и улыбался. А я с удовольствием принимала эту игру, отвечая ему легким кокетливым взглядом и благодарными кивками.

Наблюдать за нашими матерями было отдельным удовольствием: они, наконец, расслабились, перестали напряженно подталкивать нас друг к другу и просто наслаждались праздником, перешептываясь и смотря на нас с умилением.

И, честности ради, должна признать: Артем мне нравился. Не так, чтобы сразу выскочить за него замуж, но как человек — невероятно. Он был естественным, не пытался казаться тем, кем не был. С ним было легко и спокойно. Он видел во мне просто «нормальную девушку», как он сам позже выразился, и это было удивительно приятно.