Ангел Хранитель

Глава 12

Я была обескуражена, когда в подвал спустя час после моего «заселения» спустился Диас Канатович.

– Гульмира душечка, – коллега отца запнулся, протер свои круглые очки. – Мне очень прискорбно сообщать вам, что вы моя пленница.

– Неужто? – мне хотелось плюнуть в его лицо, но я сдержалась.

– Увы Гульмира, но твой отец не оставил мне выбора. Если бы вы знали, сколько денег он перевел на швейцарские счета.

– А вам то, что?

– Мне… – он осунулся и будто уменьшился в размере. – Да вы знаете, сколько я горбачусь на Азамат Тахировича?

– Пятнадцать лет.

– Совершенно верно. И что я за это получил?

– Особняк в пригороде Астаны, солидный банковский счет.

– Да… – Есен запнулся, – а может быть я хочу быть вице-президентом, как ваш отец.

– Так вы и так правая рука отца.

– И всего лишь директор департамента, – на его круглом лице читалась неприязнь. – Хочу быть управляющим директором, как минимум.

– И каков ваш план?

Он сразу заулыбался.

– Вот именно об этом я хотел рассказать! Мой человек сейчас направляется в Ботанический сад. Там он должен получить выкуп один миллион вечно зеленных американских долларов.

– И вы меня отпустите? – спросила я с надеждой в голосе.

– Ну что вы душечка, неужели вам не нравится мое общество.

– Ни сколько.

– Зря вы так… а вот я к вам прикипел. После того как я получу выкуп, вам будут отрезать по пальцу, каждых несколько дней. Я буду повышать сумму выкупа.

– Вы не посмеете, – произнесла я побледневшими губами. Во рту пересохло. Липкий страх обволакивал меня со всех сторон. Я будто проваливалась в бездну.

Из транса меня вывел елейный голос зама:

– Прелесть моя, да вы не расстраиваетесь, вам не будет больно. А вот и наш доктор.

В подвал спускал рослый мужчина, со страшным шрамом на все лицо.

– Знакомьтесь это Шрам.

Мужик оскалился, демонстрируя золотые и металлические зубы.

– Двадцать лет лагерей, – буднично продолжал Диас Канатович, – раскрыли настоящий талант в этом человеке. Он может филигранно оскопить или снять кожу с еще живого человека. Афганцы это называют «красный тюльпан», честно на любителя.

А между тем Шрам начал разворачивать инструменты на кособоком журнальном столе.

– Горите в аду, – произнесла я, практически теряя сознание.

– Гульмира, ну зачем нам ссориться. Мы же знаем друг друга всю жизнь. Вы же в детстве были паинькой. Вам сделают укольчик, вы ничего не почувствуете. Раз… и нет у вас мизинца на левой руке. Это же не критично. Вот если бы указательный палец на правой, но я же не изверг.

Шрам медленно вколол укол в пузырёк, набрал его, спустил воздух. Резко схватил мою левую руку и поставил укол.

– Ну вот и прекрасно, – Есен захлопал в свои полные ладошки. – Подождем минут десять, когда подействует обезболивающее.

Электронные часы неумолимо отсчитывали время моей экзекуции.

– Время, – произнес Есен.

Шрам зафиксировал мою левую руку на эшафоте, правая была пристегнута наручниками к батарее. Поднес к мизинцу огромный тесак. Я зажмурилась в ожидании удара.

Зазвонил телефон.

– Ну что за беспардонность, – Диас Канатович остановил экзекуцию и достал мобильник из кармана брюк.

Он слушал. Его лицо побагровело. Он резко произнес:

– Шрам… с пальцем пока отбой. Бери девку и инструменты, надо валить. Нас вычислили. У нас есть пару минут.

Я была на седьмом небе от счастья. Неужели левый мизинец останется со мной, хотя бы на время.

Освободив от наручников Шрам повел меня наружу. Нас уже ждал исполинский внедорожник. Ели взобралась в эту «Тундру». Урча и нехотя вездеход набирал обороты. Не успели мы отъехать от элитного поселка, как к нам присоединился почетный кортеж. Несколько полицейских машин попытались нас обогнать. Шрам как заправский гонщик выруливал то вправо, то влево, подрезая преследователей и не давая им нас окружить.

Когда он понял, что впереди нас ждет засада из нескольких патрульных машин он вдарил по тормозам. Но было поздно. Наша «Тундра» затряслась, когда мы проехали по авто заграждению с торчащими шипами.

Машину повело в сторону.

– Посадки, гони в посадки, – кричал с пеной у рта Есен, растеряв всю свою чинность и размеренность.

Шрам резко повернул направо, и мы съехали с дороги в сторону лесопосадок. Машину нещадно трясло, мы ехали по грязи. Покрышки прекратили свое существование, а титановые диски не предназначались для езды по бездорожью. Огненный солнечный диск быстро растворялся за кронами деревьев.

Не доезжая десятка метров до лесополосы, машина остановилась. Есен выскочил и побежал за деревья. Шрам с грацией бульдозера приобнял меня, и мы проследовали в сторону лесополосы. Позади слышался лай собак и крики полицейских. Один из голосов напоминал Тимура, скорее всего послышалось.