Ангелия. Королевская кровь и сталь.

Глава 41. Шепот жизни.

Ангелия.

Темнота. Густая, непроглядная, как смола, она обволакивала меня, лишая всякого ощущения времени и пространства. Я была в ней, но не была. Словно призрак, блуждающий между мирами, я чувствовала лишь отголоски того, что когда-то было реальностью. И даже эти отголоски были искажены, словно звуки, доносящиеся сквозь толщу воды.

Я слышала голоса. Они были знакомы, родные, но звучали так далеко, так приглушенно. Аэрон… его голос, всегда такой уверенный, сейчас казался надломленным, полным тревоги. Инеш… его смех, обычно такой заразительный, теперь был лишь тихим, прерывистым вздохом. Линет… его слова, всегда полные мудрости, теперь были лишь шепотом, едва различимым в этой бездне. И Алис… ее тихий, безутешный плач пронзал мою душу, заставляя сердце сжиматься от боли, которую я не могла выразить.

Я пыталась открыть глаза. Пыталась пошевелить пальцами, почувствовать хоть что-то, кроме этой всепоглощающей пустоты. Но тело не слушалось. Оно было чужим, тяжелым, словно погруженным в вечный сон. Я чувствовала, как что-то проникает в меня, что-то холодное и жгучее одновременно. Темный яд. Я знала это. Красные всадники… их лица, искаженные злобой, мелькали перед глазами, как кошмарные видения.

Но сквозь эту боль, сквозь эту темноту, пробивался другой свет. Теплый, мягкий, как солнечный луч, пробивающийся сквозь листву. Это был голос Лорда Дариона. Я чувствовала его присутствие рядом, его дыхание на моей коже. Он сидел у моей постели, я знала это. И он не оставлял меня.

Я чувствовала, как крохи его магии, словно живительные капли, проникают в меня, борются с ядом, с этой тьмой. Это было не просто исцеление. Это было вливание надежды, вливание жизни. Я чувствовала его переживания, его страх. Он боялся потерять меня. И это знание, эта его забота, давала мне силы.

Иногда, в редкие моменты просветления, я видела его. Его лицо, склоненное надо мной, его глаза, полные нежности и беспокойства. Он смотрел на меня. Даже сейчас, когда я была так слаба, так уязвима, он видел во мне что-то прекрасное. Это было странное, но такое утешительное чувство.

Воспоминания нахлынули, как волны. Мой дом. Могучий лес, его вековые деревья, его тихие поляны, его шепот ветра в кронах. Родители... Их теплые объятия, их ласковые слова. И мой маленький братик… Я никогда не видела его. Он родился после того, как я покинула дом. Интересно, как он растет? Улыбается ли он? Похож ли на меня? а мои друзья Духи, Леша и Рия, как они там...

Слезы текли с моих закрытых глаз, но я не могла их остановить. Это были слезы тоски, слезы сожаления, слезы любви. Я хотела вернуться. Хотела увидеть их всех снова. Но силы не было. Даже чтобы открыть глаза, чтобы сказать им, что я жива, что я борюсь.

Я чувствовала, как целители работают. Их руки, их заклинания, их молитвы. Они боролись за мою жизнь, каждый по-своему. И Лорд Дарион… он был их маяком, их опорой. Его магия, его решимость, его вера в меня… все это сплеталось в единый поток, который боролся с ядом, который возвращал меня к жизни.

Я не знала, сколько времени прошло. Дни? Недели? Но я чувствовала, как тьма отступает. Как голоса друзей становятся громче, яснее. Как тепло Лорда Дариона проникает глубже, наполняя меня силой. Я все еще была слаба, но я чувствовала, что возвращаюсь. Возвращаюсь к свету. Возвращаюсь к жизни. И я знала, что я не одна в этой борьбе.

Лорд Дарион.

Тишина в ее комнате, обычно наполненная шелестом пергамента и скрипом пера, сегодня была густой, почти осязаемой. Она давила на грудь, как камень, отражая безмолвное отчаяние, которое я чувствовал, глядя на Ангелию. Она лежала на кровати, бледная, словно фарфоровая кукла, с закрытыми глазами, и лишь едва заметное движение ресниц выдавало, что жизнь еще теплится в ней. Граница. Это слово, как ядовитый шип, впилось в мое сердце. Граница между жизнью и небытием, куда ее унес тёмный яд.

Я перерыл все. Древние фолианты, пыльные свитки, забытые трактаты. Мои пальцы, привыкшие к тонкой коже пергамента, теперь были покрыты пылью веков. Я искал не просто лекарство, а чудо. И, казалось, нашел его в одном из самых старых и потрепанных свитков, спрятанном в тайнике моей библиотеки. "Ритуал Возвращения Души из Запределья". Звучало грозно, но в нем была надежда. Надежда, которая горела во мне ярче любого пламени.

Ритуал требовал не только редких ингредиентов, но и глубокой связи между проводящим и тем, кого возвращают. Связи, которая должна была стать якорем, не дающим душе окончательно раствориться в пустоте. Я знал, что это будет опасно. Я знал, что это может стоить мне всего. Но мысль о потере Ангелии была невыносима. Она была не просто моей ученицей. Она была светом в жизни многих людей, надеждой, королевской кровью, искрой, которая разгоняла мрак. Ее ум, ее любознательность, ее заразительный смех – все это было нам всем дорого. И, признаюсь себе в тишине этой комнаты, она нравилась мне больше, чем следовало бы наставнику и ученице. И я не просто не мог, дать ей умереть, она слишком важна, для этого мира.

Я подготовил все. На полу комнаты, где лежала Ангелия, я начертил сложный узор из серебряной пыли и крови. В центре – ее кровать. Вокруг – символы защиты и притяжения. Я зажег свечи из черного воска, их пламя отбрасывало причудливые тени на стены, делая комнату еще более таинственной.

Когда все было готово, я встал у ее изголовья. Ее дыхание было едва слышно. Я взял ее руку, холодную и безвольную. Моя собственная рука дрожала, но не от страха, а от напряжения. Я начал произносить слова ритуала. Древние, звучащие на языке, который мало кто помнил. Слова, которые должны были пробить завесу между мирами.

– Душа, что блуждает в тенях, услышь мой зов! Тело, что спит в объятиях забвения, откройся свету! Я, Лорд Дарион, призываю тебя вернуться!

С каждым словом я чувствовал, как энергия наполняет комнату. Воздух стал плотнее, свечи затрепетали сильнее. Я чувствовал, как моя собственная жизненная сила перетекает в узор на полу, в символы, в саму Ангелию. Это было похоже на то, как если бы я тянул невидимую нить, связывающую меня с ней, и эта нить становилась все крепче и крепче.