Ангелос

Глава 13

66 г. до н.э.

…Ло­шадь прин­цес­сы бы­ла бе­лой. Дея­ни­ра ска­ка­ла на гне­дой. Солн­це бли­зи­лось к за­ка­ту, но нуж­но бы­ло ус­петь до­б­рать­ся хо­тя бы до пер­во­го по­се­ле­ния. Са­ма Дея­ни­ра мог­ла но­че­вать в серд­це ле­са, но пой­ти на та­кое, со­про­во­ж­дая прин­цес­су Фою, дочь ца­ри­цы Ори­фии не­до­пус­ти­мо. Она долж­на обе­ре­гать де­вуш­ку це­ной сво­ей жиз­ни.

Уже чет­вер­тый час они ска­ка­ли без ос­та­нов­ки, но мог­ли про­быть в пу­ти еще столь­ко же, не тра­тя вре­ме­ни на при­вал. Ама­зон­ки при­над­ле­жа­ли к чис­лу силь­ных пред­ста­ви­тель­ниц сво­его по­ла. Ло­ша­ди на­езд­ниц мог­ли про­бе­жать без ус­та­ли еще не од­ну ска­ли­стую до­ро­гу. Им лишь нуж­но бы­ло на­пить­ся во­ды, так как день вы­дал­ся зной­ный.

За­пах кон­ско­го по­та въе­дал­ся в ко­жу. Дея­ни­ре это бы­ло не страш­но, мож­но счи­тать, что вся ее жизнь про­хо­ди­ла вер­хом на ло­ша­ди. Но Фоя, хо­тя и вос­пи­ты­ва­лась в ду­хе сво­его на­ро­да, рос­ла в со­вер­шен­но иных ус­ло­ви­ях. Она вос­пи­ты­ва­лась в Ама­сье, древ­ней сто­ли­це Пон­тий­ско­го цар­ст­ва. Прин­цес­сы ро­да ама­зо­нок счи­та­ли се­бя впра­ве обу­чать­ся в этом го­ро­де, так как в дав­ние вре­ме­на эта об­ласть при­над­ле­жа­ла цар­ст­ву ама­зо­нок. До­ка­за­тель­ст­вом это­му слу­жи­ло са­мо на­зва­ние Ама­сьи, ко­то­рое име­ло свои кор­нем сло­во «ама­зон­ка». Пять лет на­зад этот ве­ли­че­ст­вен­ный го­род был за­хва­чен рим­ля­ни­ном Лу­кул­лом, и Фоя бы­ла ото­зва­на ма­те­рью до­мой в го­ры над Ал­ба­ни­ей, к гра­ни­це со скиф­ски­ми пле­ме­на­ми ге­лов и ле­гов. В Ама­сье - цен­тре на­ук и ис­кусств Фоя обу­ча­лась все­му, что долж­на знать и уметь прин­цес­са. У нее бы­ли луч­шие учи­те­ля. В на­став­ни­ках Фои чис­ли­лись са­мые из­вест­ные мыс­ли­те­ли Пон­та. К че­тыр­на­дца­ти го­дам Фоя по­лу­чи­ла дос­та­точ­но зна­ний, что­бы уез­жая из Ама­сьи, вер­нуть­ся на Ро­ди­ну дос­той­ной прин­цес­сой. Мать Фои, ца­ри­ца Ори­фия, про­жи­ва­ла у ре­ки Мер­ма­да­ли­да, ко­то­рая и раз­де­ля­ла ее стра­ну с зем­лей ски­фов.

Дея­ни­ра же всю свою жизнь про­ве­ла в этих кра­ях и как все ама­зон­ки вы­пол­ня­ла от­ве­ден­ную ей ра­бо­ту. Кто-то за­ни­мал­ся па­хо­той или са­до­вод­ст­вом, кто-то уха­жи­вал за ско­том. В осо­бен­но­сти ама­зон­ки це­ни­ли и раз­во­ди­ли хо­ро­ших ло­ша­дей. Ло­ша­ди их от­ли­ча­лись гра­ци­ей, но, не­смот­ря на свой утон­чен­ный вид, бы­ли край­не вы­нос­ли­вы­ми и пре­крас­но при­спо­соб­лен­ны­ми для гор­ной ме­ст­но­сти. Осо­бо це­ни­лись раз­во­ди­мые в этих об­лас­тях ло­ша­ди зо­ло­ти­стой мас­ти. Наи­бо­лее силь­ные ама­зон­ки за­ни­ма­лись охо­той вер­хом на ло­ша­дях, а так­же во­ен­ны­ми уп­раж­не­ния­ми. Имен­но во­ен­ная сте­зя и яв­ля­лась де­лом Дея­ни­ры, она со­стоя­ла в лич­ной ох­ра­не ца­ри­цы Ори­фии. С юно­сти у Дея­ни­ры, как и у мно­гих ама­зо­нок, бы­ла вы­жже­на пра­вая грудь, что­бы она мог­ла сво­бод­но поль­зо­вать­ся пра­вой ру­кой при ме­та­нии ко­пья и стрель­бе из лу­ка, и мог­ла но­сить за спи­ной стре­лы. Дея­ни­ра пре­крас­но управ­ля­лась так­же и бое­вым то­по­ром. Лег­кий щит, ко­то­рым в нуж­ное мгно­ве­ние она мог­ла ог­ра­дить се­бя и ца­ри­цу, все­гда был при ней. На поя­се из зве­ри­ной шку­ры у Дея­ни­ры был при­кре­п­лен ост­рый нож, так­же у нее имел­ся ха­рак­тер­ный меч ама­зо­нок.

Ко­неч­но, у прин­цес­сы Фои бы­ло пре­крас­ное те­ло, и ее не кос­ну­лась участь жен­щи­н-вои­тель­ниц. Ее пред­на­зна­че­ни­ем бы­ли не во­ен­ные и не па­хот­ные де­ла. На­про­тив, прин­цес­са долж­на бы­ла со­хра­нить всю свою кра­со­ту и про­из­ве­сти на свет на­след­ни­цу. Са­ма Фоя об­ла­да­ла не­обык­но­вен­но при­тя­га­тель­ной и яр­кой внеш­но­стью. Длин­ные тем­но-каш­та­но­вые во­ло­сы Фои бы­ли за­пле­те­ны в ко­су и под­ня­ты вы­со­ко, что­бы прин­цес­се не бы­ло жар­ко в столь душ­ный день. Дея­ни­ра вос­хи­ща­лась тем, как стой­ко де­вуш­ка пе­ре­но­сит до­ро­гу и как ров­но дер­жит­ся в сед­ле. «Ис­ти­ная цар­ская кровь те­чет в ее жи­лах!» - ду­ма­ла про се­бя жен­щи­на. Ведь не толь­ко мать Фои яв­ля­лась ца­ри­цей, от­цом ее был Ве­ли­кий пра­ви­тель и пол­ко­во­дец Гай Юлий Це­зарь. Толь­ко об этом не при­ня­то бы­ло упо­ми­нать и, в си­лу обы­ча­ев ама­зо­нок, об этом сле­до­ва­ло во­все за­быть на­ве­ки. Ама­зон­ки ни­ко­гда не пре­тен­до­ва­ли на пра­во на­след­ниц пе­ред от­ца­ми, ров­но как и сы­новь­ям, ро­ж­ден­ным ими, ни­ко­гда не су­ж­де­но бы­ло уз­нать свою мать. Но сей­час судь­ба рас­по­ря­ди­лась так, что цель ее ма­те­ри и от­ца сов­па­ла. Она еха­ла к их про­тив­ни­ку, пы­тав­ше­му­ся за­хва­тить зем­ли ма­те­ри и власть от­ца, к Гнею Пом­пею Ве­ли­ко­му. Ца­ри­ца Ори­фия по­ру­чи­ла до­че­ри вся­че­ски со­дей­ст­во­вать пра­ви­те­лю Кав­каз­ской Ал­ба­нии ца­рю Орой­су. Это бы­ло свя­за­но с по­хо­дом Пом­пея на Кав­каз.

Гней Пом­пей дав­но за­ду­мал свой Кав­каз­ский по­ход. Он хо­тел вос­поль­зо­вать­ся сво­им пра­вом на са­мо­стоя­тель­ную внеш­нюю по­ли­ти­ку, что­бы до­бить­ся сла­вы по­ко­ри­те­ля Кав­ка­за. Ведь до не­го ни один рим­ский ма­ги­ст­рат не за­хо­дил с ар­ми­ей так да­ле­ко. Пом­пей со­би­рал­ся за­вер­шить на­ча­тое Лу­кул­лом и на­де­ял­ся про­вес­ти по­бе­до­нос­ную кам­па­нию. Имя Лу­кул­ла, за­хва­тив­ше­го Ама­сью, бы­ло не­на­ви­ст­ным для Фои. Она не мог­ла про­стить ему раз­гром, со­вер­шен­ный им в го­ро­де, с ко­то­рым у нее бы­ло свя­за­но так мно­го пре­крас­ных вос­по­ми­на­ний. Лишь про­ис­хо­ж­де­ние спас­ло прин­цес­су от ужас­ной уча­сти. Но за­быть руи­ны, в ко­то­рые пре­вра­ща­ла го­род ар­мия это­го че­ло­ве­ка, Фоя бы­ла не в си­лах. Боль­шая биб­лио­те­ка бы­ла раз­ру­ше­на на вто­рой день по­сле втор­же­ния пол­ко­вод­ца. Пусть сей­час, по про­ше­ст­вии пя­ти лет, го­во­рят, что го­род про­цве­та­ет, и ту­да съез­жа­ют­ся ве­ли­кие умы, кар­ти­на за­хва­та силь­но ра­ни­ла чув­ст­вен­ное серд­це де­вуш­ки, ко­то­рая то­гда бы­ла со­всем еще ре­бен­ком.