Ангелы тоже смертны

Пролог

Платяной шкаф был большим, вместительным и, как успела заметить Гермиона, прежде чем скрыться в нем, величественно-прекрасным, как и все в этой комнате, но чертовски неудобным внутри. Конечно, удобства - последнее, что от него ждешь, и все же в подобные минуты остро ощущаешь их необходимость.

Укрытая плотной стеной из костюмов, похожих друг на друга как братья-близнецы, она сидела, прижавшись спиной к боковой стенке, подтянув к себе колени, и старалась не шевелиться: малейшее движение, шорох в душной тишине - и она обнаружена.

Спина ныла, ноги затекли настолько, что она перестала их ощущать, не спасало даже попеременное их вытягивание. Время, казалось, остановилось...

И дернул же ее черт в самый ответственный момент подумать о нем!

«Теперь жди, когда он уснет...»

* * *

Вечер лучами заходящего солнца просачивался сквозь окно небольшой, но уютной комнаты на третьем этаже, приютившей на пасхальные каникулы Гермиону Грейнджер. Ее хозяйка, Джинни Уизли, сидела рядом с Гермионой на полу, и они радостно обсуждали проведенный в Косом переулке, в его лавках и магазинах, последний день каникул.

Уединение нарушил Рон Уизли, ворвавшийся в комнату с испуганными глазами и взъерошенными волосами.

- Ты не видела, - начал он прямо с порога, обращаясь к сестре, даже не обратив внимания на Гермиону, - мой амулет?

Джинни хотела было ответить, но раздавшийся снизу крик миссис Уизли перебил ее:

- Рон! Когда ты сам научишься вытаскивать из карманов все, прежде чем давать мне вещи в стирку! Об очередное непонятночто я только что порезала руку!

Кровь мгновенно отхлынула от лица Рона.

- Ма-ам, я же просил не стирать эти брюки!!!

Он опрометью бросился вниз.

- Что значит «не стирать»?! - Миссис Уизли была в негодовании. - Что значит «не стирать», позвольте вас спросить Рональд Билиу…

Джинни заклинанием захлопнула дверь, и в комнате стало тихо.

- Ты не видела мой амулет? - передразнила она брата, а после недовольно буркнула: - Как можно видеть то - не знаю что?!

Предмет, который Рон называл своим амулетом, появился у него около года назад. Он никогда с ним не расставался, никому не показывал и не говорил, где взял. Даже Фреду с Джорджем, с их неоднократными попытками, не удалось выяснить, как этот предмет выглядит в действительности.

- Он вообще существует... этот амулет? - фыркнула Джинни, озвучив давно сидящую в головах у всего семейства мысль. - Или у моего братца настолько разыгралось воображение, что пора...

- Существует, - перебила ее Гермиона, вспомнив, как впервые увидела его.

Это было в гостиной Гриффиндора. Она спускалась по лестнице, когда заметила сидящего перед камином Рона. Он держал в руке плоскую, округлую, размером с ладонь вещицу. Почувствовав на себе взгляд, он обернулся и поспешил убрать ее в карман брюк.

- Джиневра, - голос Гермионы был тихим и твердым. Джинни вздрогнула. Она не любила, когда к ней обращались полным именем, особенно Гермиона. Та становилась слишком серьезной в такие минуты, и Джинни начинало казаться, будто Гермиона старела лет на десять. - Этот амулет... он… разве он не появился у Рона после того как мы…

- Вернулись, - закончила за нее Джинни.

- Да.

- Возможно. Но почему тебя это так заинтересовало?

- Кажется, я знаю, что это.

- Ты его видела?!

- Незадолго до Рождества. Узнала сразу. Такую вещь невозможно не узнать... Сначала, правда, засомневалась - видела ведь мельком, - могла принять желаемое за действительное. Потом как-то подзабылось, а сейчас думаю, что была права.

- Что это? - Джинни снедало любопытство.

- Совсем забыла, - Гермиона вдруг резко поднялась и направилась к двери, - мама просила меня обязательно быть дома этим вечером. Я воспользуюсь вашим камином. За мой чемодан не переживай, он давно упакован, просто отправь его завтра в школу, пожалуйста. Увидимся на платформе.

Оставив Джинни в недоумении, она спустилась в гостиную.

Ложь. Никто ее ни о чем не просил: родителей не было ни дома, ни в Англии. Они уже вторую неделю находились во Франции и должны были вернуться только завтра, когда Гермиона будет на полпути в Хогвартс. Просто возникла острая необходимость побыть наедине с собственными мыслями, что в Норе сделать крайне сложно - обязательно кто-нибудь да помешает.

Она видела, она догадывалась, но до последнего убеждала себя в неправильности своих же выводов, и только поняв, что за предмет скрывал ото всех Рон, Гермиона осознала насколько была права. И насколько была несчастна сама...