Английское лето

Вожатые, голова и спор о свободе

Вечером у нас знакомство с новой группой. Все очень долго. Новые девочки. Я теперь так сильно скучаю по своему старому отряду. В моей новой группе одна русская девочка. Она из Лондона. Подсела ко мне и спросила, хочу ли я быть с ней в одном отряде. Если честно, она мне не очень понравилась. Впрочем, предыдущие девочки мне тоже казались не очень, до тех пор пока они не уехали. Может я к этим привыкну и все будет нормально. А еще в группе так много тех, кто младше. Ну не все конечно, есть тринадцатилетние, но в основном младше.

Сначала у нас должна была быть француженка в отряде, но она захотела быть с другими французами и ее поменяли на русскую. Я подошла к вожатой и сказала, что хочу учить английский язык. Она обещала, что спать я буду здесь в этой комнате и эта русская девочка будет здесь же. А отряд у меня будет другой. Лина теперь в домике живет и мне не к кому будет ходить в гости по ночам.

Ну ладно, зато у нас вожатые очень хорошие. Сейчас почищу зубы и пойду в кого-нибудь поплачу. Вечер и опять слишком тоскливо.

Утро. У меня опять проблемы. Во-первых мне не нравится мой отряд. Во-вторых, сегодня у нас опять квадрациклы. На прошлой неделе у меня не получилось на них научиться кататься. Я звоню пожаловаться папе.

- Да ладно, малявки, - говорит мне папа, - Всего-то на год младше. Привыкнешь к ним, - говорит мне папа, сейчас он должен сказать, как важно находить во всем позитив.

- А еще, у нас сегодня квадрацикл, и даже садиться на него не хочу. Мне никогда не удастся научиться водить машину.

- С техникой у тебя не очень? Да ладно, квадрациклы гораздо проще велосипеда. У тебя же получилось научиться на велосипеде кататься, - говорит мне папа, - значит и на квадрацикле получится. Точно тебе говорю.

- В прошлый раз я чуть не врезалась в одного мальчика, - чуть не плачу я.

- Ну и что, что ты чуть в кого-то не врезалась, ну не врезалась же. Попробуй еще раз, - иногда с этими родителями абсолютно бессмысленно разговаривать.

Приходится идти вместе со всеми на поле. И как-то неожиданно у меня вдруг получается и мне нравится. А еще я быстрее всех прохожу по веревкам, натянутым между деревьями. Я умудряюсь это делать, почти не держась руками и делаю это быстрее всех. Я на прошлой неделе уже несколько раз прошла этот маршрут. А они все первый раз в лагере. Смотрят на меня, открыв рот. И кто-то даже сказал:

- Она же - русская! - С уважением сказал.

Помогала вожатой раскладывать веревки после активитис. И видно было, как ей приятно. И мне от этого было хорошо.

И эта группа, конечно, не такая может быть прекрасная, как предыдущая, но тоже ничего. Я вчера им сказала: "Пора спать", и они все замолчали и стали спать. Видимо, что-то такое уверенное было в моем голосе, что они не смогли не послушать меня.

- Скажи им, чтобы они от меня отстали, скажи им, что не надо меня заставлять мыть голову, когда я этого не хочу, - опять звоню я маме. Получается, что я - абсолютно не самостоятельная маленькая девочка, которая не может сама решить свою проблему. Хорошо хоть, моим родителям можно рассказывать такие вещи.

- Кто тебя заставляет? - спрашивает мама. И что-то у нее нет никакого энтузиазма в голосе и радость по поводу того, что я ей позвонила, отсутствует.

- Да эти, новые вожатые. И если предыдущие всегда со мной говорили вежливо, эти отчитывают меня, как ребенка в школе. Нет, я не буду мыть голову, когда им захочется, - возмущаюсь я.

- Ну скажи им, что в России принято мыть голову раз в неделю, - советует мне мама.

- Ну, не можешь ли ты им лучше написать? И попросить разговаривать со мной вежливо и не заставлять меня мыть голову? - прошу я ее.

- Варь, ну мне даже как-то неудобно с такой проблемой обращаться к дирекции.

- Ну ты же писала им по поводу проблем в столовой. А это было всего лишь глупое недоразумение. А здесь - принципиальный вопрос. И вообще, ты знаешь, они меня занесли в Красную книгу, - вспоминаю вдруг я.

- Ты теперь редкий вид?

- Это значит, что у меня первое замечание. Лина сказала, что дальше следует желтая карточка, за следующее нарушение, еще одна желтая, потом красная, а потом они высылают тебя обратно родителям.

- За свой счет? - спрашивает. Маму всегда в первую очередь интересует денежный вопрос.

- Ну не знаю. В общем, я подошла к Лине в столовой, мне надо было срочно с ней поговорить. И тут появились вожатые и сказали, чтобы я шла на свое место и ела. Тут я еще увидела Никиту, он шел с булочкой, мне надо было у него спросить одну штуку, и я пошла к нему. Они сказали мне, что я не могу ходить по столовой во время еды. И записали меня в Красную книгу. Почему я не могу общаться со своими друзьями? - мой голос дрожит, мне вдруг так становится жалко себя, - А Лине запретили со мной общаться. Лину тоже записали в Красную книгу. Она в шутку показывала, как можно бить человека по лицу, притворяться, что ты бьешь, а на самом деле не бить. Все смеялись. А ее за это записали в Красную книгу. И запретили со мной общаться. А еще они сказали мне, что я могу тебе звонить не больше пяти минут в день. И напиши им, что я не могу мыть голову только тогда, когда им захочется.

- А ты ее когда мыла последний раз?

- Вчера, но они нашли у меня крошку в голове. Говорят - мы нашли у тебя в голове еду, иди в душ. Надо было им, конечно, сказать, что я уже помыла голову и посушила ее феном на втором этаже, но в тот момент такая простая мысль не пришла мне в голову.

- Ну и скажи им, - говорит мне мама. Обычно, она на моей стороне.

- Ну я им уже сказала, что не буду сегодня мыть голову, и на это они заметили, что тогда я буду ее мыть завтра.

- Слушай, ну помоешь завтра, в чем проблема, я не вижу проблем, - мама всегда пытается объяснить мне, что проблемы мы создаем сами.

- Я не люблю, когда меня заставляют. И потом, мы все равно днем будем плавать на каяках. Это значит, что я упаду в речку, и у меня будет мокрая и грязная голова. И вот тогда ее надо мыть. Зачем же ее еще мыть утром? Если все равно будешь мыть днем?