Английское лето

Новая неделя — новый отряд. Сонный разговор с мамой

Третья неделя. Новый отряд. Новые вожатые. Всего четыре девочки и куча мальчишек. Как жалко, что я не ценила свои два предыдущих отряда. На первый взгляд новый отряд — так себе.

В любой непонятной ситуации — звони родителям. Это правило для меня работает всегда.

— Мам, можешь поговорить с вожатой, чтобы меня перевели в другую группу, где мальчиков и девочек одинаково? На самом деле, в соседнем отряде все выглядят намного интереснее.

— Что это ты вдруг? — удивляется мама. — Это же круто, когда много мальчишек. Сразу меньше интриг.

— Нет, ну пожалуйста, пожалуйста, — говорю я ей. — Когда много девчонок — лучше. Пожалуйста, попроси меня перевести в другой отряд. Я сейчас дам трубку вожатой.

— А смогу ли я её понять? — спрашивает меня мама. Она всё время жалуется, что связь очень плохая. Говорит, что это потому, что наш лагерь где-то в лесах под Уэльсом. И она считает, что сама ещё плохо говорит по-английски, поэтому точно не сможет ничего понять.

— Конечно, — подбадриваю я её. — Ведь даже я её отлично понимаю.

— Ну, может, ты тогда сама её попросишь перевести в другой отряд? — мама пытается увильнуть от разговора.

— Нет, она меня не послушает, — говорю я и быстро отдаю трубку вожатой.

Мама вполне справилась. Я стою рядом и слышу, как вожатая обещает поговорить с менеджером, и они сделают всё возможное. Мама ещё зачем-то извиняется за возможные проблемы, связанные со мной. Вожатая так удивляется и говорит, что всё нормально, что я — отличная девочка, и мама может так сильно не переживать за меня. Мама почему-то всё время боится, что меня выгонят из лагеря за плохое поведение.

А ещё сегодня Никита уехал домой. Я не успела с ним попрощаться и взять его координаты. В этом нет ничего страшного. Он успел подружиться с кучей русских из других отрядов.

Один из этих русских встретил меня сегодня в столовой. Никита попросил его дать мне «ВКонтакт» Никиты. Ещё со мной поделилась пиццей новая русская девочка. Так что теперь я ей должна всего-то два фунта семьдесят пять. Хотя, конечно, никто не заменит мне Никиту. Он делился пиццей абсолютно даром.

Маме сегодня звонила целых пять раз. На прошлой неделе мне удавалось контролировать себя и звонить только один раз в день. Теперь, когда я чищу зубы, я всегда звоню родителям. Так веселее чистить зубы. Когда говоришь по телефону и чистишь зубы в тот же самый момент, речь получается невнятной. Но мама всё равно отлично понимает меня.

Старая вожатая Конни увидела, что я опять плачу, подошла к новой вожатой и отругала её. Сказала ей:
— Ты что, не видишь, что Варя устала? Она здесь уже третью неделю. Когда она в таком состоянии — отправляй её спать.

Я и вправду так устала. Я чищу зубы и жалуюсь маме. На жизнь. На усталость.

— Ложись, — говорит мама. — Деточка, завтра всё будет, как это бывает с утра, просто очень хорошо.

Мама права, конечно. Утром мне не хочется плакать. Утром у меня всё хорошо. Я заканчиваю чистить зубы, желаю маме спокойной ночи и иду в комнату.

В комнате — веселье. Они играют в какую-то игру. Я смотрю на них и понимаю, что они — нормальные. Приходится опять идти в туалет и звонить маме.

— Слушай, я передумала, — говорю я маме. — Я не хочу уходить из этого отряда, там такие отличные девочки.

— Ну как же так? Сначала они тебе не понравились. Ты срочно захотела в другой отряд. И так всё стремительно меняется. Может, пора всё-таки перестать делать поспешные выводы? Вожатая новая тебе тоже понравилась, насколько я понимаю, — говорит мама.

— Ну понимаешь, просто одна девочка дружила с мальчишками, а две девчонки общались только друг с дружкой и не обращали на меня никакого внимания. Я решила, что со мной никто в новом отряде не будет дружить. Сейчас эти девчонки подошли к вожатой и спросили: «А можно мы посидим в коридоре, чтобы не мешать Варваре спать?» Такие хорошие девчонки. Можно я останусь в этом отряде?

— Завтра утром подходишь к менеджеру и говоришь: «Просто вчера я так сильно устала и была в плохом настроении, что решила, что всё будет плохо и отряд меня не полюбит. А сегодня я понимаю, что всё хорошо. Можно я останусь в этом отряде?» — советует мне мама.

Видимо, придётся воспользоваться её советом. Если ещё не поздно.

— Хорошо, — отвечаю я.

— Я считаю, что тебе повезло с лагерем, — продолжает мама. — Смотри, что бы у тебя там ни приключилось, вожатые ведут себя абсолютно нормально. И очень по-человечески. И точно не равнодушны. И ещё получается, что английские дети — это какие-то настолько абсолютно хорошо воспитанные создания, которые входят в твоё положение и предлагают тебе различные варианты решения проблемы. Мне кажется, тебе надо этому учиться. Такому отношению к окружающим.

— Да, наверное, — отвечаю я. Наверняка, мне этому надо учиться.

Может быть, мне и повезло с этим лагерем. Каждая неделя у меня здесь — день сурка. Мы как-то с мамой смотрели этот фильм. Просыпаешься — и опять в том же самом дне. Всё по кругу: каяки, каноэ, скалолазание и фехтование. Только меняются девочки и мальчики вокруг. Практически целиком. И вожатые переходят в другие отряды. Всё время приходится выстраивать отношения с нуля. Только привыкнешь — уже суббота. А в понедельник — новый отряд, новая жизнь.