Английское лето

Плоты, макароны и маленькие секреты

Неожиданно похолодало. Но этих англичан ничем не проймёшь — даже если холодно, всё равно на речку и плавать на каноэ, к примеру.

Я с утра не поняла, что так холодно. Когда все пришли на речку, я была в одной футболке и сильно замёрзла. Спросила, нельзя ли сходить за курткой, но мне сказали, что сейчас вожатый принесёт. Вожатый так долго нёс куртку, что я задубела основательно. А на обратном пути ещё и не разрешали заходить в корпус: велели ждать на улице, пока откроется столовая.

Решила, что сегодня вообще никуда больше не пойду, не хочу заболеть. Слишком холодно. Но потом нас отлично покормили в столовой. Повар выдала мне добавку, и я как-то сразу смягчилась.

После обеда мы строили плоты. Вообще-то никто не собирался на них плавать, но потом вожатые решили: а почему бы не устроить битву? Я сначала не хотела в этом участвовать, но всё-таки решила, что на берегу будет скучно сидеть. Девчонки все остались на берегу, а у нас началась битва.

Надо было скинуть с плота противников и разбить их плот. Честно говоря, не знаю, как вожатые не боялись: мы ведь могли утонуть. Хотя, конечно, мы были в спасжилетах.

Вы даже не представляете, как все орудовали вёслами, раскидывая противников. Меня одну из первых стянули за ноги в воду. Но я не давала им залезать на наш плот: уже в воде подплывала сзади к тем, кто пытался забраться, и оттаскивала их. Мальчишки сверху кричали: «Varvara, well done!» («Варвара — молодец»). Никто никак не мог наш плот захватить.

Тогда противники договорились, что один из них будет меня в воде держать, чтобы я не мешала, а остальные продолжат захват. Один мальчишка схватил меня, и я закричала: «Перестань меня бить!» Он сразу испугался и отпустил. Конечно, это был запрещённый приём, но что тут сделаешь — на войне все средства хороши.

Наши мальчишки стали кричать им, что разберутся с ними, если не оставят меня в покое. Им не удалось захватить наш плот, но под конец они его всё-таки разломали.

Мама говорит, что у нас разные культурные традиции с разными народами. Это так странно: англичане вроде бы хотят как лучше, а только всё усложняют.

Представь, у Сони болела голова. Она пришла попросить таблетку. Ей отвечают: «Сорри, сорри, у нас таблетки только по рецептам, а твои родители не написали, какие тебе можно. Так что потерпи». Соня просит: «Ну дайте хотя бы лёд». А они, пока нашли этот лёд, пока зачем-то завернули в салфетку, пока донесли — он уже растаял. А у Сони голова только сильнее разболелась.

Или вот со мной сегодня. Я не взяла куртку, не знала, что будет холодно. Ну что им стоило отпустить меня в лагерь за курткой? Бежать — минут пять. Но они боялись отпускать меня одну. Вожатые даже не знали, где моя куртка, и решили звонить другим. Одна долго объясняла, что нужно принести, какого размера и для какой девочки. У них есть склад забытых вещей, и они там искали что-то подходящее. Потом другой вожатый нёс эту куртку. По дороге наверняка кого-то встретил и поболтал. В итоге принесли часа через два, когда я уже замёрзла окончательно.

— Варвара, ну это совсем не показатель, что кто-то что-то не так делает. И, в конце концов, ты вышла из корпуса, поняла, что холодно — почему сразу не вернулась? — спрашивает мама. Она всё время напирает на то, что я должна учиться на подобных примерах.

— Сначала не было холодно, — отвечаю я ей, — а когда дошла до речки, вдруг поняла, что замёрзла.

В столовой почему-то выдают очень маленькие порции. Я сначала не хотела идти просить добавку, но потом подумала, что полдня быть голодной — совсем нехорошо. Пошла к повару, и представляешь: повар сама, самолично, положила мне столько макарон, что я даже не смогла доесть. Чуть-чуть оставила.

А вечером снова давали макароны. У одного мальчика тарелка пустая. Я к нему подхожу, спрашиваю, почему он не положил себе еду. А он отвечает, что сейчас пойдёт просить fish & chips, он видел, что у них там есть. Я тоже сходила, попросила. Не то чтобы это было очень вкусно, но это можно есть. Так что я теперь совсем не голодная.

Другой мальчик всё время тыкал меня в спину. Я его просила перестать — он всё тыкал и тыкал. Достаточно больно. Повернулась к нему и говорю: «Я тебя ненавижу!» А он улыбнулся и отвечает: «А я тебя люблю». Но потом всё-таки перестал.

Сегодня я рассказала девочкам из отряда, что мне нравится Ваня, который из Казахстана. Так они весь вечер хихикали, показывали на него пальцами и подпихивали меня к нему, когда мы мультики смотрели. Хорошо ещё, что он был в наушниках и ничего не заметил. Зато мальчишки из моего отряда все меня дружно одобряют и говорят, что это хороший выбор.